Сдав мужу столь ценную вещь вместе с отчетом, я завершила все дела. Завтра мы покинем эту планету и полетим дальше. Но человеческие силы не бесконечны, и, прибыв на корабль раньше мужа, я пошла в нашу каюту, попила чаю и улеглась спать. Накопившаяся усталость дала о себе знать. Спала я всю ночь крепко и не знала, что муж, вернувшись в каюту, лег рядом, крепко прижал меня к себе и, уткнувшись в мои волосы и слегка их поглаживая, заснул.
Корабль в это время покинул орбиту планеты.
* * *
Меня разбудил поцелуй, насладившись которым, я сжала зубы на нижней губе мужа.
– Ай…
– Больно? – ласково спросила я у мужа.
– Да!
– Хорошо.
– Муся, давай уже мириться.
– Нет, – непреклонно отрезала я.
– Почему?
– Потому что ты напрягался, когда со мной ссорился, а напрягаться, чтобы помириться, не хочешь.
Высказавшись, пошла в ванную, а муж поплелся за мной.
– Почему ты такая вредная?
– Когда мы прилетим на следующую колонию? – я начала раздеваться.
– Мы уже на орбите.
– Что? Почему так быстро?
– Ты проспала больше суток.
– Не может быть! – я ошеломленно захлопала глазами.
– Может. Через час у нас высадка на планету, а через пятнадцать минут совещание, – сообщил мне муж, поедая глазами мое тело.
И посмотрев мне в глаза, ушел.
Через пятнадцать, так через пятнадцать.
На совещание я пришла в последний момент, когда все уже расселись. Александр покосился на меня, но промолчал.
– Что ж, начнем. Но перед этим давайте еще раз просмотрим все материалы.
Изучая данные, я поняла, что исследовать предстоит поселение очень большое (даже, скорее, не поселение, а город) и намного более развитое, чем те, которые встречались нам ранее, даже более развитое, чем города в мое время.
– Вы уже, наверное, заметили, что чем дальше мы продвигаемся в глубь этого сектора, тем более развитые колонии встречаем. И это, безусловно, добавляет нам трудностей, потому что знания леди Уотерстоун о ее времени не бесконечны, но тем не менее это наш единственный источник информации. Также стоит упомянуть, что в этой колонии мы только собираем сведения о цивилизации, так как причина гибели нам уже известна. Поэтому всеми исследованиями будет руководить Мария. Прошу вас, – усмехнувшись, муж откинулся на спинку кресла.
Александр отказывается от власти, хотя бы в малом? Это ради меня такие жертвы?
Вся команда напряженно следила за нашими переглядываниями, и наконец я взяла слово:
– Я так понимаю, колония погибла при падении метеорита?
– Да. На освоение прилетело всего два корабля, и у них не хватило мощности, чтобы уничтожить метеорит. По крайней мере, все факты говорят об этом.
– «Блюсти чистоту науки – есть первая заповедь ученого».
– Семенов?
– Ты знаешь? Похвально. Ладно, к делу. Эта колония, в отличие от прежних, очень крупная, и придется задействовать всю технику и весь персонал, чтобы уложиться в пару-тройку дней. Есть два объекта. Небольшой город и часовня в часе езды от него. Поэтому пять человек и три единицы техники отправляются в часовню, а остальные исследуют город. Ну что, начнем?
Все согласно загалдели и стали расходиться, а мы с Сашей остались сидеть друг напротив друга.
– Это ради меня?
– Напрягаюсь, как ты и просила.
Мне, конечно, все равно, кто командует… остальными, но ему-то – нет, и сам факт того, что он уступил…
Встав, я подошла к мужу, положила руки ему на плечи и склонилась практически вплотную к его лицу.
– Я, конечно, оценила… но мне больше понравится, когда ты просто перестанешь мною командовать и принимать за меня решения.
Саша потянулся для поцелуя, но я, отвернувшись, пошла готовиться к высадке, спиной чувствуя пристальный взгляд желтых глаз.
На поверхности все сразу влились в работу, а я, отправив часть людей на второй объект, сначала занялась городом. Здесь работы предстояло очень много: по всей огромной площади надо было осмотреть все закоулочки.
Мы трудились четыре дня от рассвета до заката. Александр, конечно, был недоволен моим изматывающим рабочим графиком, но пока, скрипя зубами, молчал.
Самым трудным делом оказалось исследование часовни. В искусстве я мало что смыслю: одно дело – восхищаться прекрасными творениями, и совсем другое – в этих творениях разбираться. Поэтому большую часть времени просидела в Сети, сопоставляя факты, рисунки и надписи. В итоге прямо в полевых условиях и составила отчет, а это означало, что хоть этим вечером у меня будет передышка.
Проконтролировав все погрузки и отправив отчет, я лежала на кровати, смотрела фильм и попивала горячий шоколад, когда ко мне присоединился муж.
– Ты все уладила?
– Да.
– Все еще злишься на меня?
– Нет, – ответила я, стараясь не улыбнуться.
После этих слов он перекатился поближе ко мне и спросил:
– Как насчет поцелуев?
– Пока нет, – не смогла сдержать улыбку.
Муж застонал.
– Я хочу проверить, – мягко сказала я, – понял ты меня и не будешь ли пытаться мною распоряжаться.
Саша прикрыл глаза.
– И как ты это проверишь?
– Займусь с тобой тантрическим сексом.
Глаза мужа распахнулись, а на лице появился неподдельный интерес.
– А в этом сексе я смогу быть в тебе?
– О да! Только это ты и сможешь.
После этого Саша мгновенно насторожился и раскрыл рот, собираясь задать новый вопрос, но я повалила его на спину и, сев сверху, поцеловала.
Муж, отлученный некоторое время от тела, быстро про все забыл и отдался моим ласкам, то и дело порываясь гладить меня. Но в этот раз я решила не быть пассивной. Заставив его завести руки за голову и держать их там, я начала применять на практике все, что когда-то вычитала в любовных романах. А читала я много!
Саша извивался под моими руками, рычал, но препятствовать не пытался до тех пор, пока я не засунула руки под ремень его брюк. Этих ласк он долго не выдержал.
Рывком сев на кровати и сковав уже меня, он нежно и уверенно перехватил инициативу. Белье в одно мгновение полетело на пол, и начались первые прикосновения к шее, груди… Саша вообще возвел эту часть моего тела в какой-то культ и поклонялся ему. Когда ласки перешли вниз, к самому чувствительному месту, я вырвалась и перешла к главной части. Оседлав мужа, я застыла.
– Маша, что же ты?..
– Тантрический секс – это когда нельзя двигаться, – пояснила я ему.
– Что?.. – задохнулся супруг.
Находясь на грани, но оставаясь без движения, я ощущала в теле чудовищное напряжение, даже муки. Но я не учла один фактор, а именно – хвост Александра, который совершенно не хотел быть неподвижным. Он начал слегка поглаживать мое тело, не касаясь чувствительных мест, только кружа вокруг них.
