Читаем без скачивания Второе дыхание - Дик Фрэнсис

— Мне пришло в голову, что если мой инстинкт меня не обманывает и вы мне нравитесь не случайно, значит, вы человек хороший. А если вы человек хороший, значит, вы не торгуете смертью. Скорее, наоборот, стоите на пути у тех, кто ею торгует. Если смотреть на вещи с этой точки зрения, становится ясно, что, набрав сведения о множестве таких опасных сделок, вы предотвращаете наиболее опасные и по возможности препятствуете прочим, но при этом так, чтобы прочие члены компании вас ни в чем не заподозрили. Вы ведете двойную жизнь, и притом очень опасную. Если бы Майкл об этом узнал, он наверняка бы вас убил. И потому вам нужен такой человек, как я, который мог бы служить вам глазами, сам о том не подозревая. Все, что я рассказывал Джону Руперту и Призраку, шло напрямую к вам. — Я грустно улыбнулся. — Думаю, если бы мы поговорили лично, нам удалось бы добиться большего.

Робин явно был шокирован.

— Я не мог себе этого позволить!

— Это не входит в то, что мне «следует знать»?

Робин, конечно, услышат иронию в моем голосе, но он слишком долго ходил по узенькой дорожке, где жизнь от смерти отделяется только этими пресловутыми правилами.

— Ну так что, полетим на Трокс? — снова спросил я.

— А как же Шейла?

— Боюсь, что нам придется познакомиться с ней поближе.

— А кто с вами?

— Вы, я и пилот.

— Какой пилот? Не Крис, случайно?

— Нет, не Крис.

Робин надолго умолк, потом наконец сказал:

— Ну куда вам лететь в таком состоянии? И зачем нам туда лететь?

— За надеждой, — ответил я. На том мы и расстались. Но на следующее утро Робин ждал меня на стоянке в аэропорту Майами, как и договорились.

Я познакомил Робина с Анвином и заново представил ему самолет — тот самый, взятый напрокат у компании «Даунсаут», на котором Робин летал на Трокс в прошлый раз.

Анвин широко улыбнулся мне и хлопнул Робина по спине. Меня несколько позабавило, как поморщился Робин от такого проявления фамильярности. Я забросил в кабину свою сумку и еще раз обсудил с пилотом, какая погода нас ожидает.

— Сегодня ночью, — сказал Анвин, — леди Шейла подхватила юбки и рванула на северо-восток. Она теперь ураган второй категории и продолжает набирать силу. Живи я на Большом Каймане, я бы с утреца собрал вещички и взял билет на самолет.

Старый профессионал, Анвин не делал ни единого лишнего движения и при этом ничего не забывал. Я всегда считал, что Крис хороший пилот. Да, неплохой, но Анвин… Тот летал как по маслу. Трокс появился под нами точно в назначенное время, и затвердевшая травянистая полоса приняла турбовинтовой двухмоторник без сучка без задоринки. Затормозив рядом с разрушенной церковью, Анвин вылез из кабины и, не дожидаясь нас, сам по себе пошел к разоренной деревне.

Странно было снова очутиться на этом острове! А еще более странным было то, что я очутился тут вместе с Робином Дарси.

Мы остались сидеть на своих местах. Я спросил у Робина:

— Вы слыхали, Эми утверждает, будто этот остров принадлежит ей.

Робин кивнул.

— Она это утверждает на том основании, что до нее на этот остров якобы на протяжении нескольких месяцев не ступала нога человека. Вроде бы есть какой-то старинный закон на этот счет.

— Она говорит, что и я здесь не был!

— Ну да, потому что боится, что кто-нибудь опротестует ее право.

— Вы, наверное, знаете, что она заработает миллион, а то и больше на новой технологии пастеризации, если ей удастся держать этих коров в изоляции? Должны знать — вы же сами помогли ей выжить людей с острова вашими радиоактивными грибами. А в тот день, когда вы забрали меня отсюда на Большой Кайман, вы приезжали проверять стадо в костюмах радиационной защиты. Стадо не радиоактивно и может принести несколько миллионов прибыли… возможно.

— Почему «возможно»?

Я вздохнул.

— Я пил молоко этих коров и заразился неизвестной науке болезнью, которая теперь называется паратуберкулез Чанда — Стюарта X.

— А-а! — понимающе кивнул Дарси. — Так вот почему вы попали в ту больницу! Да, но ведь вы вылечились. Теперь у вас не осталось доказательств, что вы действительно были на острове.

— Антитела остались.

— А-а! — сказал Робин. — А-а! — повторил он. — И, видимо, еще и сотни образцов культуры.

— И это тоже.

— Значит, вы можете доказать, что были на острове.

