Читаем без скачивания Безрассудство - Линн Эриксон

– Джейк. Можно вас на минутку?

Когда он вошел, Сара сидела на постели, опершись спиной на подушки, скрестив ноги.

– Я все время думаю, – начала она.

Он кивнул.

– Понимаете, я волнуюсь. – Сара внимательно посмотрела на него. – Мне кажется, все немножко забыли о спутнике Ридли, который нажал на спусковой крючок.

– Никто о нем не забыл.

– Но как вы его найдете?

Джейк улыбнулся своей уверенной, вселяющей надежду улыбкой, отчего показался ей дерзким, молодым и... сексуальным.

– Как только большое жюри вынесет Ридли обвинительное заключение и его арестуют, он обязательно попытается выкрутиться. Мой опыт и интуиция подсказывают: чтобы спасти свою шею, он обязательно сдаст этого киллера. Тогда, возможно, избежит смертного приговора, получит пожизненное. А когда стреножат второго, вы будете в полной безопасности. Я уже говорил, что, быть может, вам даже до суда и не придется жить на этой спецквартире.

– Но события могут развиваться и как-то иначе. Вы же наверняка не знаете?

– Я знаю, как это обычно бывает, потому что работал в системе.

– Наверное, вы просто стараетесь меня утешить. Успокоить.

– Конечно, стараюсь, – с радостью согласился он. – Я ведь вижу, как вы напуганы.

Сара попыталась улыбнуться, но улыбка получилась какая-то деланная.

«Вот бы мне такую же уверенность в себе».

Неожиданно он накрыл ладонью ее руку и тихо произнес:

– Сара, у меня в машине лежит пистолет.

Она смотрела на него огромными испуганными глазами.

– Я купил его пару лет назад, когда начал получать угрозы от кое-кого. Ну, из тех, кого пытался засадить за решетку. Угрозы были серьезные, но, к счастью, мне он пока не понадобился. Я хочу, чтобы он был у вас, Сара. Возможно, с ним вы почувствуете себя спокойнее. Только это должно быть нашей маленькой тайной, потому что Дэвид – если он узнает, с ним может случиться припадок и...

– Нет, я не смогу. Да и не нужен он мне.

– Вы уверены?

– Абсолютно.

– Вы храбрая женщина, – заметил он.

Ей было неловко из-за того, что все это время его рука накрывала ее руку. Еще пара минут, подумала Сара, и сложно будет считать это просто дружеским жестом. Напряжение нарастало подобно счету, который потом придется оплачивать. В конце концов она осторожно извлекла руку из-под его ладони и произнесла, чтобы замять неловкость:

– Какое там храбрая... я невозможная трусиха.

– Есть старинное изречение, – проговорил Джейк, – не помню только чье. Если человек очень боится, но все равно выполняет свой долг – это и есть настоящая храбрость.

– Я боюсь неопределенности, – прошептала она. – А если он знает, где я?

– Не знает. Не может знать.

Сара встретилась взглядом с Джейком и быстро отвела глаза.

– Ладно, – сказал он, – вы, наверное, хотите отдохнуть.

– Конечно, мне кажется, давно пора.

– Я буду неподалеку.

– Ладно. И... спасибо. Сегодня вы мне очень помогли.

Губы Джейка дрогнули в полуулыбке.

– Я ждал этого целых восемнадцать месяцев. К тому же такова моя работа.

Ей очень захотелось узнать, было ли случившееся для него всего лишь работой или чем-то большим.

– Желаю крепко выспаться. – Джейк вышел из комнаты, оставив Сару одну. Ее пульс стал заметно ровнее.

Следующая неделя показалась Саре очень странной. В смысле времени. Часы пролетали незаметно, а минуты тащились медленнее черепахи. Полицейские охранники – все были отобраны лично Дэвидом или Барри Дисото – сменялись каждые восемь часов. Они здоровались с ней, проверяли все в квартире, а потом бездельничали – ели, смотрели телевизор, листали журналы. И так целыми днями. Саре казалось, что неведомые силы сместили землю со своей оси, и она удивлялась, почему, кроме нее, этого никто не замечает.

Дэвид приезжал и уезжал, всегда спешил. К его служебным обязанностям еще прибавилось руководство спецквартирой.

Джейк тоже проводил здесь очень много времени, но наедине они ни разу не оставались, всегда присутствовали один или двое полицейских. Разговоры были преимущественно о спорте. В предгорьях был большой снегопад, толщина покрова метр двадцать, и лыжный сезон в Ловленде, наверное, продлят до Дня поминовения, после трех туров «Рокис» лидирует в турнирной таблице и так далее. Повсюду были разбросаны спортивные газеты, а общеполитические всегда раскрыты на соответствующих разделах. Уборку Саре приходилось делать по нескольку раз в день. Эти копы оказались такими неряхами.

