нашествия Наполеона Жуковский переменил своё мирное звание на звание воина и записался в московское ополчение; участвовать, однако, в Бородинской битве ему не удалось, и единственным следствием пребывания его в рядах войска было написанное им стихотворение «Певец во стане русских воинов», обратившее на себя благосклонное внимание государыни Марии Феодоровны. Вскоре после этого Жуковский, по случаю окончания похода 1813 года, написал второе стихотворение «Послание императору Александру I, спасителю народов», которое и послал в Петербург своей царственной почитательнице, вдовствующей императрице.
Эти два стихотворения имели решающее значение в жизни нашего поэта: он стал известен при дворе государя, был вызван в Петербург и назначен чтецом при Марии Феодоровне; а когда в северную столицу прибыла невеста Николая Павловича и сделалась его супругою, Жуковский был приставлен к ней в качестве учителя русского языка. Отсюда становится понятным выбор Жуковского на должность наставника и руководителя учебных занятий вел. кн. Александра Николаевича. И мать, и бабушка, высоко почитавшие его как человека и писателя, единодушно решили, что лучшего наставника «маленькому Саше» невозможно найти, что Василий Андреевич — тот именно человек, которому, без всякого страха и боязни, можно доверить нравственное и умственное развитие будущего русского государя.
Действительно, Жуковский блестяще оправдал возложенные на него надежды и сумел влить в душу своего воспитанника и ученика все то светлое, человеческое, доброе, что в таком изобилии заключалось в его собственной природе, в его литературной деятельности, и что проглядывало во всех деяниях и реформах покойного царя-освободителя.
В начале настоящего очерка были приведены стихи, коими поэт приветствовал рождение великого князя; мы видели, что автор особенно ударяет на то, чтобы будущий государь прежде всего усматривал в каждом из людей его святейшее звание человека, и чтобы он, для блага подданных, забывал самого себя. Эти указания обязанностей государя, сделанные в качестве независимого поэта, Жуковский впоследствии, став наставником Александра Николаевича, непрестанно проводил через все своё руководительство его занятиями. И доброе семя, брошенное умелою рукою просвещённого наставника в душу ученика, дало впоследствии, действительно, прекрасный плод.
Вступив на престол, Александр II осуществил в жизни завет Жуковского: он освободил десятки миллионов русского населения от крепостной зависимости, то есть даровал России свободу; таковую же свободу он даровал силою оружия единоверным нам болгарам, положил в нашем Отечестве начало гласности и создал одинаковый для всех суд, то есть дал возможность всякому русскому гражданину уважать в себе, прежде всего, именно то «святейшее звание — человека», о котором сказано было в приветственном стихе его наставника-поэта.
IV
Получив лестное назначение наставника при великом князе, Жуковский стал деятельно готовиться к предстоящим занятиям. Здоровье его в то время было не особенно крепко, и, для поправления своих слабых сил, он взял продолжительный отпуск за границу, в течение которого изучил приёмы обучения лучших педагогов Западной Европы, а также составил обширный «план учения» Александра Николаевича. Каково было его душевное настроение в те дни, явствует из следующих слов его письма к государыне Александре Феодоровне:
«Да, у меня не осталось уже ничего личного! — писал он державной родительнице своего ученика. — Всякая добрая мысль при своём зарождении уже имеет свой особый интерес. Слова: долг, религия, любовь к отечеству, — словом, все, что присуще духовной природе человека, — уже не останавливает на себе моего внимания исключительно ради меня самого, но столько же ради того, в душе которого эти высокие мысли должны принести благодетельные плоды для человечества. Для меня явление истории люди, составившие счастие или несчастие своего времени, не служат более простыми предметами любопытства; но я вижу в них уроки, которые могут быть предподаны, образцы, которые могут быть предложены, опасности, которых следует избегать, — и занятия утратили для меня свой определенный характер: они всегда могут иметь свое полезное приложение. Я был бы совершенно счастлив, если бы мысль о моей неопытности не тревожила меня так часто».
Еще рельефнее рисуются нам его чувства и образ мыслей, изложенные в письме к К.К. Мердеру.
«Поздравляю вас от всего сердца с новым годом, бесценный мой Карл Карлович!.. — писал он главному воспитателю из Дрездена. — Завтра для нас он начнётся. Дай Бог, чтобы и начался, и кончился счастливо. Дай Бог счастья России. Говоря это, желаю в одном слове счастья всем нам и, в особенности, нашему государю. Слово “счастие России” — великое слово. Оно для нас с вами, особенно представляет главную цель наших мыслей и нашей деятельности: надобно, чтобы душа нашего великого князя получила всю способность, которой суть вложила в нее природа, для постижения всего великого смысла этого слова. Поневоле возьмёт страх, когда подумаешь о необходимой обязанности, которая теперь лежит на нас. Поистине может успокаивать нас только мысль, что мы истинно, бескорыстно будем стремиться к этой цели, забыв все собственное, уничтожив самое самолюбие с готовностью на великое пожертвование. Так разумею вас и уверенность в этом есть для меня также источник истинного счастья и спокойствия душевного… Работаю теперь над древней историей и древней географией. Постараюсь в течение своей дрезденской жизни кончить и таблицы, и исторические карты древней истории; также постараюсь приготовиться и к тем урокам, которыми надобно мне будет заниматься непосредственно по приезде моем в Петербург. Не могу вам сказать, как меня все эти занятия, мирные, порядочные, обращённые к одному предмету, делают счастливым, как душа спокойна, довольна настоящим и весело глядишь на будущее. Теперешнего положения своего не променяю ни на какое в жизни; то, что может быть человеку нужно в жизни, это — иметь вполне деятельность». [5]
После долгих приготовлений и основательного ознакомления с сочинениями известного педагога Песталоцци, Жуковский осенью 1826 года представил государю выработанный им за лето план учения великого князя Александра. Согласно этому плану, воспитание вообще и учение в особенности должны иметь целью — «образование для добродетели». Эта цель достигается развитием добрых качеств, данных природою, образованием из сих качеств характера нравственного, предохранением от зла, искоренением злых
