спрятанный под тряпками живот, что выглядывающие из-за спин старших мальчишки дружно прыснули, а на лице господина Ридоласа появилась понимающая улыбка.
Я тоже улыбнулась.
– Скоро все поспеет, дедушка. Потерпи немного. Господин Дул, вы к нам присоединитесь?
– Мы? – искренне удивился тот и с таким сомнением уставился на наш скромный котелок, что я тут же рассмеялась.
– Не волнуйтесь, у нас еды на всех хватит. Купили в запас. А суп – это так, для самых привередливых, кого не устраивает холодное мясо и купленный утром хлеб. Присаживайтесь, пожалуйста. Не стесняйтесь. Мы гостям всегда рады. Тем более ваш инструмент все равно надолго застрял в недрах нашей повозки. Хотите пива?
Господин Ридолас неловко кашлянул.
– Ну… я даже не знаю…
– Да садитесь, садитесь. Девушки, не бойтесь: Лок у меня смирный, не тронет. Он не кусается, если его не обижать. Проходите, устраивайтесь. Мальчики, забирайтесь на бревно – там вкуснее пахнет. А вы, господин, вон туда лучше присядьте, к дедушке. Там помягче и поудобнее. Наверное, вы тоже устали с дороги?
– Да когда бы мы успели? Только ж недавно выехали, – вполголоса хмыкнул блондинистый Лив, за что тут же получил болезненный тычок под ребра от Лики. – Ай… да что я такого сказал?!
– Уймись, – прошипела девица, грозно сверкнув глазами. – Тебя разве спрашивали?!
– Но я же…
– Тик, сбегай за припасами, – наконец принял решение господин Дул, тем самым избавив Лива от необходимости оправдываться перед недовольной красоткой, а потом осторожно опустился на ближайший тюк. – Негоже за общий стол без своего угощения садиться. Шига, Лив… вам особое приглашение нужно? Дия, Лика… Брит…
Циркачи помялись, неловко покосились друг на друга, но потом мальчишки, осторожно обойдя по кругу хварда, заняли место на поваленном давней бурей бревне. Потом к ним присоединились девушки. Причем Лика решительно подхватила под локоть красавчика Лива и властно утянула за собой – подальше от меня и моего котла, в котором весело булькал овощной суп. Потом и Шига решился. Правда, уселся он не на бревно, поскольку справедливо опасался его раздавить, а прямо на землю, довольно подобрав под себя ноги и выжидательно уставившись на котелок. И только юноша-гимнаст отказался сесть вместе со всеми и вместо того, чтобы занять свободное место на бревне, неожиданно устроился в ногах у хозяина. Так, как если бы всерьез опасался от него отходить.
Я удивилась, конечно, но виду не подала – где сел, там и ладно. Главное, что они вообще согласились остаться, а уж где и как – какая разница?
Мысленно пожав плечами, я потянулась за объемистым мешком с недавно купленными припасами. Потом расстелила на траве большую скатерть и принялась быстро расставлять многочисленные миски, плошки, кувшины с пивом, которое наши оборотни терпеть не могли, а аристократы (в смысле Эр и Дей) откровенно брезговали, но которое я все равно велела купить, чтобы было чем угостить долгожданных гостей. Потом в ход пошли мясо, свежий хлеб, местная зелень, овощи… Я не пожалела ничего из того, что мы имели. Да и зачем, когда денег хватало?
При виде такого богатства труппа растерянно переглянулась.
– Сейчас горячее будет, – заверила я и вернулась ненадолго к костру, где уже доходило ароматное варево. – Эр, Мер, Дей! Собирайтесь! Есть пора! Мер, достань для Лока кость! Он тоже голодный!
– Потерпит, – непримиримо отозвался от телеги Мейр, раздраженно стукнув молотком по какому-то гвоздю.
Я только вздохнула.
– Ладно, я сама.
– Я помогу, – тут же подскочил Эррей и пулей метнулся к вытащенным из повозки вещам, где со знанием дела порылся, чем-то пошуршал, пошуровал, а потом с довольным смешком выудил наружу приличный кусок говядины. – Во какой! Лок, друг мой лохматый, тебе нравится?
Хвард насупился и негодующе рыкнул.
– Нет? – удивился Эррей.
– Дай мне, – решительно отобрала я мясо и поманила оборотня пальцем. – Лок, иди сюда. Не вредничай. Никто не хотел тебя обидеть.
Только тогда упрямый зверь нехотя поднялся и, кинув на напрягшуюся спину миррэ еще один злорадный взгляд, подошел. Я-то знала – совсем голодным он не был: как-никак с утра плотно позавтракал. Но хварды – это ж такой непредсказуемый народ, что их лучше занять чем-нибудь, пока снова не сцепились. Хоть и привыкли они друг к другу, хоть и терпели, но иногда словно черная кошка между ними пробегала. Чуть что – сразу шерсть дыбом. Вот и Мейр опять насупился. Этот мохнатый негодяй снова его дразнит. Того и гляди опять разругаются вдрызг. Причем как Лок умудряется завести миррэ даже в зверином облике, ума не приложу. Молчит ведь, поглядывает только хитро, да иногда рычит, но тому хватает за глаза и за уши. Порой кажется, они понимают друг друга без слов, по одним только жестам. Или по изменившемуся запаху. Пес их знает, нелюдей. Но факт в том, что иногда Мейру хватало и знака, чтобы оскалиться и оказаться на грани трансформации. А иногда они по ночам тихо возились, стараясь делать это бесшумно, но однажды все равно чуть не разбудив всю округу своими кошачье-собачьими разборками.
Я, когда увидела, чем они занимаются, так разозлилась, что швырнула в них сапогами. Одному метила в лоб, другому, соответственно, в зад. В обоих, кстати, попала и обоих обложила нехорошими словами. Потом изрядно надавала по холкам и закономерно получила в ответ расстроено-обиженные взгляды. Да еще такие, что чуть не устыдилась, но потом вспомнила, что громадный рыжий кот нас круто демаскирует, и решительно прекратила этот беспредел. Потому что один-единственный срыв мог стоить нам очень дорого. А эти два хулигана, войдя в раж, порой забывали обо всем на свете.
Вот и сейчас уже готовы скалить зубы и ворчать, как обычно.
Я нахмурилась, а потом присела на корточки и требовательно ухватила торжествующе ухмыльнувшегося волка за шкирку.
– Ты мне обещал, – тихо напомнила бессовестному зверю, наклонившись вплотную к его мохнатому уху. – Ты поклялся, что с тобой не будет проблем. Я поверила. Так что не заставляй меня об этом жалеть, хорошо?
Лок вздрогнул и вскинул наверх отчетливо позеленевшие глаза. Потом вздрогнул снова, ощутив, как шевельнулись у меня под повязкой Знаки. Тяжело вздохнул. Опустил уши. Поджал хвост и… покорно поплелся к миррэ: извиняться.
Мейр, почувствовав толчок мокрым носом, сперва презрительно фыркнул. Потом отмахнулся. Сердито засопел. Но Лок был настойчив и на редкость терпелив, поэтому миррэ все-таки пришлось повернуть голову и посмотреть на него прямо. Глаза в глаза.
Я не знаю, как уж они общались без слов и при этом хорошо понимали друг друга, но что-то у них явно получалось. Что-то странное, необъяснимое, на одних только эмоциях. Вот и теперь, спустя
