- Правильно понимаешь. Это меня радует. Хочу сделать тебе небольшой подарок. Этими фотографиями ты никогда не сможешь воспользоваться. Просто информация для сведения.
Я открыла в смартфоне фотографии с Анжелкиной больничной карты. Протянула Кириллу.
- Полистай.
Он смотрел на экран и менялся в лице.
- Я ожидал чего угодно, но не подобного, - прошептал он. – Какое вероломство! Ну, хотела она за меня замуж, понимаю. Хотелось купаться в деньгах, вести праздную жизнь. Но не такой же ценой! Зачем убивать неродившегося ребенка? Никакое богатство этого не стоит.
- Предположу, она опасалась, что ты потребуешь генную экспертизу после родов. Ты бы узнал, что забеременела она не от тебя.
- Я не собирался проводить генную экспертизу, даже не думал об этом. Анжела зря дергалась. Я бы любил ребенка. Печально… Откуда у тебя эти фотографии? – Суровцев вернул мне трубку.
- Неважно. Я же сказала, ты не сможешь этим воспользоваться.
- Да, разумеется. По решению суда можно затребовать выписку с карты. Только теперь, думаю, развод пройдет без осложнений. Попытка убийства не дает Анжеле надежды на благоприятный исход. Спасибо за информацию. Возможно, она мне и пригодится. Кто знает?
- Это твое право, - я удалила фотографии. – Я дала тебе наводку. Дальше действуй по своему усмотрению. Ты знаешь, что больничная карта существует и что в ней.
- Лев Михайлович сказал, ты отказалась подавать на Анжелу в суд. Это так?
- Мне это не надо. Я не сильно пострадала. А вот медсестру жаль.
- Да, - вздохнул Суровцев. – Тут мой просчет. Я увлекся, пытаясь поймать Анжелу за руку. И допустил трагедию. Счастье, что медсестра осталась жива. Врачи оптимистичны, женщина идет на поправку и последствий от травмы и операции быть не должно.
- То есть моей вины в произошедшем нет? – искренне удивилась я.
- С чего бы? – не понял Кирилл.
- Врач уверен в обратном - я не вовремя влезла со своей помощью.
- Он не прав. Ты в очередной раз пыталась меня спасти, - улыбнулся Суровцев и накрыл мою ладонь своей. На этот раз я не отняла руку.
Глава 39
Кирилл пришел к нам на следующий день. Егор заметно волновался. Мы пили чай, разговор вначале не клеился. Все были напряжены. Но потом Суровцев стал вспомнить свое детство. У него была дружная семья. Отец порой брал сына с собой на рыбалку. Тут Егор оживился, и неловкость словно рукой сняло.
Я ничего не понимаю в рыбалке. Кирилл тоже не слишком в этом силен. Но Егор пообещал, что поделится опытом, который перенял у дяди Толи. Опыт небогатый, но лучше, чем ничего.
В ближайшее воскресенье мы договорились поехать ловить рыбу. Оказывается, в апреле можно поймать леща, окуня и сома. Егор долго и подробно рассказывал, что и как надо делать, чтобы рыбалка удалась. «И вообще ловить рыбу можно в любое время года. Было бы желание», - резюмировал сын.
- У Егора послезавтра день рождения, - шепнула я Кириллу, когда провожала его. – Ему будет приятно, если ты его поздравишь.
- Спасибо, - Кирилл благодарно улыбнулся мне. – Что ему подарить?
- Спроси у сына.
Егор был удивлен и очень рад, когда отец поздравил его с днем рождения. Суровцев предложил пройтись по магазинам и купить все необходимое для предстоящей рыбалки. Отличный подарок для мальчишки.
Я решила не мешать и отпустила их одних. Пусть общаются. Странно, но я верила Кириллу, верила, что он не попытается отнять у меня сына. Да и Егор умный мальчик. Так зачем контролировать каждый его шаг?
Они вернулись со связкой удочек и двумя большими пакетами. Оба довольные и счастливые. Вечером Егор разбирал покупки и объяснял, что и для чего предназначено.
Я купила праздничный торт. Получился милый домашний праздник - мы втроем и Анна Матвеевна.
