— У меня есть для вас ещё один подарок, Антея-эль.
Из циничной, но более мудрой части моей души поднимается нехорошее предчувствие.
— Какой ещё подарок?
Он вдруг улыбается — так внезапно и так искренне, что я беспомощно застываю на месте.
— Увидите, вам понравится.
Озадаченная сверх всякой меры, следую за дараем. Тот останавливается у гранитной колонны, резкий взмах рукой — и перед нами опять оконный проём, пустой. Аррек слегка наклоняется вперёд, вихри Вероятности вокруг него столь интенсивны, что я от греха подальше складываю крылья, вдруг начавшие сиять яростным золотом. Пустота по ту сторону подёргивается волнами, светлеет, растворяется. Меня вдруг окутывает нежный запах ночных цветов, запах чистой воды и предрассветной росы. Волна удивления-узнавания-радости-принятия подхватывает ошеломлённый разум и кружит в безудержном, но очень нежном порыве.
Три луны отражаются в безупречной глади зачарованного озера, маленький водопад над пещерой, ветви ив трепещут у воды в немом приветствии. Я знаю это место. А оно знает меня. Здесь я танцевала после чёрного мрака пещер, эта тихая красота исцелила меня, когда ничто другое уже не могло помочь. В безмятежность этих вод мой танец вдохнул жизнь и разум.
Магия затерянного мира обнимает меня, как доверчивый ребёнок, даря силы и вселяя уверенность. Посылаю в ответ сен-образ любви-привязанности-обещания и, сжав зубы, делаю шаг назад. Мир послушно отступает, оставляя после себя чуть обиженную, но исполненную надежды просьбу вернуться.
Поворачиваюсь к внимательно изучающему меня дарай-князю:
— Действительно подарок. — И сен-образом, чтобы никто, кроме нас, не услышал: — «Спасибо».
Глава 11
Он отвешивает мне свой коронный церемониальный поклон, царственный жест рукой — стены башни вокруг нас растворяются, вместо них возникают уже знакомые мне гостиные покои. Чёрное и пурпур. Внимательно окидываю обстановку «внутренним» взором ни следа бушевавших здесь ещё недавно бешеных эмоций.
— Смотрите-ка, и правда «почистили».
Ещё один придворный поклон от Аррека.
— Теперь позвольте мне вас оставить, Антея-эль.
Открываю рот… и обнаруживаю, что собралась обмениваться любезностями с пустотой. Дарая уже и след простыл. Почти на грани вежливости. Должно быть, «серый кардинал» действительно торопится. В то же время ощущаю, как Вероятности вокруг меня начинают бесшумно раздвигаться. Похоже, мне тоже не придётся сидеть без дела. Но какой виртуозный расчёт времени! Интересно, он опять играл с темпоральными потоками или просто хорошо знает порядок здешней жизни? Скорее всего, и то и другое.
Оборачиваюсь и наблюдаю, как из воздуха материализуется Нефрит арр-Вуэйн, пряча в складках одежды какой-то прибор, открывший для неё временный портал. Должно быть, для недараев необходимость пользоваться посторонней помощью для перемещения по собственному дому кажется чрезвычайно раздражающей. Я, например, уже успела от всего этого порядком устать.
Зеленоокая медленным и оттого ещё более изящным движением склоняется в неком подобии реверанса, разметав складки тяжёлого шёлка по чёрному полу. Кимоно, светло-светло-голубое, почти белое, выгодно подчёркивает белоснежную матовость кожи, изумрудные локоны собраны в строгую причёску, на меня она старается не смотреть. Никакого оружия, даже острые булавки в причёске заменены безобидными гребнями, и это явно засгавляет её чувствовать себя ещё более неуверенно. И скромность костюма, и поза, и натянутое спокойствие просто кричат о страхе, сжигающем Нефрит изнутри.
Страхе не за себя.
Молчание. Смотрит куда-то в область моего плеча, не решаясь заговорить первой, — ещё один тревожный признак, подчёркивающий роль, которую она взяла на себя.
На мгновение отпускаю все свои чувства, пытаясь засечь чужое присутствие. Нет, на этот раз мы одни. Никаких подслушивающих устройств. Да будь благословенен тот нелепый закон, который запрещает дараям ставить жучки в гостевых апартаментах (но разрешает подсовывать их в одежду и пищу — люди!).
* * *
— Прошу вас, арр-Нефрит, встаньте. Нам нужно о многом поговорить, но, прежде всего — как чувствует себя Сергей?
Сто очков за самообладание — женщина даже не вздрогнула от этого вопроса. Медленно выпрямляется, старательно избегая глядеть мне в глаза.
— Чего вы от меня хотите, Высокая леди? Приказывайте.
Это она мне?
— Леди Нефрит, боюсь, мы друг друга не поняли. Я не собираюсь шантажировать вас, используя сохранность жизни и рассудка вашего мужа. То, что произошло, было несчастным случаем, и тут ничего нельзя поделать. Единственное, что я могу, — свести к минимуму причинённый вред.
Вот теперь она дёрнулась как от удара.
— Он ваш раб, раб на вечные времена. И значит, я тоже ваша рабыня. — В безжизненном голосе нет ни слёз, ни гнева, ничего. Только усталая тупая покорность.
Надо что-то делать. Срочно.
Звонкое эхо пощёчины затихает под потолком. Женщина в полном ошеломлении прижимает руку к начинающей краснеть щеке, а я мечусь перед ней загнанным зверем.
— Вы НИЧЕГО не поняли, Ощущающая Истину! Раб? На вечные времена?! О, да! Провались оно всё в Бездну! Только вот кто чей раб?
Туда и обратно между стенами, взметая крыльями маленькие воздушные бури. Дура! Дура несчастная! Только я могла попасть в такую идиотскую ситуацию! Сен-образ, показывающий всё, что я о себе сейчас думаю, мог бы, наверно, прожечь стены, не останови я его вовремя. Нефрит испуганно отшатывается.
Замираю на середине шага и резко поворачиваюсь к выбитой из колеи женщине. Так, из покорного отупения я её, кажется, вытряхнула, теперь можно поговорить.
— Связь, которую я установила с вашим мужем, у нас называется Ве’Риани. Это особый тип родства между вене и воином, охраняющий её в танце, что-то вроде симбиоза, от которого должна выиграть каждая сторона. Вене имеет безусловное, почти рефлекторное подчинение Риани, воин также обязан любой ценой защищать жизнь своей госпожи. С другой стороны, вене приобретает определённые обязательства перед воином, выполнять которые у меня нет ни желания, ни возможности. Всё это сложно и очень функционально, но общая идея такова, что Ве’Риани — гораздо больше, чем просто сумма вене и Риани, и… не важно. — Поднимаю руку, не позволяя ей говорить. — Я ещё не закончила. Связь Ве’Риани устанавливается в три этапа, три ступени, как мы это называем. Я и лорд Сергей сейчас находимся на первой ступени и, если Ауте будет ко мне милосердна, там и останемся. Теперь слушайте очень внимательно. Последнее, что мне сейчас нужно, — это воин-Риани, да ещё из рода людей. Если бы тогда, во время этого идиотского «испытания», мне можно было спастись каким-то другим способом, не убивая при этом Сергея, я бы это сделала. Если бы связь можно было расторгнуть, я бы сделала и это. К сожалению, освободить одного из нас теперь сможет лишь смерть другого. Но до тех пор, пока кто-нибудь не просветит вашего мужа на этот счёт, между нами вроде как ничего и нет. Следовательно, я могу игнорировать свой долг по отношению к нему, а он — свой по отношению ко мне. Это — та линия поведения, которой я намерена придерживаться.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
