шкатулку.
Нахмурившись, он сгребает оттуда целый ворох амулетов с могильными камнями и кладёт в карман спортивной куртки (значит, Хибинская Ведьма оставила потомкам далеко не один артефакт с чистым эфиром).
Забрав амулеты, менталист продолжает шарить по подвалу.
И если бы он не отвлёкся на обыск, то, возможно, уже бы доделал своё грязное дело, но он отвлёкся…
Итак. Всё это происходило до того, как я пришёл в оранжерею. А вот то, что творилось за бетонной дверью прямо сейчас, мне опять показал Абубакар.
Виринея всё так же лежала в гробу, а менталист уже склонился над ней, приготовив руку для Импульса Тяжести — собрался избить девушку сильнее. И мне даже не хотелось думать, что он планировал сделать с ней потом, чтобы внушить, что это сделал Бринер.
Я быстро стянул с себя пиджак. Он остался таким же прозрачным, как и я сам, потому что пока не сниму с себя состояние призрака, моя одежда тоже останется такой же. И тут надо было действовать быстро и чётко, чтобы всё успеть.
Хорошо, что этот маг не обладал настолько большой силой, чтобы передавать мысли на расстоянии и не мог никому поведать мои тайны, даже если случайно что-то увидит.
В один бесшумный шаг я проник через бетонную дверь, а ещё через несколько шагов оказался за спиной менталиста. Сейчас главное, не только вытащить Виринею из беды, но и не дать врагу на меня воздействовать и сбежать. Если бы у меня был распечатан хотя бы второй ранг сидарха, то я бы воспользовался призрачным куполом, но его не было, так что пришлось действовать по старинке.
Я занёс кинжал, пропустив в него немного эктоплазмы. Целился менталисту в правое бедро.
Почуяв, что кто-то встал за его спиной, он начал поворачивать голову, но сразу же получил удар в ногу.
В состоянии призрака у меня была большая сила удара, так что враг сразу свалился от болевого шока и неожиданности. Завыл, выгнулся и попытался воздействовать на меня взглядом, но у него не вышло — я накинул на его голову пиджак и сразу вышел из состояния призрака, чтобы и пиджак стал обычным.
Менталист так и не увидел, что на него напал сидарх.
Завалив его на спину, я начал колотить его по лицу прямо через пиджак. Если бы я был в состоянии призрака, то менталист вырубился бы с первого или второго удара, но сейчас мне приходилось махать кулаком раз десять подряд, чтобы лишить сознания сильного мага.
Но даже стольких ударов не хватило.
Он, конечно, сразу догадался, что имеет дело с необычным магом, поэтому через боль рванул на меня, насаживая ногу на кинжал ещё больше, вскинул ладонь и ударил Импульсом Тяжести мне прямо в грудь.
Твою мать…
Меня оттащило на несколько метров, и я отчётливо услышал, как в рёбрах протрещало. Моё новое тело было не настолько сильным, как бы мне хотелось. Без силы сидарха был риск с менталистом не справиться. К тому же, мой кинжал так и остался в его ноге.
— Абу, — негромко позвал я.
Сам же схватил с пола полотенце, которое обронила некромантка, когда только вошла в свой подвал.
Из стены вылетел Абубакар, готовый исполнить любой мой приказ. Я швырнул ему полотенце, и он сразу понял, что надо делать.
Зацепил тряпку железным когтем и метнулся к менталисту.
Тот как раз стягивал мой пиджак с головы. И как только это случилось, кот накрыл его лицо полотенцем, а сам вцепился железными когтями ему в голову.
Отчаянной хваткой фантом не давал врагу открыть лицо, и это обеспечило мне несколько секунд на новую атаку. Хотя Абубакару было опасно вступать в бой с подобными противниками. Менталист даже третьего ранга — это не воробей-мутант, он вполне мог уничтожить фантома.
Я быстро подключил состояние призрака.
Пока кот закрывал голову менталиста, тот рывком выдернул кинжал, торчащий из его бедра. Кровь из раны хлестанула с новой силой, но его это не волновало. Казалось, он не замечает боли. Теперь у него стояла задача быстрее уйти отсюда и доложить о том, что тут произошло. И эта схватка должна была решить всё.
Не только для него, но и для меня.
Он попытался всадить в Абу кинжал, но клинок прошёл сквозь фантома, не причинив ему вреда. Вот если бы это был деревянный кинжал, тогда моему коту бы не поздоровилось.
Однако Абу всё равно сильно рисковал.
— В сторону! — приказал я.
Кот оставил полотенце на голове менталиста и рванул вверх, под самый потолок.
Ну а мне пришлось импровизировать.
Всё было бы намного проще, если бы я собирался убить менталиста. Он был бы уже мёртв ещё тогда, когда я оказался у него за спиной. Но этот урод нужен был мне живым. Правда, даже со скоростью сидарха я не успел бы уйти от воздействия его глаз, если он всё-таки успеет убрать полотенце.
Счёт пошёл на доли мгновения, и у меня уже созрела идея.
Не знаю, зачем некромантке нужны были большие иглы в розовом плюшевом медведе на стене, но это единственное, что имелось в ближайшем радиусе.
Я выхватил самую большую иглу и пустил в неё эктоплазму. Причем, столько эктоплазмы, что меня пошатнуло от выброса эфира.
Игла удлинилась уже в полёте.
В ту же секунду менталист начал стягивать с головы полотенце…
Эпизод 14
Менталист ничего не успел сделать.
Игла, ставшая эктоплазменным копьём, пришпилила его правую руку к стене. Целился я именно в неё — туда и попал.
Он завыл, выронил мой кинжал и рванув из ловушки, как бешеный. Вскинул левую руку и прошиб пространство Импульсом Тяжести. Я успел увернуться и тут же схватил вторую иглу из плюшевого медведя. Ну а затем метнул в менталиста.
В полёте игла обросла эктоплазмой и приколотила вторую его руку к стене.
Он весь
