Читаем без скачивания Поднять перископ! часть 5 - Сергей Лысак

Нортон в который раз раскладывал в уме по полочкам свои действия и действия противника. Сначала все было просто прекрасно. Правда, совершенно непонятным был приказ о смене флага на японский и смена названий. Его флагман "Сатлидж" неожиданно превратился в броненосный крейсер Императорского флота Японии "Нагато", "Баканте" – в "Мутсу", "Кресчент" – в "Сойя". Одновременно прибыли офицеры связи от японского командования. Все это вызвало глухое недовольство в экипажах, но деваться некуда. Приказ есть приказ. Тем более, как всем сказали, это временная мера и продлится она от силы месяц, или около этого. Ровно столько, сколько потребуется России признать свое поражение на суше и на море. У русских недостаточно сил, чтобы противостоять эскадре в Вэйхайвэе, а также его отряду и отряду Спенсера в Цинампо. И если только они попытаются оказать сопротивление, напав на новые "японские" корабли, то будут неминуемо разбиты. Одновременно пришел приказ – срочно возобновить перевозки в Корею. Но первый же конвой из Нагасаки оказался последним. Русские их ждали. Четыре крейсера против его трех. Все его превосходство в скорости свела на нет толпа "купцов", которую он был вынужден охранять. Поэтому, даже старый русский крейсер "Рюрик", уступающий в скорости своим более новым собратьям "России" и "Громобою" легко держал строй. И почему он вышел из Нагасаки днем?! Понадеялся, что русские не станут связываться с мощными крейсерами Ройял Нэви, а в случае боя его преимущество в артиллерии быстро заставит противника отступить. Увы, этого не произошло. Русский Владивостокский отряд появился очень быстро и сразу отрезал их от Нагасаки, сделав невозможным возвращение назад. Крейсера еще смогли бы уйти, если события примут нежелательный оборот, но вот весь конвой из более чем трех десятков английских и японских "купцов" неминуемо достанется русским. Сначала казалось, что русские осторожничают и не рискнут ввязываться в серьезный бой, а ограничатся перестрелкой с дальней дистанции и уйдут. Но их наскоки сильно действовали на нервы, и хотя ни одна из сторон еще не добилась попаданий, вскоре в душу коммодора закрались сомнения. Все поведение русских говорило о том, что они как бы подталкивают своих противников следовать в строго определенном направлении. И тут его осенило – "Косатка"!!! Нет никаких сомнений, что русские крейсера и субмарина действуют сообща! И русские крейсера играют всего лишь роль приманки, заставляя его отряд двигаться в нужном направлении и стараясь отсечь от "купцов". И если "Косатке" удастся всадить хотя бы одну торпеду в "Сатлидж", или "Баканте"… Или точнее, в "Нагато" или "Мутсу", то исход боя будет предрешен. Поэтому, принял решение не обращать внимания на возню русских, а следовать прежним курсом, не удаляясь далеко от охраняемых судов. Но русские не успокоились и пошли на сближение. Очень скоро их снаряды, дававшие перелеты, стали падать среди "купцов", что вызвало там настоящую панику. Поэтому ему ничего не оставалось, как дать приказ атаковать наглецов. Но русские, воспользовавшись своим численным преимуществом, выделили быстроходный "Богатырь" именно для уничтожения судов конвоя. И пока три русских броненосных крейсера сцепились с двумя броненосными и одним бронепалубным "японскими", оставшийся без присмотра "Богатырь" резко ушел в сторону и устроил настоящий погром среди "купцов", тут же бросившихся врассыпную. Поняв, что конвой разбежался и его уже не спасти, Нортон плюнул на творящий бесчинства "Богатырь" и сосредоточил все внимание на бое с русскими. Сначала казалось, что русские не выдержат массированного огня и попытаются бежать, но тут снова вмешалась случайность. Один из восьмидюймовых русских снарядов угодил под корму "Баканте" и заклинил руль. В итоге, крейсер потерял управление и пошел на циркуляцию. Прямо в сторону русских, выкатившись из строя и на какое-то время закрыв сектор обстрела идущему последним "Кресченту" и заставив его шарахнуться в сторону, избегая таранного удара. Русские тут же воспользовались ситуацией, сосредоточив огонь на потерявшем управление корабле. Дальнейшее было вполне предсказуемым. Не смотря на отчаянные попытки остальных прикрыть "Баканте", крейсер довольно быстро потерял ход и стал неподвижной мишенью. Причем, в ходе боя стало ясно – разрекламированные кораблестроителями английские крейсера отличаются на деле крайне низкой живучестью. И если продолжать бой дальше, то "Сатлидж" и "Кресчент" рискуют разделить судьбу "Баканте". Выучка русских комендоров, имеющих уже солидный боевой опыт с начала войны, оказалась на высоте. Поэтому, оставался один шанс к спасению – бегство. "Россия" и "Громобой" сначала бросились в погоню, оставив тихоходный "Рюрик" добивать полуживого неподвижного "Баканте", но вскоре повернули назад и занялись отловом "купцов", разбежавшихся по всему горизонту. Это был полный разгром. И именно в этот момент коммодор Нортон понял, в какую авантюру их всех втянули. Как оказалось, русские не испытывали благоговейного трепета перед мощью Ройял Нэви. Они сами атаковали, воспользовавшись благоприятной ситуацией, и устранили угрозу возобновления перевозок в Корею. Больше прикрывать конвои некому.