А с друзьями Егор отправился в боулинг в субботу. Отлично провели время. Маша подарила ему футбольный мяч. С ним Егор не расставался весь вечер и едва не выбил окно в гостиной, попытавшись проделать какой-то замысловатый финт. Посоветовала ему лечь пораньше, ведь вставать не свет ни заря. Но Егор вдруг вспомнил, что надо проверить снасти.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
Решила тоже не терять время даром и приготовить провизию для поездки. Не слишком верю, что мы сможем отведать ухи и рыба, жаренной на костре. Я вообще сильно сомневаюсь, что рыбаки смогут хоть что-то поймать. Опыта нет ни у того, ни у другого.
Спать мы легли поздно.
Обычно для Егора встать в школу в семь уже проблема. А тут он поднялся в половине шестого, разбудил меня, мы успели позавтракать и сидели на вещах в ожидании Суровцева.
Котелок для ухи был куплен накануне. Он расположился поверх спортивной сумки. В нем лежал пакет с картошкой, две морковки и большая луковица. Не хватало только рыбы.
Большое темно-зеленый внедорожник остановился у калитки ровно в шесть утра. Суровцев всегда отличался пунктуальностью.
Егор сел рядом с Кириллом на переднее сиденье. Я расположилась сзади.
Ехали часа два. Сначала по трассе, потом петляли по грунтовой дороге. Место выбирал Егор. Он долго рылся в интернете, советовался на форумах рыболовов и, наконец, нашел то, что ему понравилось.
Кирилл был готов выполнить любое пожелание сына. Так что нам предстояла долгая поездка. Я искренне надеялась, что мы не завязнем в глубокой луже где-нибудь на краю вселенной.
Место, которое подобрал для рыбалки Егор оказалось очень красивым. Берега большого озера заросли живописными ивами. На них начали распускаться почки. Нежная зелень накрыла деревья легкой дымкой.
В воздухе пахло свежестью и влагой.
Кирилл подготовился к поездке основательно. Он достал из багажника складные кресла, стол. Даже зонт от солнца.
Мужчины сидели на берегу, а я гуляла по окрестностям. Давно не выезжала на природу. Не было ни сил, ни возможностей. Я забыла, как пахнет молодая зелень и прелая листва.
Какие-то птицы весело щебетали в кустах. На небе застыли большие белые облака. Мир и покой.
Я понимала, что мне безумно хорошо. Все невзгоды уходили в прошлое. Не знаю, что нас ждет дальше, но уверена, все сложится, как надо.
Желтые цветы мать-и-мачехи ярко выделялись на фоне темной земли и прошлогодних листьев. Золотые звездочки крошечных первоцветов радовались теплу. Земля освободилась от снега. Только в овраге остались его небольшие островки, но и они скоро растают. Тепло пришло неожиданно.
Солнце перевалило зенит. Стало понятно – рыбы сегодня мы не увидим. Егор не слишком этому расстроился:
- Ничего, мы после обеда сменим место. Может, там клевать будет лучше.
Вскипятила на костре чайник. Он моментально покрылся черной копотью. Заварили в нем чай с сушеной мятой. Ее нам предусмотрительно вручила Анна Михайловна. Перекусили бутербродами.
Чай пах костром и от этого был необыкновенно вкусен.
- Мам, а хочешь, мы и тебе удочку дадим? – предложил Егор. – Может, тебе тоже понравится ловить рыбу?
Сидеть на берегу оказалось вовсе не скучно. Я смотрела на воду. Ветерок гнал по ней серебристую рябь. Небольшая стая уток опустилась недалеко от нас и поплыла прочь. Мой поплавок оставался неподвижен. Ни одна рыба не позарилась на нашу приманку.
Ближе к вечеру испекли в углях картошку, пожарили остатки колбасы и хлеба. Стало прохладно. Дым от костра стелился по земле.
- Видимо, мы с тобой что-то не так делаем, - заметил Кирилл, передавая Егору кусок жареной колбасы. – Надо с этим разобраться.
- Разберемся, - Егор положил колбасу на хлеб и намазал горчицей. Точно так же, как это делает Кирилл. – Все равно съездили отлично. Правда, мама?
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
- Да, - согласилась я. – Сто лет не была за городом.
- Рад, что тебе понравилось, - Кирилл протянул мне очищенную картошку. Она была измазана в золе, так же, как и его руки. – Может, в следующий раз пожарим шашлыки у меня дома? Или кролика на вертеле по средневековому рецепту. Так, как это делали рыцари в походах. Мариновали вином, добавляли зелень.
