важно, чтобы он проходил как через астральный, так и через материальный мир.
Действительно! Это же элементарно!
Где строить столицу, как не в мощном магическом месте?
Надо срочно узнать у императора, где оно находится и взять энергетический поток под контроль раньше, чем туда доберётся Плоть. Тогда у нас будет шанс.
В открытом бою она будто не прикладывает усилий, чтобы останавливать мои атаки. Несмотря на все усиления Бафомёта, мне не хватает пробивной мощи, чтобы прорвать через защиту.
Висящее в сотне метрах над землёй тело Михаила стало чернеть. Его плоть разбухала от растущих на глазах мышц, а человеческие зубы выпадали. Из дёсен росли бритвенноподобные клыки. Глаза цесаревича остекленели в буквальном смысле, став похожим на драгоценные камни и стали делиться на части.
Он превращается в... Распутина?
Плохо!
Между тем в моих руках сформировался наиболее крупный кристалл, из созданных за сегодня. Размером с добротный мотоцикл. Я на огромной скорости запустил его в трансформирующегося врага.
Лёгкий взмах щупалцев рассёк его на подлёте, взывая взрыв, от которого повылетали те стёкла, что ещё оставались на месте после последних событий.
Он стал ещё сильнее. Буквально за ту минуту, что я стою здесь и рассуждаю!
— Вызываю императорский дворец! Приём! — я крикнул в амулет.
Ответа как не было, так и нет.
Чёртовы балбесы! Ещё и ангельских рыцарей вокруг нет, как назло, они пропали в самый ответственный момент, когда были нужнее всего!
К чёрту их.
Я на всех порах, не жалея сил, бросился бегом к Зимнему. Нужно узнать у императора, где именно находится нужный Мефисто источник силы.
Вместо того, чтобы петлять по переулкам, я прыжками по балконам забрался на ближайшую крышу и двинулся в центр, прыгая с дома на дом. Благодаря усилениям тела, я прыгал гораздо дальше любого человека или немагического зверя.
Между тем на фоне участились звуки битвы. Взрывы, свист, рёв техник и вопли астральных тварей.
Сначала я думал, что они шли со стороны пригородов, но оказалось, что нет — противники пробрались в центр Петрограда по водным каналам и атаковали защитников оттуда.
По пути я помогал гвардейцам и военным с помощью кристаллов. Благодаря этому было спасено как минимум несколько жизней. Гражданских на тот момент на улицах уже не было.
Через два десятка минут я приблизился к Зимнему дворцу, над которым валил густой дым. Оттуда прозвучал яростный крик, а потом вспыхнула светлая магия — император сражается.
Дерьмо! Вот почему мне никто не ответил!
В несколько прыжков я оказался у ворот и побежал внутрь. Часть дворца была обвалена, стену просто снесло неизвестным врагом.
Я ничего не видел. Но когда забежал в двери, то весь пол был усеян телами, как человеческих бойцов, так и демонических латников.
Как они могли здесь оказаться?!
Что делало ИСБ?!
Ругаясь, я бросился по лестнице наверх, в императорские покои. Везде были погибшие. Но радовало, что вражеских тел было гораздо больше, примерно два демона на одного гвардейца.
Но ни одного живого. Ни врага, ни союзника, словно они все исчезли в какой-то момент, что наводило на худшие мысли из возможных.
У императорских покоев было пусто. Двери открыты. Внутри всё полито какой-то дрянью, из-за чего даже камень разъедало.
И в самом центре, на полу, была нарисована ещё не остывшая магическая печать. Я подбежал к ней и стал быстро её осматривать. Знакомые символы, изгибы и надписи.
Этот магический круг был практически идентичен тому, который я нашёл в доме Зарубина и скопировал на Сигиль. Круг контроля над гранью между планами. За несколькими незнакомыми мне знаками в центре круга.
Плохо. Гадать времени нет, но можно запитать его и посмотреть, что он сделает.
Благоразумнее будет призвать какую-нибудь тварь, чтобы она разобралась и объяснила. Но это время, целые минуты, за которые может случиться непоправимое.
Я положил руки на границы магического круга и влил туда магическую силу. Печать вспыхнула, словно оживая вновь, и заставила пространство вздрогнуть.
— Лучше оставь это, — сзади меня проговорил спокойный женский голос.
Обернулся я моментально. На одной из моих рук вспыхнуло пламя, а в другой я сжимал «Уравнитель».
Стоящая позади меня особа не была человеком. Точнее, её тело походило на человеческое, но голова и руки принадлежали какому-то грызуну. Хорьку или ласке. Одета она была в плотно облегающие одежды, судя по всему из кожи.
Ярко-зелёные глаза говорили о ней самое важное.
— Ещё одна из демонической семейки?
Она наклонила голову набок. — Если ты хочешь упомянуть о моих братьях, то да — я с ними в родственной связи. Но кроме общего происхождения, у нас больше нет ничего общего. Для меня они никто.
— Тем не менее, служите вы одному господину, все трое. Хотя, как демоны, всегда имеете выбор, кому прислуживать.
— У Мефисто наилучшая плата, — она улыбнулась, обнажая острые зубы.
— Это ты создала эту печать? — она медленно кивнула. — А ту, для Зарубина?
— Если ты про человечишку-некромента — да, магический круг для него тоже нарисовала я, — она поморщилась. — Пусть и без желания. Он был довольно... мерзким, даже для человечишки.
— Где император?
— Уже на пиршественном столе моего господина. Скоро там окажется весь ваш мир, так что не переживай, судьба у вас будет одной и той же.
— Знакомство с твоими братьями у нас начиналось похожим образом.
Она пожала плечами. — Я — не мои братья и в бой с тобой вступать не буду, а просто сделаю так... — она подняла руки, чтобы соединить когтистые пальцы в витиеватом жесте.
Но «Уравнитель» пронзил её насквозь ещё до того, как она сблизила руки. Она только вытаращила глаза, в которых читалось неверие.
Демоница вздрогнула.
— Невозможно... я же не... материальна... — по её шкуре пошли трещины, сквозь которые пробивался зеленоватый свет.
— «Уравнителю» нет разницы, из чего состоит твоё тело. Оно умрёт.
Трещины разошлись и демоница рассыпалась на осколки, которые сгорели в воздухе один за другим.
А я повернулся к магическому кругу. Демоница сказала, что император на «обеденном столе»...
Значит, круг насильно перенёс его в астрал, скорее всего вместе со всеми, кто находился во дворце.
В том числе Кирой.
Я понимал, что это, скорее всего, ловушка. Идти туда, даже с моим уровнем сил, будет полнейшим самоубийством.
Но бросить своих я не мог. Как бы то ни было, если мы договорились биться на одной стороне, значит друг за друга стоим горой.
