и он купил мой первый рассказ, а вскоре начал покупать их регулярно.
Что же было в этой истории такого, чего не было в её предшественниках? Думаю, самым важным элементом, который привлёк внимание редактора, было внимательное отношение к роли языка в контакте между двумя видами с разных планет. Я написал его отчасти потому, что не смог припомнить, чтобы когда-либо читал другую историю, в которой был бы показан реальный процесс изучения человеком инопланетного языка. Я сознательно намеревался сделать это — хотя, конечно, основная суть истории была связана с тем, что сказали инопланетяне, как только началось общение с ними.
Чтобы показать процесс изучения языка, мне пришлось достаточно много узнать о самом языке — иными словами, я должен был изобрести его в мельчайших подробностях. Конечно, в этом не всегда есть необходимость. Возможно, вам никогда не понадобится показывать инопланетный язык настолько подробно. Но вы почти наверняка включите в произведение, как минимум, несколько слов — хотя бы имён — и, вероятно, какое-то общее описание того, как звучит язык или на что он похож. Как и в любом другом аспекте писательского труда, чем больше вы знаете о своём контексте, тем убедительнее будет та часть, которую вы расскажете, потому что читатель почувствует, что написанное на странице является частью большего и непротиворечивого целого. Для меня как писателя одним из самых приятных моментов был случай, когда редактор рукописи обнаружил грамматическую ошибку в инопланетном языке, для которого я не прописывал никаких правил.
Как и в случае с живыми организмами и культурами, диапазон тех обличий, которые могут принимать языки, шире, чем вы можете себе представить, даже на Земле. Итак, давайте начнём это обсуждение того, как могли бы общаться инопланетяне, с рассмотрения некоторых способов общения людей, начиная с самых знакомых, и после этого углубляясь в предмет. То, что я намереваюсь сделать, задумано не как всеобъемлющее и упорядоченное введение в лингвистику, а скорее как краткий обзор некоторых приёмов, сложившихся в человеческих языках, позволяющий дать вам представление о том, насколько широким может быть это разнообразие. Чтобы изучить вопрос более подробно и методично, вы могли бы начать со знакомства с чем-то наподобие книги Виктории Фромкин и Роберта Родмана «Введение в язык» (“An Introduction to Language”), которая, в свою очередь, отсылает вас ко многим другим источникам. Кроме того, я нахожу поучительным и занимательным просматривать статьи о языках и лингвистике в «Британской энциклопедии».
РАБОЧИЕ ИНСТРУМЕНТЫ: МИНИ-МУЗЕЙ ЛИНГВИСТИЧЕСКИХ ДИКОВИНОК
Если английский — это единственный язык, который вы использовали или изучали, то вы сталкивались лишь с немногими грамматическими терминами и понятиями, но далеко не со всеми прочими. Языки различаются настолько, что для описания их особенностей вам будут нужны отдельные словари-справочники. В суахили, например, нет причастий, зато в английском языке нет синхронных и последовательных времён. Существует некоторое совпадение в том, что делают эти элементы языка, но в том, как они это делают, существует большая разница — и даже их функции ни в коем случае не эквивалентны.
Я предполагаю, что вы хотя бы поверхностно знакомы с такими основными чертами английского языка, как согласные и гласные, существительные и глаголы, прилагательные и наречия, местоимения и предлоги, а также с прошедшим и настоящим временами. Отталкиваясь от этого, я напомню вам о некоторых особенностях, с которыми вы, возможно, сталкивались в других языках, обычно преподаваемых в американских школах, а затем перейду к другим, встречающимся только в языках, с которыми вы вряд ли сталкивались.
Например, если вы изучали французский или испанский языки, вам встречались спряжения глаголов. Спряжение — это принцип изменения формы глагола для выражения лица, числа и времени. На английском языке это настолько просто, что вы вряд ли даже осознавали это. Простое настоящее время имеет две формы (go и goes), а прошедшее — только одну (went); будущее образуется путём подстановки вспомогательного глагола перед основной формой (will go). Во французском или испанском всё сразу становится сложнее, потому что для каждого времени вам нужно выучить (примерно) шесть форм: по одной для «я»; «ты» (единственное число/фамильярное); «он», «она» или «оно»; «мы»; «вы» (множественное число/вежливое) и «они».
Более того, не существует ни одного принципа, который работал бы всегда. У испанских глаголов можно выделить три различных спряжения, а у французских — четыре. Если этого мало, то в обоих языках содержится множество «неправильных» глаголов, которые слабо или сильно отклоняются от любого из стандартных спряжений, и потому их необходимо запоминать. Поскольку это в значительной степени верно для всех языков, обычно преподаваемых в североамериканских школах, вы можете предположить, что неправильные глаголы должны быть представлены в языках в изобилии. (Этого не наблюдается, но подробнее об этом — чуть позже.) С другой стороны, хотя такие языки требуют от вас изучения большего количества форм, они также дают вам некоторую дополнительную гибкость. Когда лицо и время подразумеваются в самой форме глагола, вам не всегда нужно чётко указывать подлежащее. Испанский язык обычно пропускает подлежащее местоимение, если оно не обязательно нужно для ясности или акцентирования внимания (например, «hablo» вместо «yo hablo», то есть, «я говорю»).
Изучая французские или испанские спряжения, вы также обнаружили, что времена в разных языках не обязательно определяются одинаково. И если в английском языке существует одно простое прошедшее время, то в испанском их два. Претерит (примерно, но не точно соответствующий тому, что французские учителя часто называют «прошедшим историческим временем») относится к действию, которое имело место однажды в определённое время («Я прочитал книгу вчера»), а имперфект — к действию, которое имело место неоднократно или непрерывно в течение определённого периода («Я часто читал книгу, когда возвращался домой с работы в те дни»).
Во французском, испанском или немецком языках вы также должны различать уровни обращения. Разговаривая с любым человеком, вы должны решить, следует ли обращаться к нему фамильярно, как tu, tú или du, или официально (вежливо), как vous, Usted или Sie. Фамильярные формы используются при обращении к животным, детям и людям младше вас или с более низким статусом; вежливые формы используются при обращении к тем, кто старше или обладает более высоким статусом. Трудность (и подводный камень) заключается в необходимости принять решение о том, какая из категорий подходит тому, к кому вы обращаетесь. Это может быть непросто, а неправильное предположение может стать причиной неприятностей. Современный английский (в наши дни, когда популярность «thou» упала) избавляет вас от необходимости принимать это решение. Самый близкий в настоящее время вариант
