Моего согласия не спросила, а я не стал торговаться из-за четырех дней, их уж столько потеряно…
* * *
У нас появилось свободное время, поэтому утром я предложил Рите прокатиться на теплоходе. Мы подъехали к пирсу, что в центре города. Вокруг те самые небоскребы из изумрудного стекла и стали, чуть поодаль, на заднем плане, вышка CN Tower. На фоне ярко синего неба, – потрясающий вид. Мы сели на корабль и полтора часа рассматривали Торонто с воды, я не буду описывать эту картинку, она для любителей урбанистических пейзажей, – кому интересно, лучше самому приехать и увидеть, – зрелище того заслуживает.
Причалили ближе к ленчу, надо бы перекусить. Рита тянула за руку, а я все стоял, любуясь изумрудными красавцами. Эти небоскребы были построены несколько лет назад по проекту чикагских зодчих. Квартиры в них распродали за неделю, – небывалая скорость. Цена самых скромных, впрочем, "скромные" – неподходящее слово, апартаментов – более миллиона долларов. Да, это квартал толстосумов, людей, которые могут позволить себе многое.
Жарко, около тридцати двух по Цельсию, солнце припекает. Мы с Ритой вошли в однин из домов, что ближе к причалу, – здесь пахнет ранней весной и дышится легко. Но ничего съестного не видно. На первом этаже магазин разных хозяйственных мелочей и сувениров. Внутри эти шикарные дома тоже хороши, отделка из специально стекла с бирюзовым оттенком, черного и белого мрамора. Здесь же маленькая закусочная, где торгуют канадским супом, – обычный суп, половником его разливают в пластиковые стаканчики, сверху крышечка, – и бери навынос. Торговля начинается в полдень, – время ленча.
Мы с Ритой сидим в холле, пьем лимонад. Лифты все время заняты, вниз спускаются обитатели апартаментов. За полчаса до начала торговли супом уже выстраивается очередь, она растет, удлиняется, пересекает вдоль все мраморное фойе. Люди стоят молча, не переговариваются, лица сосредоточенные, не слишком приветливые, – ясно, натощак какие разговоры и улыбки.
– Это еще что? – Рита показывает на скопление людей.
– Ну, за супом стоят. Можем и мы занять очередь. Он вполне съедобный.
– Нет уж, спасибо, – Рита гордо вскидывает подбородок. – В очередях за супом я в жизни не стояла. И авось не придется.
Это явление – очередь, – настолько необычно в Северной Америке, что когда видишь ее, – удивляешься. Чаще всего встречал очереди, небольшие три-четыре человека, – в бесплатных публичных библиотеках, которые содержат на деньги местных муниципалитетов. Люди берут книги, DVD с классикой мирового кинематографа, впрочем есть и относительно свежие диски, – в других местах за это надо платить.
В библиотеке можно пользоваться интернетом. Если много желающих, вам выделят полчаса, если компьютеры свободны, – сиди, сколько хочешь. В библиотеках действуют разные кружки, секции по увлечениям, – нечто вроде Дворцов пионеров в бывшем СССР.
Но здесь другая картина – хвост миллионеров за дешевой похлебкой, – зрелище забавное. Но вот открыли дверь, люди организованно, не толкаясь, зашли в закусочную, большая часть хвоста все равно в холле осталась. Всеобщее оживление, уже улыбки и разговоры. Вот из закусочной выходит первый счастливый покупатель, – мужчина лет сорока, он, рассеяно улыбаясь, несет два стаканчика через фойе, к лифтам, заходит в кабину, облизывается и улетает под небеса.
* * *
Мы вышли на улицу, я хотел взять такси и проехать до цента. Но Рита, в отличие от меня хорошо переносившая жару, сказала, что тут рядом, она смотрела в справочнике, – и мы отправились пешком. Я едва плелся следом, в голове что-то булькало, словно в пустом желудке, – может быть, мозги закипали от жары. Наконец мы нашли ресторан с прохладным залом, – здесь не экономили на электричестве, – и перекусили.
Только вышли, – увидел здание с указателем, что внутри – вход под землю. Это не метро, под центральной частью Торонто – большой, площадью в 370 тысяч квадратных метров, – подземный город. Несколько уровней, есть вход в метро, а переходы и галереи – протяженностью около тридцати километров (приходится довериться справочнику, самому не измерить). Большую часть времени пешей прогулки по подземному городу отнимает хождение по галереям и переходам.
Богатая отделка, – мрамор, в основном светлый, гранит. Мозаика, фонтаны. Главное, – прохлада, а зимой тепло. Здесь тоже же самое, что и наверху: закусочные рестораны, есть даже музей. И, конечно же, магазины. В справочнике написано, что их полторы тысячи. Мне показалось, – больше. Кажется, идешь по роскошным подземным улицам, – справа и слева бесконечная череда магазинов, которым нет ни конца ни края. Правда, покупателей немного. Может быть, так не всегда, может быть, нам с Ритой просто повезло. Ну, не буду тратить время на описание – его можно найти в путеводителе.
Вокруг в основном туристы, для них здесь – выбор сувениров огромный, хотя цены задирают. Рита, как я и ожидал, затащила меня в магазин, и начала беспорядочно набирать что попало. Едва остановил ее, я знал место получше. Ведь для туриста важно не просто купить брелок, – а в центре эти безделушки дорогие, – важно купить дешево. Тогда рядовая покупка превращается в боевой трофей.
Мы поднялись на поверхность, взяли такси и через несколько минут оказались в Чайна тауне. Китайский квартал в Торонто – самый большой в Канаде. Те брелки или магнитики на холодильник, что стоят в центре города по семь-восемь долларов, здесь найдешь по доллару. И еще важно, – можно и нужно торговаться. В лавках душно и жарко, – кондиционеры далеко не везде, – китайцы люди бережливые, – зато есть на что посмотреть.
Ко всякой безделице вроде брелков и чашек Рита уже остыла: ее внимание привлекла китайская бронза. Статуэтки богов, животных, – очень неплохие. В свое время, напуганные экспансией континентального Китая, в Канаду хлынул поток жителей Гонконга, среди которых было немало очень богатых людей. Спасаясь от коммунистов, они везли с собой не только деньги, – много ценного антиквариата. Тогда в лавках Торонто, особенно в Китайском квартале, можно было дешево купить музейные раритеты. Те годы прошли, теперь раритетов не найдешь, но есть достойные современные вещи.
– Смотри какой красавец, – Рита взяла с полки фигурку бегемота. – Наверное, дорогой…
Рядом, будто случайно, вертелся продавец китаец, он говорил со смешным акцентом. Впрочем, мой акцент для ушей китайца наверное – еще смешней.
– Всего двести сто сорок, мэм. Мы поставили его на продажу только сегодня. Очень редкая вещь. Вам повезло.
– Не слушай его, – говорю я по-русски. – Здесь дорого. Пошли отсюда.
Мы прошагали пару кварталов, завернули в другую лавку, нашли точно такого же бегемота за девяносто долларов. Настала пора торговаться. У продавца всегда наготове сказка, что приглянувшаяся вам бронза – это начало 19-го века, династия Цын, завезена к Торонто контрабандой. Но, вспомните, Остап Бендер говорил: "Всю контрабанду делают в Одессе, на Малой Арнаутской улице".
