- Когда тебя призвали на гвардейскую службу к Леване. Кого из твоих близких собирались убить, если ты откажешься?
Его глаза будто покрылись льдом. Ясин подошел к прилавку и развернул вентилятор к себе.
- Это не важно. Они все равно наверняка погибнут.
Зола отвела взгляд. Те, кого он любит, пострадают из-за того, что он перешел на ее сторону.
- А может быть, и нет, - возразила она. - Левана еще не знает о том, что ты ее предал. Она может решить, что я промыла тебе мозги. Что заставляю тебя помогать себе.
- Думаешь, это что-то изменит?
- Может быть. - Она наблюдала, как хозяйка роется в одном из ящиков. Рядом прожужжала муха, и Зола резко от нее отмахнулась. - И как же человек попадает в ряды избранных и обреченных на королевскую службу?
- Требуются определенные качества.
- И верность в их число не входит?
- А зачем? Королева ведь может внушить преданность кому угодно. Так же, как случилось с твоим другом-оперативником. Он продемонстрировал быстрые рефлексы, хорошие инстинкты и какую-то долю здравого смысла. Если поставить рядом придворного мага, способного превратить его в дикое животное, уже не имеет никакого значения, о чем он сам думает и чего хочет. Он делает то, что ему приказали.
- Я своими глазами видела, как Волк борется с этим, - возразила Зола. В отсутствие Скарлет ей казалось, что теперь она должна всеми силами защищать и оправдывать Волка. Когда она его впервые увидела, он, перепачканный кровью, угрожающе навис над Скарлет. Хотя она всегда повторяла, что он ни за что не причинил бы ей вреда. Что он был не такой, как все остальные, а гораздо сильнее.
А потом Волк подставил грудь под пулю, предназначенную для ведьмы, и та не похитила Скарлет.
- Понятно, что это не так-то просто, - признала Зола. - Но они вполне способны сопротивляться ментальному контролю.
- Я вижу, что это ему очень помогло, - саркастически заметил Ясин.
Стиснув зубы, Зола прижала металлическую ладонь к затылку, пытаясь успокоиться и охладиться.
- Он предпочел драться и проиграть, а не стать одной из ее игрушек. Как и все мы.
- Это неплохо. Не каждому из нас выпадает такая возможность.
Она обратила внимание, как Ясин привычным жестом положил руку на нож, притороченный к бедру.
- Очевидно, Левана взяла тебя на службу не за острый язык. Что это за таинственные качества, которыми нужно обладать, чтобы стать гвардейцем?
Его лицо снова приняло дурашливо-самодовольное выражение, словно они обменивались фамильярными шутками.
- Моя смазливая физиономия, - ответил он. - Разве с первого взгляда не понятно?
Она фыркнула.
- Ты начинаешь вести себя прямо как То... Торн. - Она запнулась на его имени. Торн, который больше уже никогда не станет шутить по поводу своей неотразимости.
Ясин не заметил ее смущения.
- Как ни прискорбно, но это правда.
Зола подавила внезапно накатившее чувство раскаяния и вины.
- Левана выбирает гвардейцев по тому же принципу, что и обои для гостиной? У меня, кажется, появилась надежда, что наши дела не так уж плохи.
- Дело в этом, а еще в том, что у нас не развита ментальная сила.
- Ты шутишь?
- Вовсе нет. Будь мой лунный дар лучше выражен, я бы, может быть, стал придворным магом. Но королева пожелала, чтобы ее гвардейцев было легко держать под контролем. Мы для нее как куклы на полке. Ведь если мы продемонстрируем малейшее стремление сопротивляться, для Ее Величества это может стать вопросом жизни и смерти.
Зола вспомнила бал, когда она пыталась застрелить Левану. Рыжеволосый гвардеец прыгнул под пулю без малейших колебаний. Раньше она думала, что он ревностно исполнял свой долг и делал это по своей воле. Но теперь она вспомнила, какими неестественными, дергаными были его движения. И что королева даже не поморщилась.
Она им управляла. Ясин прав: он был всего лишь марионеткой в ее руках.
- Но ведь на корабле ты смог оказать сопротивление.
- Потому что придворный маг Мира переключилась на твоего приятеля. Иначе быть мне таким же безмозглым манекеном, как и всегда. - За его насмешливым тоном чувствовалась глубокая горечь. Никому не нравилось быть игрушкой в чужих руках, и вряд ли к этому можно было привыкнуть.
- И они не подозревали, что ты...
- Предатель?
- Ну, можно сказать и так.
Ясин рассеянно провел большим пальцем по рукояти кинжала.
- Мой дар практически бесполезен. Я даже землянина контролировать не могу, не говоря уже об опытном жителе Луны. Я никогда не буду способен на то же, что и ты. Но я отлично выучился держать голову в пустоте, когда рядом королева или придворный маг. Они думают, у меня столько же мозгов и собственной воли, сколько у деревянного чурбана. Они считают, что я не представляю угрозы.
Где-то в глубинах магазина женщина стала напевать какую-то песню, пока разыскивала товары по заказу Золы.
- Ты ведь и сейчас это делаешь. - Зола сердито скрестила руки. - Стараешься ни о чем не думать.
- Это уже привычка.
Закрыв глаза, Зола попыталась нащупать его сознание. Его присутствие было едва ощутимым. Зола понимала, что может контролировать его без усилий, но исходящая от него энергия не давала никакого обратного эффекта, никакой реакции. Ни эмоций, ни мнений. Пустота.
- Хм. А я всегда считала, что вас специально этому учат.
- Нет, это я сам научился. Просто из чувства самосохранения.
Нахмурив брови, она снова открыла глаза. Если верить ее лунному дару, перед ней стоял человек, эмоционально пустой, как черная дыра. Но если ему удавалось пускать пыль в глаза Леване...
Она подозрительно прищурилась.
- Ну-ка солги мне.
- Что?
- Соври мне что-нибудь. Необязательно о чем-то серьезном.
Последовала долгая пауза. Зола почти физически ощущала, как бывший гвардеец перебирает в голове все правды и неправды, взвешивает их и что-то решает для себя.
Наконец он раскрыл рот и произнес:
- Левана не так уж плоха, когда узнаешь ее поближе.
В углу зрения у Золы вспыхнул оранжевый огонек.
Увидев насмешливую ухмылку Ясина, Зола засмеялась. Напряжение покидало ее тело, испаряясь, как жар от песчаных дюн. По крайней мере ее киборг оборудование могло распознать, врет ли он, говорит ли ей правду. А значит, что он не солгал, когда заявил, что будет верен только своей принцессе и никому другому.
Продавщица вернулась с целой охапкой товаров и положила их на прилавок, затем проверила список в портскрине, озадаченно присвистнула и опять удалилась.
- Раз уж ты знаешь обо мне все, - проговорил Ясин так небрежно, словно в этом не могло быть никаких сомнений, - у меня есть к тебе один вопрос.