— Дело не только в этом, — сказал я. — Эми очень не понравится та зараза, которую можно подхватить, если с пастеризацией что-то выйдет не так. Очень противная болезнь, начинается неожиданно и остро, и долго не проходит. Похоже, мне предстоит еще несколько недель терапии, прежде чем я окончательно вылечусь.

Думать об этом мне не хотелось, и потому я решил сменить тему.

— А что стало с той, первой папкой, в которой были письма, написанные разными иностранными алфавитами?

— С той, которую вы ухитрились достать из сейфа?

— Ну да.

— Я был ошеломлен, когда Джон Руперт сообщил, что вы ее видели.

— Но вы возвращались сюда за ней, — сказал я. — И забрали ее отсюда в тот день, когда вывезли меня на Кайман с завязанными глазами, за что я вам очень благодарен.

Робин улыбнулся.

— Однако вас это не обмануло.

— Да, всего-навсего спасло от смерти в волнах.

— Майкл был за то, чтобы выкинуть вас за борт, — кивнул Робин и мрачно продолжал: — И к тому же торопился воспользоваться заказами в папке — мы и так слишком долго с ними тянули. Поэтому он исподтишка ее у меня забрал.

Да, видно, Робин немало намучился со своими «коллегами», желающими все непременно делать по-своему!

— Майкл только вчера мне признался, — продолжал Робин, — что не силен во всех этих иностранных языках и потому некоторое время назад отдал папку Эми, чтобы она спрятала ее обратно в сейф на Троксе вместе со своими материалами по коровам, пока он разберется, что с этой папкой делать. Судя по всему, папка и ныне там. Должно быть, это одна из причин, почему у Майкла руки чешутся набить кому-нибудь морду. Он ведь попал впросак!

— Она вам нужна, эта папка? — спросил я.

— А как же! Только сейф не откроется.

— Кто сказал?

— Эми. Эми говорит, она сделала так, чтобы сейф не открывался. Чтобы никто не мог добраться до ее записей по коровам.

— Ну, может, это и не столь важно, — сказал я. Я достал из сумки аккуратный конвертик с фотографиями, врученный мне Джейсоном Уэллсом. — Все эти фото сняты на острове, — сказал я. — Видите, вот это — аккуратно прибранные теплицы для грибов до урагана, это — деревня и коровы до урагана, а последнее фото с коровами и три фото страниц, написанных иностранным алфавитом, — это уже после урагана.

Робин созерцал фотографии как зачарованный.

— Пригодятся, — сказал он. — Это лучше, чем ничего.

Я открыл аппарель и, пошатываясь на ветру, спустился по лесенке на землю. Как приятно сходить по этой лесенке с открытыми глазами, одетым и обутым!

Робин остановился в нерешительности, держась за перила.

— Спускайтесь! — подбодрил я. — Опасной радиации тут нет. Местных жителей спугнули с помощью обманки — чего-то вроде Лорикрофтова пакетика с порошком, испускающим альфа-частицы. Шуму много, но заболеть от этого нельзя.

Робин пожал плечами, спустился следом за мной, и мы вместе направились ко второму бетонному домику, не обращая внимания на порывистый ветер.

В развалинах деревни бродили быки. Фризские коровы мычали и тянулись ко мне. Я ласково похлопывал их по мордам, проходя мимо. Конечно, намучился я из-за них изрядно, но ведь коровы-то не виноваты. К тому же они, в конце концов, единственные в мире носители уникального mycobacterium paratuberculosis Чанда — Стюарта X.

Мы с Робином вошли в домик, укрывшись от нарастающего ветра, и увидели сейф.

Робин попробовал 8262–7563, «Херефорд». Ничего.

— Права была Эми, — сказал он разочарованно. — Не отпирается.

— А попробуйте-ка наоборот, «Форд-хере», 7563–8262, — посоветовал я.

Робин смерил меня угрюмым, недоверчивым взглядом, но номер набрал. Ничего. Дверца сейфа осталась неприступной.

— Безнадежно, — сказал Робин. — Эми права.

— Права, права, — согласился я. — Эми разбирается в видеопрокате, и, возможно, в пастеризации молока, и в сейфах тоже.

— То есть?

— Электричества на острове нет, — сказал я.

— Это-то я знаю…

— Так на чем же работает механизм сейфа?

Робин разбирался во всем на свете, кроме естественных наук. Зато в них он не разбирался вовсе. Он нахмурился и ничего не ответил.

— На батарейках! — сказал я.

Я отодвинул маленькую стальную пластину, расположенную под панелью с буквами и цифрами. Там стояли в ряд три самые обыкновенные батарейки, типа АА, такие же, как у меня в фотоаппарате.

— Тут же есть батарейки! — возразил Робин. — А сейф не открывается.