Кроме спортивных новостей, излюбленной темой разговоров была сама Сара. О ней писали почти все газеты и журналы, говорили по телевизору. Вначале она смущалась, а потом почти привыкла к известности и однажды даже рассмеялась, увидев на первой полосе очень известной газеты большой рисунок: Сара была изображена как Жанна Д'Арк, с мечом, – гроза вашингтонских коррупционеров. Пока пресса мало что могла сообщить о самой Саре, но она понимала, что со дня на день журналисты раскопают ее подноготную. И собиралась с духом в ожидании этого дня.

Джейк тоже был нарасхват. Средства массовой информации объявили его героем конца тысячелетия, несгибаемым крестоносцем наших дней, который пожертвовал карьерой ради правды.

Молодой полицейский Пачеко любил подшучивать над Савилем.

– А вот и герой прибыл. Я слышал, что журнал – как же он называется? – кажется, «Пипл» скоро выйдет с твоим портретом на обложке. Это правда?

Джейк только пожимал плечами.

– Кстати, кто-то в управлении вчера рассказывал, что перед твоим домом тусуются девушки. Толпами. Желают получить автограф. Правда, что одна, увидев тебя, упала в обморок?

Джейк скорчил гримасу, но возражать не стал. Сара тайком наблюдала за ним из кухни. Небритый, заросший, голубые глаза светятся улыбкой.

Конечно, женщинам такой крестоносец должен нравиться.

Джейк постоянно держал ее курсе развития событий.

– Принято решение созвать большое жюри, – сообщил он однажды утром.

– Когда?

– Через несколько дней. Я думаю, на следующей неделе. Херд торопит, но члены жюри должны съехаться, а на это требуется время.

– Ридли знает о моем заявлении?

– Конечно. Он нанял адвокатов и все отрицает. – Джейк качнул головой. – Но это ему не поможет.

Он был прав. Высокопоставленные правительственные функционеры официально все отрицали, а неофициально предпринимали разнообразные маневры с целью дистанцироваться от вляпавшегося в грязную историю директора ЦРУ.

Пресса просто взбесилась, перебирая всевозможные мотивы, строя гипотезы. В вечерних ток-шоу адвокаты по уголовным делам высокого ранга спорили с прокурорами.

На четвертый день после того, как Сара сделала официальное заявление и переехала в спецквартиру, «Филадельфия инкуайрер» наконец опубликовала материал о том, кто она такая. И пошло-поехало. К вечеру все газеты и телекомпании получили эту статью по Интернету, а на следующее утро Сара обнаружила, что ее частная жизнь больше ей не принадлежит. Теперь о ней знали буквально все. Появились интервью с ее бывшими учителями и преподавателями колледжа, а также соучениками. Теле– и фоторепортеры охотились за ее родителями. Практически мгновенно появилась фотография отца – его сняли с большого расстояния сильным телеобъективом, когда он садился у дома в свой «мерседес». Мать подловили, когда та выглянула в окно. В дневном шоу Марты Стюарт были показаны скульптуры Элизабет. Филиппа в Принстоне тоже преследовали, хотя, надо отдать ему должное, он вел себя спокойно и не стал говорить ни с одним репортером. Через день вечером в новостях показали отца: он входил в свой банк и грозил кулаком телевизионному оператору.

– О Боже. – Сара закрыла лицо руками.

В это время на дежурстве был Гэри Пачеко. Он поднялся с дивана и погладил ее по плечу.

– Не переживайте. Все знают, что репортеры засранцы.

– Бедная мама, – выдохнула Сара. – Отец и Филипп, они смогут это пережить, но мама...

Джейк прибыл в семь вечера. Он видел материал о Роджере и был в бешенстве.

Они сидели на кухне. Джейк скрестив руки, облокотившись спиной о прилавок, Сара напротив, в той же позе.

– Я беспокоюсь за маму, – призналась она.

– Из-за газет?

– Да. Она такая болезненная, впечатлительная. Я даже не могу себе представить, что сейчас с ней происходит. Если бы можно было позвонить...

– Вы же знаете, Сара, что нельзя. Это слишком опасно.

– А если из автомата? Я могла бы...

– Я не хочу, чтобы вы выходили на улицу. Нет. – Он решительно замотал головой. – Именно так я и нашел Филиппа. Он ведь тоже звонил из автомата. Это слишком рискованно. Они могли поставить телефон ваших родителей на прослушивание. Наверняка уже так и сделали. Конечно, есть способы проверки, но их нельзя считать абсолютно надежными. Слишком опасно.

Она вздохнула и на мгновение закрыла глаза. Джейк был прав.