Независимо от трудовых обязанностей, возложенных на работников, последние, прежде чем принять какое-либо решение относительно выбора варианта приватизации, были вынуждены в течение нескольких недель рабочего времени фактически вариться в котле обсуждений, где тон задавали либо руководители структур, либо выборные лидеры профсоюзных организаций или структурных советов трудовых коллективов.
Данные опроса показали, насколько велико было влияние авторитета руководства, профсоюзных лидеров и председателей советов трудовых коллективов на формирование общественного мнения каждой конкретной бригады, участка, отдела и управления.
//__ * * * __//
1. Итак, в первую группу вошли двенадцать структурных подразделений государственного объединения Норильский комбинат, специализировавшихся как на добыче сульфидных медно-никелевых руд (шесть рудников), так и на добыче других полезных ископаемых, а также на обеспечении горного производства транспортными услугами. Суммарная численность трудящихся рассматриваемых производственных структур на день проведения опроса составляла 11499 человек, преимущественно являвшихся горняками.
Результаты опроса общественного мнения, сформированного в шахтёрской среде, показали, что первый вариант приватизационных льгот поддержало всего лишь 1546 работников, или 13,44 % от общей списочной численности опрошенных трудящихся. За второй вариант льгот подписалось 1017, азатретий — 33 работника, что соответственно составляло 8,84 % и 0,29 % от общей списочной численности. Суммарный же уровень поддержки горняками всех предложенных вариантов промышленной приватизации не достиг и четверти, составив всего-то 22,57 % от общей списочной численности работников двенадцати опрошенных структурных подразделений комбината.
В то же время категорически отрицательно отнеслись ко всем трём вариантам приватизационных льгот, а иногда и собственно к промышленной приватизации как таковой, письменно выразив своё несогласие в опросных листах, 3417 работников, что составляло 29,72 % от общих списков трудящихся горнодобывающих подразделений.
Кроме того, значительная часть горняков, бегло ознакомившись с основными, характерными условиями каждого из вариантов льгот, предоставлявшихся в процессе промышленной приватизации, предпочла вообще воздержаться от выбора, сославшись на необходимость более подробного изучения самого процесса приватизации. Перечень таких воздержавшихся включал в себя 1842 труженика горного производства, или 16,02 % от их общей списочной численности.
В итоге количество осознанно отказавших в поддержке всем предложенным вариантам приватизации государственного объединения Норильский комбинат, несмотря на соблазн льгот, предоставлявшихся членам трудового коллектива, достигло 5259 работников, или 45,74 % от списочной численности трудящихся, профессиональная деятельность которых была связана с основополагающим, горнодобывающим звеном основной производственной цепочки комбината.
Приблизительно одна треть горняков, 3644 человека, — 31,69 % от всего списка, в основном находившихся в отпусках и командировках, а также отсутствовавших по причине заболеваний, объективно не смогла принять участие в проводимом опросе.
Для того чтобы понять атмосферу того времени, причины, побудившие трудящихся сделать тот или иной выбор, приведём лишь несколько наиболее примечательных записей, сделанных в виде комментариев прямо на опросных листах. Так, к примеру, начальник подземного участка очистных работ № 7 рудника «Октябрьский» Вадим Тимохин, поясняя, почему 43 из 75 подчинённых ему работников подписались против всех вариантов приватизационных льгот, сделал запись о том, что «необходимо разъяснение каждого варианта». Практически то же самое имел в виду начальник подземного участка горно-капитальных работ № 9 рудника «Октябрьский» Евгений Ермилин, совместно с ещё 29 своими подчиненными подписавшийся против всех вариантов приватизации, объясняя причину того, что ещё 36 его работников, воздержавшись, «отказались подписывать, так как нет никаких пояснений, расчётов по приватизации».