Отряд Спенсера остался в Цинампо. Его отряда больше нет. Когда еще подойдут свежие силы из метрополии? Эскадра в Вэйхайвэе? Броненосцы эскортировать конвои не будут, "Косатка" только этого и ждет. А с находящимися там крейсерами русские крейсерские отряды, объединившись, справятся без труда. А это значит, что японская армия в Корее по-прежнему будет оставаться без ничего. И будет разгромлена в самом ближайшем будущем. А крайним запросто могут сделать его, как не обеспечившего безопасность конвоя. Будь прокляты эти желтомордые макаки вместе с лондонскими банкирами…

Неожиданный стук в дверь отвлек коммодора от мрачных мыслей. Получив разрешение, в каюту зашел офицер штаба с листком бумаги. Причем, по его виду Нортон понял, что неприятности на этот день еще не закончились.

– Что случилось, мистер коммандер? Нам дан приказ атаковать русский флот в Порт-Артуре с теми силами, что у нас остались, и разгромить его? Судя по Вашему виду, так оно и есть…

– Нет, сэр. У меня срочная телеграмма из Адмиралтейства. Весь отряд Спенсера уничтожен. Эскадра в Вэйхайвэе тоже…

– Что-о-о?!

Весь хмель из Нортона улетучился в долю секунды. Подскочив из кресла, он схватил телеграмму и начал читать. По мере прочтения в его голове строились и рушились десятки предположений. В конце концов, перечитав текст телеграммы несколько раз, он удивленно уставился на офицера.

– Мистер Гибсон, а Вы не допускаете мысли, что там у всех массовый психоз на почве алкоголизма? Они, случайно, чертей по палубам не гоняли?

– Не могу знать, сэр. Но в телеграмме указано, что Спенсер приказал взорвать корабли после получения ультиматума от русских. По крайней мере, от него не потребовали сдачи крейсеров, а согласились на их затопление со сходом экипажей на берег. А вот эскадра в Вэйхайвэе уничтожена почти полностью в результате атаки неизвестной субмарины.

– Мистер Гибсон, давайте хоть мы с Вами не будем заниматься словоблудием друг перед другом. Мы оба прекрасно знаем, что это за субмарина, и откуда она появилась. Умники из Форин Офиса, пытаясь выбраться из дерьма, куда нас всех засунуло Адмиралтейство, сделали еще хуже, придумав сказку о неизвестной субмарине, утопившей "Астарту". И русские сразу ухватились за поданную идею. Я бы на их месте сделал то же самое. Что они ответили на нашу ноту?

– Пока еще не знаю, сэр. Мы этого не получили.

– А я знаю! Что они ни сном, ни духом не ведают, что это за неизвестная субмарина так порезвилась. Попомните мои слова. По "Кресченту"… или, как там он теперь… А, "Сойя", чтоб этим макакам пусто было, ничего не слышно?

– Все в порядке, сэр. Корабль подлатали и сняли с мели. Сейчас его буксируют в Нагасаки.

– Хоть одна приятная новость за сегодняшний день.

– Не совсем так, сэр… На "Кресченте" был бунт. За малым не дошло до кровопролития. Команда возмущена приказом воевать с русскими под японским флагом и отказывается это делать. Пока не было потерь, все молчали. Но в бою "Кресчент" понес большие потери в команде. Командиру с большим трудом удалось утихомирить людей. На "Сатлидже" ситуация не лучше. Просто, здесь еще не дошло до открытого выступления. Но повсюду слышны разговоры, что это не наша война. На "Левиафане" и "Евралисе" – то же самое. И если только мы попробуем начать политику закручивания гаек, рискуем получить четыре новых "Баунти".

– Ну, мы все же в лучшем положении, мистер Гибсон. Нас не отправят на шлюпке через пол океана, поскольку берег рядом. Хотя, могут и прибить в порыве праведного гнева, или просто выкинуть за борт. Поэтому, сделайте утечку информации из штаба. О том, что наши корабли больше не будут принимать участия в боевых действиях на стороне Японии. Тем более, мы физически не в состоянии это сделать, всем нужен серьезный и длительный ремонт. Если об этом объявлю я, то это неизбежно дойдет до японцев, и они поднимут вой. А так – слухи, они слухи и есть. На все же официальные запросы японцев будем отвечать, что это не соответствует действительности, и мы горим желанием поквитаться с русскими. Но, увы, корабли требуют серьезного ремонта. Причем, благодаря не столько русским крейсерам, сколько японским миноносцам. И пусть скажут хоть слово после этого…