и рычание. Девочка тоже огляделась и выругалась: со стен многоэтажек спускалось ещё пять таких крысопсов. Печорин и Мэл были в ловушке.
– Никуда не беги, держись за моей спиной, – не терпящим возражений тоном велел Григорий.
– Угу. Это не простые звери…
– Я уже понял. Не каждый день видишь таких крыс на улице! Не отвлекай меня.
Григорий понимал, что убежать они не смогут. Девчонка, конечно, могла бы стать отличной приманкой, отвлекающей внимание чудовищ, пока он будет удирать, но их было слишком много, и Печорин опасался, что часть решит броситься за ним в погоню.
Когда первая тварь прыгнула на Печорина, раздался выстрел. Затем ещё один. И ещё.
Во двор вбежали Тёркин и Онегин. Тёркин целился из винтовки с одной руки. Одна чёрная крыса тенью взбежала по стене на крышу.
Онегин и Тёркин влезли по пожарной лестнице на крышу дома. Евгений вскинул руку, прицелился. Тень стремительно отдалялась.
– Стреляй! – крикнул Тёркин.
– Рано, – бесстрастно ответил Евгений.
– Оно почти скрылось! – Тёркин и сам попытался прицелиться, но тень действительно была далеко.
Тогда Онегин, не обращая внимания на происходящее, стал считать.
– Пять. Четыре. Три. Два. Один.
Выстрел. Пуля, словно заговорённая, попала в цель, и тень рухнула наземь.
Тёркин присвистнул.
***
На земле их ждали Мэл и Григорий. Второй с интересом изучал чёрную слизь, оставшуюся от заколотой им крысы.
Тёркин и Онегин подошли к ним. В следующий миг Василий наставил на Печорина прицел.
– Назовись! – потребовал он.
– Да вы что, охренели тут?! – закричала Мэл.
Печорин, ни секунды не раздумывая, сблизился с Тёркиным и уже знакомым жестом прыснул ему в лицо из газового баллончика. Солдат замешкался. Печорин попытался выбить у него из рук винтовку. Завязалась драка. Мужчины рухнули на асфальт.
– А ну отпусти его. Иначе следующая пуля будет твоей. – Онегин сказал это достаточно пафосно, и Печорину этого хватило. Он тут же перекинулся на Женю и выбил из его руки револьвер. Всё так же легко перекатился к револьверу и схватил его.
– А теперь говорить здесь буду я, – часто дыша после короткой схватки, заявил Печорин. – Вы ещё кто? И назовите хоть одну причину, которая помешает мне вас всех перестрелять.
– Он не заряжен, – победоносно заявил Онегин.
– Почему бы нам не прострелить тебе башку? – прохрипел Вася.
Печорин наставил на него револьвер, проигнорировав фразу про отсутствие патронов.
– Один тут уже договорился, – усмехнулся Григорий.
– Ага, – вздохнул Онегин, после чего кинулся к винтовке, схватил её, наставил на Печорина и закрыл глаза. За долю секунды он попытался представить себе следующие действия.
«Если выстрелить сейчас, под углом сорок пять градусов, пуля отрикошетит от столба, и если он будет стоять, где стоит…»
Онегин выстрелил. В следующий миг Печорин взвыл и схватился за свою руку, выронив револьвер. Дальше уже на него накинулся Тёркин, который почти ничего не видел и действовал скорее на звук, и напрыгнул Женя. Они повалили человека в белом на землю и скрутили, пресекая всяческое сопротивление.
Григорий брыкался, его белый плащ пачкался в земле, крови и чёрной жиже, оставшейся от крысы.
Мэл озиралась по сторонам, надеясь, что случайных свидетелей поблизости нет.
– Девушка, ну что вы стоите, позовите полицию! – закричал вдруг Григорий.