Совсем не менее интересными показались и результаты опроса горняков рудника «Комсомольский», где после всего услышанного о приватизационных льготах, после соответствующих обсуждений и дискуссий на проведённых собраниях трудящихся, из 1296 работников списочной численности 952 отказались от подписания предложенных опросных листов. В списках воздержавшихся от выбора всех трёх приватизационных льгот был и весь руководящий состав рудника, кроме заместителя главного инженера по технике безопасности Ивана Штылёва, поддержавшего приватизацию комбината по первому варианту приватизационных льгот.
Такой результат имел место быть по причине отсутствия достаточного количества времени, прежде всего, у инженерно-технических работников рудника «Комсомольский», на осознание полученной о приватизации информации, её проработки и принятия какого-либо решения. Это понятно, логично, а также по-своему близко каждому разумному человеку, живущему своей головой и помнящему народную мудрость: «Не зная броду, не суйся в воду!».
2. Для дальнейшего рассмотрения итогов опросной кампании по выбору какого-либо из вариантов приватизации условно объединим часть структурных подразделений государственного объединения Норильский комбинат в ещё одну группу в составе трёх металлургических заводов, одного специализированного металлургического цеха, двух обогатительных и одной агломерационной фабрик. В общей сложности в этих структурных подразделениях трудились 13871 человек, по большей части являвшихся металлургами.
Профессиональная деятельность металлургов, впрочем, как и горняков, всегда сопряжена с довольно серьёзными рисками для жизни и здоровья и, безусловно, требовала и требует высочайшего знания своего дела, разумной осторожности при принятии каких-либо решений, критического отношения к сомнительным, ещё не апробированным рационализаторским предложениям. Бескомпромиссное соблюдение требований техники безопасности на производстве для людей этих профессий во многом являлось и является гарантом успешного выполнения производственных заданий, сохранения как собственных жизней и здоровья, так жизней и здоровья их сотоварищей по труду.
Скорее, именно профессиональные навыки, связывавшие процесс выработки и принятия решения в условиях травмоопасного производства с необходимостью получения полной информации, её мыслительной обработки до достижения ясной картины возможных последствий, повлияли на то, что металлурги оказали самую низкую поддержку предложенным вариантам приватизации (!).
Так, за первый вариант подписалось лишь 958 работников, что составляло 6,91 % от списочной численности трудящихся рассматриваемых подразделений. Второй вариант поддержали 1193, а третий — всего 3 работника, что от общей численности металлургов составило соответственно 8,60 % и 0,02 %. Итоговый показатель уровня поддержки, оказанный норильскими металлургами вообще всем вариантам приватизации, был равен 15,53 % от их списочной численности. Если сравнить его с аналогичным средним показателем, выведенным по всем структурам комбината — 26,84 %, то полученная разница в 11 % выглядит весьма впечатляюще.
Против всех вариантов приватизации подписалось 2665 работников, а 3094, обсудив заданную тему на собраниях трудовых коллективов цехов, участков и служб, предпочли вообще воздержаться от выбора, что соответственно составляло 19,21 % и 22,31 % от общей списочной численности трудящихся рассматриваемых структурных подразделений. Фактически доля протестного электората, если в данном случае позволительно употребить данный термин, составляла 41,52 % от объединённых трудовых коллективов металлургов, агломератчиков и обогатителей.
Общее настроение большинства металлургов наиболее красочно отразили записи, сделанные прямо от руки на итоговых страницах опросных листов руководителями среднего звена металлургического производства. Особенно интересными показались заметки на полях ведущих металлургов Медного завода государственного объединения Норильский комбинат. Судите сами, приведённые цитаты совершенно не нуждаются в каких-либо дополнительных комментариях:
1) «Коллектив цеха с предлагаемыми вариантами акционирования концерна ознакомлен. От подписи трудящиеся воздержались. Решение вопроса доверяют СТК /Совету трудового коллектива/ комбината», — 24 сентября 1992 года выразил позицию трудового коллектива начальник сушильного цеха Борис Самойлов;
2) «Коллектив плавильного цеха ознакомлен с условиями акционирования и считает их неприемлемыми для НГМК /Норильского комбината/. От подписей в поддержку вариантов отказались», — 25 сентября 1992 года сделал запись начальник плавильного цеха Константин Злотников;
