миньоны, которыми пользовался император Ходзаика в замке Обсидия, понимали лишь примитивные команды на священном языке или языке мира тьмы. Более того, они были не умнее диких зверей, поэтому не умели реагировать на сложные приёмы, заклинания и боевые тактики, которыми пользовались рыцари единства. Когда во время Войны двух миров гильдия чёрных магов бросила в бой восемьсот драгоценных миньонов, те даже не заметили расставленные командиром Беркули сети и были мгновенно уничтожены его «Полным подчинением оружия».
Скорее всего, сделанные из гоблинов миньоны нового типа отличаются от старых именно способностью понимать более сложные и разнообразные приказы. Но императору понадобится много времени, чтобы их зачитать. Именно тогда Ронье и собиралась напасть на него.
Вновь отойдя за спины миньонов, император Кругер высоко поднял правую руку и приказал:
— Миньоны! Убить их! Активейт!
Весь приказ уложился в два слова языка мира людей и одно — священного.
Что-то загудело, глаза миньонов вспыхнули алым. В следующее мгновение стоящие по краям миньоны прыгнули с умопомрачительной скоростью. Стоявший слева приземлился перед разбитым окном, а тот, что был справа, встал перед выбитой дверью.
Ронье и Тизе оказались в ловушке. Получив приказ об убийстве, миньоны сообразили, что для этого нужно в первую очередь отрезать пути к отступлению, и перекрыли оба выхода.
Ронье поняла, что ошиблась в своих догадках. Новые миньоны ушли гораздо дальше восприятия сложных приказов — они умеют самостоятельно оценивать обстановку и принимать решения.
С другой стороны, если два миньона перегородили выходы, то Кругера сейчас защищал только один. Разумеется, девушки не могли убить миньона, не навредив попавшему в плен гоблину, но ничто не мешало одной из них уворачиваться от атак, а второй — напасть на Кругера.
«Тизе!» — мысленно вскричала Ронье.
Подруга в ответ подтолкнула её в спину, а сама Ронье изо всех сил оттолкнулась от пола раненой ногой. Из ран брызнула кровь, ногу вновь пронзила боль, словно от раскалённого железа, но девушка стиснула зубы и вытерпела.
Миньон поразительно быстро отреагировал на синхронный сверхскоростной рывок девушек. Огромная, толщиной санов тридцать, похожая на бревно рука загудела в воздухе, приближаясь к Ронье. От бревна эту руку отличали когти-серпы, наверняка способные разорвать девушку в клочья.
Впрочем, Ронье предвидела этот удар.
Пускай новые миньоны и умнее, по строению тела они ничем не отличаются от старых. А значит, их основное оружие по-прежнему когти.
— Кх-х!.. — невольно вырвалось у Ронье сквозь стиснутые зубы. Она дождалась, пока смертоносные когти приблизятся, и в самый последний миг резко отклонилась назад.
Она проскользила на пятках прямо под вытянутой рукой. Когтем мизинца срезало два-три сана волос, но Ронье легко отделалась.
Миньон вложил в удар столько силы, что после промаха по инерции повернулся к Ронье спиной. Ни одно существо с человекоподобным телом не может нанести удар из такого положения. Ронье шаркнула по ковру, выпрямилась и увидела императора Кругера в семи мерах от себя.
С этого расстояния она вполне могла попасть «Сверхзвуковым прыжком». Одного сильного удара хватит, чтобы сломать и спрятанное в голове вместилище, и свисающий с груди драгоценный камень. После этого всё закончится.
Вновь оттолкнувшись окровавленной ногой, Ронье резко занесла «Лунную тень»…
Но тут снизу из полумрака взвился тонкий длинный кнут и устремился к шее Ронье.
Девушка инстинктивно вскинула левую руку для защиты. В ту же секунду чёрный хлыст ударил её по предплечью.
Хвост.
Усовершенствованный миньон воспользовался энергией вращения и настолько ускорил своё единственное способное бить назад оружие, что эта атака получилась ещё стремительнее первой.
Ронье осознала это одновременно с тем, как услышала хруст ломающихся костей в своей руке. Но твёрдый, будто стальной, хвост не остановился. Руку Ронье впечатало в грудь с такой силой, что девушку отшвырнуло назад.
Пролетев, наверное, дюжину меров, Ронье ударилась спиной о стену, девушку отбросило, и она упала на пол. Перед глазами потемнело, стало невозможно дышать. Видимо, у неё сломаны не только рука, но и несколько рёбер, однако удар был настолько сильным, что Ронье не ощущала ничего, даже боли.
«Надо встать!» — понимала она, но тело не слушалось. Несмотря на лёгкий, но всё же металлический доспех, всего один удар опустил её очки Жизни до опасного значения.
— Ронье!!! — раздался вопль Тизе.
Лёжа на полу, Ронье с трудом повернула голову и посмотрела вперёд затуманенным взглядом. Раскрыв глаза пошире, она разглядела слева бегущую к ней Тизе, а справа — огромную фигуру, быстро приближающуюся к подруге.
«Тизе, беги!» — попыталась закричать она, но смогла лишь натужно выдохнуть.
Заметив нападающего миньона, Тизе затормозила и приготовилась встретить его клинком. Но стоило девушке занести армейский меч, как она словно окаменела.
Включилась печать в правом глазу. Тизе забыла обо всём на свете, видя, в каком состоянии Ронье, и попыталась ударить миньона, но вспомнила, что внутри него находится гоблин.
Ронье никогда ещё не ощущала, свою печать, но слышала, что это настолько больно, словно кто-то терзает саму душу. Она знала лишь четырёх людей, которые смогли победить печать, — элитного курсанта Юджио, рыцаря единства Алису, вождя орков Лилпилина и главнокомандующего Искана (последний просто вырвал себе глаз вместе с печатью).
И теперь боль, останавливавшая всех жителей Андерворлда, пронзила глаз Тизе. Девушка застыла как вкопанная, а миньон ударил её когтями наотмашь. Увидев в воздухе четыре длинных струйки крови, Ронье беззвучно завопила, забыв о собственных травмах.
Тизе с такой силой ударило об пол, что она отскочила от него, снова упала и почти докатилась до Ронье. Тизе обмякла и лежала с закрытыми глазами — скорее всего, потеряла сознание. Из глубоких ран, оставленных когтями миньона, хлестала кровь.
— Ти… зе…
Хотя у Ронье у самой шла изо рта кровь, она из последних сил подползла к подруге и положила на неё искалеченную руку. Она понимала, что без срочного светородного лечения Тизе может умереть.
— Сис… ко… лл…
Она с трудом произнесла слова заклинания, но получилось слишком тихо, и заклинание не сработало. Ладонь, лежавшая на ранах Тизе, от крови уже покраснела до запястья.
Рыцари единства намного сильнее и быстрее обычных людей — и, как следствие, значительно превосходят их по уровню полномочий для ношения доспехов и чтения заклинаний, — но почти не отличаются от них запасами Жизни. У сильнейших среди старших рыцарей около пяти тысяч, а у Ронье и Тизе только по три тысячи, потому что им всего семнадцать лет.
Хотя Ронье потеряла голос, она могла начертить символ в виде буквы священного языка и вызвать окно Стейсии, но ей не хватило смелости проверить запас Жизни Тизе. Всё, что ей
