плохо. Взволнованно сглотнув он кашлянул и спросил:
— Извините, вы интересуетесь спортом?
Блайтон, не переставая контролировать обстановку вокруг, лениво ответил отзыв:
— Если только футбол. Остальное меня не интересует.
Из «Петра Сергеевича» словно позвоночник выдернули. Мужчина глубоко, облегчённо вздохнул и буквально мешком свалился рядом на скамейку. Дрожащей рукой вытащил из кармана брюк скомканный платок и несколько раз вытер лицо, по которому текли другие капли пота.
— Слава Богу, это вы… Я уж начал опасаться что всё сорвётся… Мистер? — по-английски заговорил информатор.
Произношение у него было не очень, но фразы строил почти правильно. Говард поморщился и поправил:
— Говорите по-русски, я его хорошо знаю. Меня называйте… — он усмехнулся и добавил: — Иван Иванович.
— Хорошо-хорошо, просто я думал… В общем, неважно! — нервно махнул рукой мужчина, и тут же поинтересовался: — Вы принесли то что я хочу? И… ваше решение?
«Баронет» вдруг вспомнил неведомо куда пропавшего русского дворянина и мысленно сравнил их. Выбор оказался явно не в пользу «Петра Сергеевича». Тот русский точно себя контролировал и производил впечатление сильной, убеждённой личности. Если он ещё жив то точно доставит большевикам много проблем. А этот? Информатор с первой же минуты вызвал у разведчика неприязнь, впрочем, никак не проявлявшуюся. Даже если бы «Пётр Сергеевич» не изложил в первом же сообщении свои желания и мотивы сотрудничества то Блайтон и сам бы догадался — деньги и побег в Англию.
Сам Говард искренне презирал таких людей, поскольку знал что никогда в жизни не поступил бы как они. Никакие деньги не смогли бы заставить его предать Британию, поскольку он любил её и считал предательство низостью, но у него не было иллюзий что множество людей, в том числе и в самой Англии, думали совершенно иначе. Вот и в советском «рае» для рабочих и крестьян такие тоже есть. Но его личное отношение не должно влиять на работу, поэтому резидент успокаивающе ему улыбнулся и чуть отогнул полу куртки:
— Конечно, Пётр Сергеевич, всё с собой… — он вынул из внутреннего кармана куртки небольшой газетный свёрток с рублёвыми купюрами и передал мужчине.
У того жадно вспыхнули глаза и он, едва себя сдерживая, схватил его. Несколько секунд пощупал со всех сторон но проверять не стал и проворно засунул себе под пиджак. Это явно его успокоило и теперь Говард видел перед собой куда более уверенного человека.
— Даже не будете пересчитывать? — иронично спросил он, глядя тому в лицо.
— Дома пересчитаю. И я вам верю… — на губах «Петра Сергеевича» появилась слабая улыбка. Но мужчина снова напрягся и с заметной тревогой поинтересовался: — А что насчёт…?
— Вашего переезда в Лондон? — усмехнулся Блайтон. — В принципе, моё руководство согласно. Но! Только если вы сможете предоставить нам такую ценную, правдивую информацию, из-за которой оно решит вам помочь. У вас есть то что я мог бы передать своим начальникам?
— Да, конечно, Иван Иванович! — с готовностью согласился тот, снова начав шарить у себя под пиджаком. — Вот тут собственноручная мною нарисованная схема некоего… хм… института… секретного института! — значительно уточнил «Пётр Сергеевич», отдав ему лист бумаги с разными рисунками и обозначениями. — Совсем недавно я узнал что там создали какой-то особый отдел… или конструкторское бюро, точно не знаю… в общем, теперь в нём каждый день работают больше сотни всяких изобретателей, конструкторов, военных. К сожалению, меня оттуда уволили до того как всё это случилось… поссорился я немного с начальством… Редкостные тупицы, я вам скажу… так вот, но у меня там остались друзья, знакомые. Мы пару раз собирались, выпивали как положено… Нет, так-то всё секретно но, сами понимаете, если человек пьян в компании друзей то… — он хитро рассмеялся каким-то хриплым смехом, — … то язык развязывается! Надо лишь знать ЧТО спросить, и КАК спросить! Или даже просто намекнуть! И человек сам всё расскажет, если верит собеседнику…
— Гм… И что же они там изобретают? Кстати, где он расположен, этот институт? — спросил Говард, заинтересовавшись и рассматривая схему.
— Расположен? На юге Москвы, восточнее Подольска, есть небольшой городок Покров… — начал рассказывать «Пётр Сергеевич». — Очень красивый городок, церкви… Ну, не суть! Так вот, восточнее этого самого Покрова в густом лесном массиве между реками Пахра, Канопелька и Домодедовским шоссе расположен наш институт. Он даже без названия, просто «Институт-33» и всё. Вот, кстати, приблизительное расположение охраны… Раньше её было мало но теперь, по словам моих друзей, там десятки чекистов! Стоят посты на съезде с шоссе, да и в самом лесу тоже с собаками гуляют… Вооружение? Винтовки, что ж ещё? А вот чем занимаются… Мне пришлось четыре бутылки водки на Николая потратить чтобы тот еле внятно сказал что там что-то со стволами… Так и не понял что это за стволы, пушечные или танковые. Хотел уточнить, да он заснул так что хоть роняй его и то не проснётся! Одно я понял точно — всё что они там изобретают, новое оружие для Красной армии, и притом очень секретное! Говорили что почти каждый день туда приезжают командиры с пушечными и танковыми петлицами, что-то обсуждают, спорят… К сожалению, мои друзья там так, на подхвате, мало что знают, а то бы больше сказали когда пьяные… — огорчённо признался мужчина.
— Интересно… — задумчиво протянул «Баронет», убирая в карман листок-схему вместо отданного свёртка с деньгами. — Это уже кое-что, признаю. Есть возможность узнать что-то более подробно? Естественно, без риска для вас и ваших друзей? Фамилии конструкторов, точные рисунки узлов, деталей, может даже фотографии?.. Сами понимаете, чем больше точной информации тем больше шансов что моё руководство примет положительное решение.
— Да понимаю я это, не дурак! — с досадой эмоционально воскликнул «Пётр Сергеевич», и тут же сбавил голос, воровато оглянувшись по сторонам. — Но и вы поймите, самому мне туда хода больше нет, пропуск отобрали. А Николай и Толя бояться лишнего спрашивать или лезть куда не просят! Там же этих сволочей сколько крутится, а в лагерь или под расстрел никто не хочет! НКВД это такие звери! По малейшему подозрению сразу пулю в лоб, и ничего им за это не будет, не то что у вас… Я, конечно, постараюсь ещё выведать, благо что у меня день рождения через четыре дня, напою их как надо, но… обещать ничего не могу. И так как по лезвию
