— Я конечно, не Господь бог, но тоже кое, что умею, — прошипело это чудо чудное и приложило руки к развороченной груди Саша, — ты главное не мешай с пол часика, а потом покорми, и спать куда-нибудь пристрой, — попросило оно и, не дожидаясь от ошарашенной женщины ответа, прикрыло глаза погружаясь в самый настоящий в транс.
48. Повседневность
Разделывали медведя два дня. После того как он провалился в яму, Ник наконец то смог прицелиться и ловко отпилить голову магией, как будто дерево на доски разделывал.
— А сразу так нельзя было сделать? — Недовольно буркнула Мария, с интересом разглядывая уже не опасную тушу, поднятую Рином на поверхность.
Мужчина только фыркнул сердито, — а сама, чего не убила? Или шкуру испортить боялась? — ехидно спросил он, а потом вздохнул тяжело и покаялся виновато, — там же сосредоточиться надо было, а он не стоял на месте. Я даже пробовать не стал…
— А я даже не вспомнила, что так можно, — призналась в ответ Мария, — я когда Клео раненую увидела, вообще все мозги от злости растеряла.
— Если ты говоришь про содержимое головы, то судя по тому, как ты полезла к зверю, они у тебя вообще отсутствуют, — не удержался от шпильки Ник, заставляя женщину сердито прищуриться.
Впрочем, подобрать достойный ответ она не успела.
— Хорошо ты все-таки с ямой придумала, — обняв Марию за плечи, похвалил Арен, — если бы не это, то совсем не знаю, как бы справились.
— Вот то-то же! — Женщина бросила победный взгляд на ухмыляющегося родственника, но заметив смешинки у того в глазах только фыркнула недовольно, — сволочь, — вынесла она вердикт и гордо задрав голову направилась в пещеру.
С мясом разбирались долго, поскольку оказалось его столько, что женщины только за голову хватались. Естественно, что большую часть пришлось резать на длинные, тонкие полоски и развешивать где только придется.
— Даже не уверена, что потом найдем их все, — бурчала Мария, укладывая наверно уже сотую порцию на тонкие ветки очередного дерева.
Верёвок, к слову сказать, в племени кроме тех, что принесли с собой мужчины белого племени, не оказалось, а потому заполнив их в первую очередь, изгаляться пришлось конкретно
— Эх, жаль соли нет, — продолжала вздыхать женщина, засовывая часть мяса в коптилку и проверяя температуру подающего дым костра — не хватало еще, что бы мясо "сварилось" от жара.
Нет, травкой, что выделила Мара они, конечно же, натерли, и даже вымочили немного в соке каких-то странных, оранжевых и довольно кислых ягод — интересно, где только бабулька набрала их, но вот, о том, что бы сделать запасы той же солонины речи не шло. Мария даже подумывала, что бы отправиться на поиски нужного ингредиента, но откинула эту мысль как не своевременную. Не факт, что управятся за день — два, а вот то, что добыча за это время пропадет, однозначно. Вот и получается, что сейчас нет возможности поискать, а потом вроде уже и не срочно будет.
Мария только повздыхала грустно от такой несправедливости.
Кстати, мясо, которое женщина изначально пробовать не собиралась, оказалось замечательным и совсем не пахло. Немного жестковатое конечно, как говядина, но зато без специфического запаха как у козлятины, которую женщина хоть и ела в силу обстоятельств, но не слишком то и любила.
В общем, наелись все вдоволь. А еще, Мария тут же озадачилась огромной шикарной шкурой животного, постаравшись вычесать из нее как можно больше шерсти, но даже после этой процедуры, она казалось, не слишком то изменилась.
— Выделаем и отдадим Киру с Даном, — решила женщина задумчиво, поглаживая длинный, немного жестковатый мех, — будет вместо коврика, чтобы было, где ползать.
Компания с планом согласилась, и Арен, как самый опытный и ответственный в племени, взялся за дело, а вот Мария продолжала помогать сушить мясо и помогать Маре по уходу за раненым Сашем. К слову сказать, страшные раны у мужчины затянулись полностью, оставив лишь три тонких белесых полоски шрама, но в себя мужчина так и не приходил.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
— А чего вы хотели? Из него столько крови вытекло, что странно, что он вообще живой остался, — сердито отмахивалась женщина, приподнимая голову больного и вливая по капле очередной травяной отвар бабульки, — меня больше вон чудо белобрысое интересует. Два дня спит уже. Может разбудить? — она вопросительно посмотрела на Мару и получив отрицательное качание головы в ответ только вздохнула, — ну и ладно, не очень то и хотелось.
То, что странное создание является высокой несуразной девочкой, Мария рассмотрела в первую очередь. Нет, она не лезла под шкуру в поисках половых признаков, но… Тут даже отсутствие груди как таковой, роли не играло — слишком тонкие запястья и щиколотки, нежная, практически прозрачная кожа, утончённые черты лица в ореоле абсолютно белых тонких как пух волос.
— Ее бы откормить по-хорошему, — вздыхала женщина жалостливо, пытаясь напоить девочку, — а то совсем кожа да кости.
Мара только отмахнулась раздраженно, — проснется сама поест, — буркнула она, отбирая отвар и возвращаясь к Сашу, — чтобы с предками договориться и человека от них вернуть всегда много сил уходит.
Мария только глазами похлопала недоуменно. Получается, что вредная бабулька знает о такой магии, но молчит почему-то? Ну не пытать же ее? Она даже фыркнула раздраженно, помня, что пока та сама не захочет, то и слова не скажет.
— Ну и ладно. Вот проснется девчонка, и сами во всем разберемся, — буркнула она и отвернулась, чтобы не видеть насмешку старой женщины.
Саш пришел в себя первым и с удивлением оглядел знакомую пещеру.
— Не у предков? — Спросил он не уверенно.
Мария только фыркнула, стремясь спрятать облегчение под бравадой, и протянула очередную чашку с отваром.
— Рано тебе еще к предкам, — улыбнулась она ехидно, — ты еще здесь не все дела переделал.
Саш только посмотрел удивленно, и с трудом подняв руку, стал щупать по собственной груди.
— А где? — Он чуть приподнял голову и скосил удивленные глаза на три тонких шрама, — разве так бывает? — Спросил он растерянно.
Мария только вздохнула загадочно.
— В обычной жизни, точно нет, — пробормотала она больше для себя, чем для мужчины, — а вот в этой…. сам же все видишь, — развела она руками, — и, кстати, кажется тут твоя зазноба волнуется.
Она кивнула нервничающей в стороне Нае, ехидно ухмыльнулась все еще не пришедшему в себя Сашу и не обращая внимания на покрасневшую одновременно парочку, направилась в сторону чуда белобрысого. Судя по всему девчонка уже проснулась и теперь тихонько, из под белесых ресниц наблюдала за происходящим.
— Ну, здравствуй, — Мария присела на край лежанки рядом с притворюшкой и как можно дружелюбнее улыбнулась, — ну и как тебя зовут, спасительница ты наша замечательная?
Конец первой части.
