принимаешь?
Он тут же побледнел и стал бегать глазками по сторонам, словно искал поддержку. Или того, кто надоумил его. Потому что эта выходка, как минимум, будет стоить ему пребывания при дворе.
Потому что неуважение ко мне, как к гостю императора, это неуважение к самому императору. Просто так такие «акции» не устраивают.
— Н-нет, — он проглотил ком в горле, уничтожая свою репутацию, кем бы он ни был до этого.
Я оттолкнул его и вышел из дворца.
Ищейка как раз почуяла, где находится Паша Демидов.
Ровно в той стороне, где сгущались тучи и ждал своего часа Михаил Ангелов.
А вместе с ним и мой маленький «Троянский Конь».
Глава 19
Я пробирался по городу незаметно, избегая появления на главных улицах и не задерживаясь подолгу на открытом пространстве. Также я сдерживал прущую из меня ману, чтобы быть менее заметным для ищеек Михаила.
Блокпосты императорской гвардии я тоже обходил стороной. Пусть проблем с ними у меня бы не возникло, но проверки заняли бы время, а вот быстрый бег по дворам, с насыщенным маной телом — это гораздо быстрее. Многочисленные каналы я перепрыгивал.
Перескочив очередной, я ощутил что на груди потеплел тот самый амулет.
Я сжал его рукой и подал внутрь энергию, устанавливая связь с Зимним дворцом, где располагался штаб.
Говорил со мной Кирилл.
— Марк, Михаил отправил свои силы в атаку. Мы не успели эвакуировать все пригороды, так что, если ты ещё не возвращаешься обратно с Павлом Рафаиловичем, то я прошу тебя помочь и задержать атаку. Судя по сигналу твоего амулета, ты рядом с одним из приоритетных зданий.
— Я потеряю время, которое должен был посвятить спасению Паши. Ты говоришь от лица императора?
— Нет, — его голос слегка дрогнул. — Тут... личное. Я прошу только от себя, я хочу, чтобы ты спас моего двоюродного племянника, который учится в Гаврииловском лицее. Он рядом с тобой, я вижу это по амулету.
В голове тут же появилась память об этом месте. Там учились дети знатных людей, но не входящих в высшую лигу имперской власти. В основном дети бедных бояр и володарей.
— Почему его не эвакуировали?
— Считается, что противник до туда не доберётся. Но я не хочу рисковать! Тем более, что по донесениям с передовых позиций, именно туда направлен удар самой сильной группировки противника. На остальных направлениях мы сдерживам тварей, но к лицею идёт...
— Принц? — я мысленным приказом остановил ищейку.
— Нет, но кто-то очень сильный. Я бы сам вызвался, но Его Величество не отпускает меня от себя, потому что не может доверять всем во дворце. Верных людей не так много.
— Ничего, что ты рассказываешь это мне? — я усмехнулся.
— Ваше благородие, пусть ты и демоническое от... существо, но я верю Его Величеству и тому, в кого верит он сам. Так что прошу, спаси его и всех детей, которые сейчас под ударом!
Благородное дело в обход императорского приказа.
С одной стороны, это правильный поступок, да и, что говорить, скорее полезный. Если Паша погибнет, я по нему плакать не буду. Станет только проще.
С другой, императору нужен младший сын. Пусть он и отзывался о нём, как о безумце, но он его искренне любит, гибель Паши станет для императора ударом.
Но дети в лицее... ими разве можно рисковать?
Лично для меня нет никакой выгоды в их спасении.
Однако только я могу встать между ними и злом, которое привёл Мефисто.
— Я сделаю, — ответил я Кириллу, который с облегчением выдохнул на другой сторону.
— Спасибо, спасибо, Марк!
Я получил координаты и ринулся прямо по ним.
Вскоре увидел перед собой здание лицея, на главной площади которого столпились ничего не понимающие дети и подростки разного возраста. Все выглаженные, в тёмно-синей форме.
Никакого строя, никакого порядка, сразу видно, что заведение было гражданским. Учителя-мужчины оживлённо говорили с военными, а женщины пытались управлять толпой детей. Получалось у них практически безрезультатно.
А потом за лицеем прогрохотало. Позвучал громкий противный вопль и над зданием показалась извивающаяся фигура, с огромными хелицерами, с которых капала синяя слизь.
Сколопендроморф. Огроменный, не меньше двух метров в ширину и тридцатку в длину.
На его панцире виделось несколько неглубоких царапин.
Вот кто прорвал позиции войск, игнорируя и магию, и физическое оружие бойцов. Неудивительно, что с ним не получилось справиться. Это крайне сильная тварь.
Даже Мефисто наверняка было не так просто приручить сколопендроморфа такого размера.
Но я его одолею. Выбора у меня большого нет, либо он, либо дети, на которых эта тварь уже смотрела голодными глазами.
Ещё бы, в каждом из них чувствовался дар.
Чёрный кристалл тьмы сформировался в моей руке и со свистом отправился в морду сколопендроморфу. Прогрохотал взрыв. Тварь взревела, скорее от неприятного звука, и посмотрела на меня.
Ни царапинки на ней не осталось. А всё чёрное пламя взрыва она втянула в себя.
Как я и планировал.
Я выставил руку вперёд и с улыбкой сжал кулак, ощущая как чёрный огонь, поглощённый сколопендроморфом складывается в ритуальную силу.
Тварь закричала от боли. А потом из неё начали прорастать чёрные прутья, похожие на проволоку. Они оплетали всё тело сколопендроморфа, подчиняя себе и его тело, и его энергетическую структуру.
Дети стояли, замерев от ужаса. Для них всё произошло за несколько секунд, за которые они даже не посмотрели на безумно кричащих взрослых.
Застрекотали автоматы. Пули отскакивали от тела замершего в одной позе сколопендроморфа.
— Не тратьте патроны, — сказал я, медленно подходя к военным. — Теперь он будет слушаться меня, лучше уведите детей и гражданских, а потом займите здание лицея. Я задержу противника.
— Вы из какой части?
— Я независимый специалист, — улыбнулся я. — Давайте поспешим, у меня мало времени и много дел. Если что, на счёт моей личности делайте запрос в штаб. Они объяснят, кто такой Марк Велёсов.
Больше вопросов не было.
Бойцы заняли здание лицея, а я приказал сколопендроморфу приблизиться к земле, после чего запрыгнул на его голову. Затем он поднялся выше, даруя мне полный обзор над окраинами Петербурга.
Тварь слушалась хорошо. Техника «Ритуального Подчинения» впервые была использована мной в бою, потому что раньше я мог применять её лишь вблизи. Но сейчас, полностью управляя пламенем Бафомёта, я расширил свои возможности до невероятного предела.
В нескольких сотнях метрах от меня