Девочка посмотрела на всю эту возню и на секунду встретилась глазами с Печориным. Этого было достаточно. Мэл послушно достала телефон и, как заворожённая, начала набирать номер, совершенно потеряв связь с реальностью. Печорин же сам испортил себе акцию спасения, вывернув левую руку и ударив Онегина в челюсть. Почувствовав боль Евгения, девочка тут же очнулась.
– Женя! Врежь ему! Больно же! – возмущённо закричала она.
Еще несколько секунд сопротивления, и Печорин окончательно сдался.
– Хочу заметить, что если эта барышня с вами, вы должны благодарить меня за её спасение, – тяжело дыша, попытался начать переговоры Григорий.
– Имя! – приказал Василий.
– Да что ж вы прицепились-то?! Жорж.
Тёркин отчаянно пытался разглядеть хоть что-то, но глаза щипало, и слёзы катились по его лицу.
– Что ты здесь делал? – не отступал тем не менее солдат.
– Работал! – в тон ему огрызнулся Печорин.
– На кого?!
– Да будь ты проклят со своим допросом! На себя!
– Ребята, остановитесь, пожалуйста! Он помог мне спастись от кляксокрыс! – попыталась прекратить этот балаган девочка. – Я видела его недавно в кафе, он блогер.
– Ах, блогер! А он неплохо дерётся для блогера! – крикнул Тёркин.
– Да чтоб тебя!.. Пустите меня, мне нужно перевязать рану. Я не сбегу. Попробуем поговорить. – Григорий злобно вздохнул. – Слово русского офицера.
Тёркин и Онегин ослабили хватку. У Печорина потемнело в глазах.
– Русский офицер, а давно ты здесь, в Москве? – уже чуть более миролюбиво поинтересовался Вася.
– Какое-то время. А что вам нужно? Дорогу к мавзолею подсказать? Вы не особо похожи на туристов, – прокряхтел Григорий, садясь на земле.
– Тебя вот такие твари не смущают? Это прям «всё нормально»? – подозрительно прищурился Василий.
– Ты идиот? Я многое в жизни повидал, но такого ещё нет! – раздражённо воскликнул Григорий.
Тёркин ещё раз потёр глаза и встал. За ним последовал и Онегин. Печорин поднялся, осмотрел себя, свою руку, которую, по счастливой случайности, только задело пулей. И казалось, что все стороны готовы к разговору в спокойной обстановке, но тут Онегин всё же разглядел лицо Григория.
– Я тебя помню, – оскалился Онегин. – В прошлую нашу встречу ты позорно сбежал!
После этих слов дворянин вновь направил винтовку на «героя нашего времени», но тут вмешался Тёркин, решительно положив ладонь на дуло и пригнув оружие к земле.
– А, так это был ты… – Печорин потёр челюсть. – Вот ведь неувязочка вышла. Но вы же забрали жемчужину? Какой с меня спрос?
– Ууууу, что началось, – усмехнулся Тёркин. – То, есть полагаю, ты здесь затем же, зачем и мы, раз тоже охотишься на жемчужины?
– Только вам за это не платят, – пробурчал себе под нос Григорий.
– Кто тебе платит? – мгновенно вскинулся Василий.
– Понятия не имею, у меня заказ от хозяина одной антикварной лавки. Он посредник, я исполнитель, прямой связи с клиентом у меня нет.
– Ты врёшь!
Печорин уже не обращал на них внимания, зубами отрывая подкладку плаща и делая из неё перевязку.
– Я готов вам сейчас что угодно сказать, просто отвяжитесь от меня… – устало поморщился он.
Тут уже Тёркин, всё ещё рыдающий от перцового баллончика, отобрал у Жени винтовку и наставил на Печорина. Мэл ошалело наблюдала за происходящим, словно вживую видела «мексиканскую дуэль». Печорин посмотрел на своих противников, закатил глаза и поднял руки.
– Слушайте, давайте на чистоту. Меня зовут Григорий Печорин, после своей смерти в моём мире
