совершенно новые области физики, которые предлагают способы быстро, легко и дёшево преодолевать межзвёздные расстояния. Сейчас я не буду много говорить о них, поскольку на данный момент мы ограничиваемся тем, что можно предвидеть с помощью научных знаний
нашего времени. Однако такая технология могла бы открыть возможность существования очень обширной, но пронизанной сетью связей и плавно взаимодействующей цивилизации, поэтому в одиннадцатой главе я расскажу о такой «новой науке» немного больше.
На данный момент важным фактом для того, кто пишет об инопланетянах, будет то, что любые возможности, которые мы можем представить для нас самих, в равной степени вероятны для других разумных существ, которые чем-то похожи на нас. Всё, что мы можем осуществить, или ясно видим возможность осуществить это в дальнейшем, также может осуществить кто-то ещё.
А ЕСЛИ ОНИ НЕ ТАКИЕ, КАК МЫ?
На протяжении всей этой главы я приводил вымышленные примеры того, как некоторые элементы инопланетного общества могут развиваться иначе, чем те же элементы у нас. А может ли общество быть настолько чуждым, что некоторые из его особенностей не имеют аналогов у нас (или наоборот)?
Например, развитое общество могло бы эволюционировать из чего-то аналогичного нашим общественным насекомым: пчёлам, осам, термитам и муравьям. У них существует сложная социальная структура, в которой тысячи особей узко специализированы для выполнения очень специфичных функций в работе колонии как единого целого. Действия каждого индивида определяются сочетанием жёстко заданной программы и сообщений, которыми отдельные особи обмениваются между собой посредством закодированных химических соединений или «языка танца» медоносных пчел. Действия любой отдельно взятой особи (кроме матки) не очень важны; особи в значительной степени взаимозаменяемы и являются расходным материалом, а вне колонии ни одна из них не может прожить достаточно долго. В некотором смысле колония больше похожа на разумное животное, чем на стадо, а составляющие его отдельные насекомые больше похожи на его клетки. Учитывая сложность, которой уже достигли некоторые из этих сообществ насекомых, нетрудно представить, как некоторые из них развиваются до уровня, сравнимого с нашими городами, или даже до более высокого уровня. В таком обществе могут оказаться почти непостижимо чуждыми такие понятия, как «права личности» и «демократия»; разумеется, понятие индивида как целостного существа может быть именно таким. Похоже, что менталитет улья наблюдается у тельциан из романа Джо Холдемана «Бесконечная война».
Для дельфинов или сходных с ними существ, эволюционировавших вне Земли, может оказаться трудным для понимания само понятие городов и тех трудностей, которые возникают у множества индивидов, проживающих практически всю свою жизнь в перенаселённых местностях, где существует множество искусственных границ. Мой «Пиноккио» (“Pinocchio”) — это производное того типа культуры, который мог бы существовать у дельфинов-афалин. Мои предположения были основаны на реальных результатах исследований, и мы пока ещё не можем полностью исключать возможность того, что у них может существовать такое общество. (Даже если его у них нет, вне Земли всё равно может существовать что-то очень похожее!) Их образ жизни ещё более кочевой, чем у людей-кочевников; они странствуют на огромные расстояния в мире, который по сути трёхмерный (наш — в значительной степени двухмерный), и они не создают артефактов, потому что у них нет рук. Там, где они живут, применение огня невозможно, поэтому идея приготовления пищи, вероятно, показалась бы им довольно странной. Возможно, дельфину трудно представить себе ложь и обман, так глубоко укоренившиеся практически во всех человеческих культурах. Внутренние реакции, связанные с эмоциональным стрессом, было бы трудно скрывать, поскольку тела дельфинов буквально прозрачны для воспринимаемых друг другом звуков!
Тем не менее, можно представить себе иные очень чуждые культуры, чаще всего начав с какой-нибудь группы животных, обитающей на Земле, и представляя, как она могла бы эволюционировать — например, похожие на морских звёзд радиаты в «Воспоминаниях женщины-космонавта» (“Memoirs of a Spacewoman”) Наоми Митчисон. Вероятно, в большинстве культур существуют некоторые элементы, которые очевидным образом соответствуют элементам человеческих культур, но могут быть и такие, у которых нет аналогов. В целом, чем больше ваши животные отличаются от приматов, и чем больше среда их обитания отличается от той, в которой эволюционировали приматы, тем больше будут различия культур.
Например, у обычного полёта могло бы быть множество следствий. У Сверхправителей из «Конца детства» Артура Кларка в городах нет тротуаров, а двери расположены на произвольной высоте. У ифриан в «Детях ветра» Пола Андерсона нет настоящих городов, и это представление может быть более вероятным. Их мобильность делает ненужным существование постоянных скоплений, а большие потребности в энергии при полёте превратили их в прожорливых плотоядных животных, которым приходится жить редко разбросанными группами, эксплуатируя и охраняя большие территории.
По литературе разбросано множество иных вымышленных примеров. Возможно, вам будет полезно просмотреть «Путеводитель по инопланетянам» (“Barlowe’s Guide to Extraterrestrials”) Барлоу, чтобы вкратце ознакомиться с некоторыми из них, а затем найти исходные произведения, чтобы более подробно прочитать о тех из них, что вас интересуют.
Вероятно, вам также будет полезно побольше почитать о земных животных как об источнике идей и представить себе, какие общества могли бы эволюционировать у них. Например, как мы могли бы относиться к смерти и ценности жизни, если бы наши родители отложили тысячи яиц и знали, что лишь 1 процент из них даст жизнь тем детям, которые доживут до совершеннолетия? Если бы мы сбрасывали свою кожу, как змеи или ящерицы, могли бы наши родители украшать дом сброшенными в детстве кожами наподобие того, как некоторые родители из числа людей делают карандашные пометки на стене, чтобы отслеживать рост своих отпрысков?
Лучший общий совет, который я могу дать писателю, желающему писать об инопланетных обществах, будет таким: узнайте всё, что можете, об этологии, антропологии и истории — в их самом широком смысле, — а затем выходите за их рамки. Позвольте им подсказать вам, куда идти, а затем следуйте по этим указаниям так далеко, как только сможете.
ГЛАВА 7
Инопланетный язык
Это самая точная транскрипция ключевого предложения с использованием символов, понятных многим людям на Земле, из моего первого рассказа среди всех написанных мною, которому удалось вызвать серьёзный интерес у редактора. У этого рассказа («Дьявол и глубокое синее море» (“A Devil and a Deep Blue Sea”)) были и другие проблемы, поэтому он так и не был продан, но стал поводом для появления искреннего письма поддержки от редактора, который ранее присылал мне лишь распечатанные бланки отказа. Прошло совсем немного времени,
