и развивали направление бояре. Артефакты активно применялись в криминальных разборках и для ситуативных тактических решений.
Эту сферу также использовали для быстрого обогащения влиятельные аристократы и находчивые предприниматели. Особенным спросом различные артефактные безделушки пользовались у неодаренных, которые готовы были последние деньги отдать ради того, чтобы научиться творить магию и занять достойное место в жизни.
Правда обычно занимали они достойные суммы в долг, из которого так и не выбирались. Вся сфера артефакторики в моем мире была в серой границе морали и даже имперские яйцеголовые весьма осторожно вели исследования в этой области.
Но здесь…
Одного часа из лекции Дверницкого мне хватило чтобы понять, что в этом мире прогресс развития артефакторики в нашей Империи ушел намного дальше. Да и по всему миру тоже.
Более того, в Российской Империи артефакторика является одним из ключевых направлений с огромным финансированием.
Только вот восхищения и чувства гордости за Империю у меня эта информация не вызывала. Не смотря на громкие фразы Дверницкого о прорывных методах, передовых технологиях, лидерстве в отрасли и прочем.
Ведь я знал одну ключевую особенность, про которую наш профессор тактически умалчивает и навряд ли когда-нибудь расскажет на лекции. Насколько мне известно, чтобы получить более-менее эффективный в той или иной сфере деятельности артефакт, есть всего три способа.
Первый. Интенсивно воздействовать на неживой объект энергетическими потоками. Такими часто являются фамильные украшения в древних родах, оружие или доспехи, которые передается из поколения в поколение. Да что угодно. Даже обычная ваза, несколько сотен лет, простоявшая в древнем поместье, имеет шанс напитаться силой и приобрести уникальные свойства.
Плюс этого способа в том, что артефакты получаются не одноразовые и действительно мощные. Минусы в том, что свойства такого предмета невозможно предсказать заранее и главный минус время. Для формирования артефакта таким способом нужны сотни лет.
Второй. В лаборатории создать условия целенаправленного воздействия энергетическими потоками на неживой объект.
Плюс в том, что свойства конечного предмета более-менее предсказуемы, потому что все заранее просчитывается и контролируется в процессе.
Минусы в том, что все до единого артефакты созданные таким образом одноразовые и малоэффективные.
И, наконец, третий способ создавать артефакты, который в моем мире был запрещен законом в большинстве Империй.
Технически, он ничем не отличается от второго. Сохраняется тот же принцип точечного и просчитанного воздействия на предмет энергетическими потоками. Разница лишь в том, что за исходный материал для артефакта берется живое существо, или его часть.
А поскольку из всех живых существ на планете только человек способен осознанно накапливать в себе энергию и смешивать потоки, то и базовым материалом для артефактов созданных третьим способом всегда использовался живой человек. Ну или недавно умерщвленный.
Метод создания артефактов на базе человеческой плоти оказался настолько эффективен, что не все империи от него официально отказались, даже под серьезным давлением других стран.
Поэтому, когда я сейчас слышу от профессора Дверницкого фразы о том, что Российская Империя лидер в разработке артефактов, я испытываю не гордость и восторг, а настороженность с изрядной долей скепсиса.
* * *
Едва закончилась неоднозначная лекция профессора Дмитрия Дверницкого, как он стремительно покинул аудиторию. Да и в процессе вел себя нервно и, то и дело, поглядывал на дверь.
Неужели Куракин так сильно его напугал? Угрозами вроде только в мою сторону сыпал, да и палкой своей тоже махал по мою душу. Собственно, до этого мне как раз дела не было. Занятия закончились, и я вновь направился в додзе.
Пока шел по аллее, то позволил себе улыбнуться. За целый учебный день я никого не убил и не нарушил ни одного правила Академии. Скрытые угрозы и неподобающее общение с белобрысым боярским выродком считать не будем.
На этот раз на крыльце здания никто не сидел, и я просто шмыгнул внутрь. У входа меня тут же встретил один из слуг Богдановых.
— Здравствуйте, сударь. Ваш билет? — вежливо пролепетал слуга в смокинге и слегка поклонился.
— Билет? — машинально переспросил я и глянул за спину слуги. В правой части помещения на центральном поле додзе шло сражение двух студентов, и я понял, чего от меня хотят, — вы не так поняли, я к Василисе Михайловне.
— А… Жуков Марк Игоревич, да, — кивнул слуга чуть дрогнувшим голосом, — госпожа ждет. Вас проводить?
— Нет, спасибо, — отмахнулся я и прошел мимо.
Четкий розовый шлейф энергетического слепка Василисы Богдановой ясно указывал направление в оранжерею, поэтому я сразу направился туда.
Никто из слуг Богдановых не кричал в след и не бросился мне наперерез, значит, я не ошибся с направлением.
По пути я с любопытством бросил взгляд на боевую часть додзе. Все тренажеры и прочие лишние элементы были убраны, а на их место вернулись небольшие трибуны из деревянных скамеек. На них сейчас размещались три десятка студентов и с интересом наблюдали за поединком внутри.
Там же на поле я заметил и Екатерину Богданову, которая судила бой.
Дверь оранжереи открылась, стоило мне подойти. Внутри никого не оказалось, но я и так знал куда мне идти. Люк в подвальное помещение был открыт и впустил меня на знакомую винтовую лестницу.
Как только я спустился, то встретил в круглой комнате миловидную девушку в белом халате.
— Василиса Михайловна вас ожидает, — сказала девушка и открыла передо мной дверь.
— Спасибо, — кивнул я и скользнул внутрь.
Дверь за моей спиной тут же захлопнулась.
— Выглядишь лучше, — раздался отстраненный голос из глубины помещения.
Эта комната разительно отличалась от той унылой палаты с разбитым прожектором, где мне довелось побывать в прошлый раз. Три стеллажа со склянками, разбросанные повсюду листки бумаги, исписанные неизвестными мне формулами, доска размером со всю стену.
Стопки бумаг, стоящие в углу, возвышались чуть ли не до самого потолка.
И во всем этом творческом беспорядке,
