Читаем без скачивания Безрассудство - Линн Эриксон

– И каждый раз вы с ним разговаривали?

– Перебрасывались несколькими словами, типа «прекрасный день» или «сегодня мне очень понравилось ваше выступление».

– Он знал, кто вы?

– Да. У него была феноменальная память на имена, фамилии и лица.

– Итак, он знал ваше имя?

– Да, знал.

– В штабе его президентской кампании работало не меньше нескольких сотен человек, и он запомнил ваше имя?

– Да, я вам сказала, у него была феноменальная память.

– Мисс Джеймисон, вы чувствовали, что он вас выделяет, обращает на вас внимание?

– Нет, он вел себя одинаково дружелюбно со всеми.

Джейк видел, куда клонит Дэниел. Он и сам бы на его месте сделал то же самое.

– А затем вы последовали по всему маршруту кампании до Денвера?

– Да.

– Вы получали деньги за свою работу, мисс Джеймисон?

– Нет. В штабе платили только профессионалам, занятым полный рабочий день.

– И тем не менее вы ездили вместе с ними и трудились. На что вы жили?

Джейк заметил, что Сара чуть покраснела.

– Дедушка оставил мне небольшой траст-фонд.

– Понятно. – Уэрдингем сделал паузу. – То есть вам вообще не нужно было зарабатывать на жизнь?

– Не совсем так. Дело в том, что этот траст-фонд довольно скромный. Я скопила также определенную сумму во время работы на курорте в горах Поконос.

– И вы отказались от всего – от личной жизни, работы, – чтобы гоняться за сенатором Тейлором?

При других обстоятельствах в такой момент Джейк обязательно бы вскочил на ноги и выкрикнул: «Протестую!» – но сейчас он не мог этого сделать.

– Я не гонялась за сенатором Тейлором, – спокойно отозвалась Сара. – Я просто вызвалась работать в штабе его президентской кампании. И встречался он со мной не чаще, чем с любым другим работником своего штаба.

Безукоризненный ответ. Скромный, спокойный, без тени агрессии. Поведением Сары Джейк был очень доволен. А ведь как ей, должно быть, трудно выставлять напоказ свою жизнь. Люди пристально вглядываются в свидетельницу, анализируют, выносят суждения. Но Джейк знал, что самое сложное впереди.

Херда тоже было можно понять. Сара – его ключевая свидетельница, он ею очень дорожил и тем не менее был вынужден пережимать в некоторых трудных местах, иначе члены жюри могли ей не поверить.

Джейку не хотелось вновь выслушивать рассказ Сары о том, что произошло в тот вечер в номере отеля. До сих пор он старался не думать об этом, но сегодня все выплывет наружу. Сара будет обязана ответить на все вопросы большого жюри. Пятая поправка в данном случае не действует. Ей придется откровенно рассказать им, чем они занимались со Скоттом Тейлором в его номере.

Эстафету снова принял Том Херд:

– Итак, мисс Джеймисон, перейдем к Денверу. Как долго вы находились здесь до времени гибели сенатора Тейлора?

– Дайте подумать. Неделя, десять дней – что-то около этого. Все работники штаба, кроме самого сенатора, жили в центре города, в отеле «Оксфорд». Иногда он ездил домой, но также снимал номер в отеле «Браун пэлас».

– С его женой – я имею в виду миссис Тейлор – вы были знакомы?

– Нет.

– Где находилась она во время президентской кампании?

– Не знаю. Во всяком случае, на восточное побережье она с ним не ездила. В штабе считали, что супруга сенатора больна.

– В тот вечер на митинге в Денвере ее тоже не было?

– Возможно, она и была там, но уехала раньше. Не знаю. Дело в том, что я ни разу не видела миссис Тейлор и потому не знаю в лицо.

– Хорошо. – Херд прошелся, опустив голову вниз, заложив руки за спину. – Итак, мисс Джеймисон, перейдем теперь к тому злополучному вечеру. Насколько я помню, вначале был ужин в китайском ресторане в «нижнем центре».

– Да.

– Какие обязанности вы выполняли в этот вечер?

– Занималась сбором пожертвований. Сидела у двери с еще одной работницей штаба, записывала фамилии и адреса жертвователей, принимала чеки.

– Это не выходило за пределы вашей обычной работы?

– Нет. Я занималась этим и прежде.

– Вначале сенатор Тейлор произнес речь, затем стал обходить собравшихся, пожимать руки и так далее. Я верно излагаю?

– Да.

– И затем, когда все закончилось?.. Пожалуйста, мисс Джеймисон, расскажите нам, что было потом.

Сара пошевелилась на своем стуле. Джейк подумал, что наступает критический момент.

– Собрались, как обычно, поговорили, обсудили, как прошел вечер. Что-то вроде подведения итогов. Было поздно, все устали, но Скотт – сенатор Тейлор – нас не отпускал. Опрашивал каждого, интересовался впечатлениями от встречи. Он был очень доволен, более чем доволен. Опять сбросил пиджак, закатал рукава рубашки, как обычно. Подливал всем шампанского. В этот вечер, – Сара сделала паузу, посмотрела вниз, затем подняла голову, – в этот вечер он был как-то особенно счастлив. Убедился, что Колорадо будет голосовать за него.

– Продолжайте.

– По ходу опроса сенатор добрался и до меня. Начал спрашивать мое мнение об одном, другом... Я была польщена. Я не разговаривала с ним несколько недель, с тех пор как мы уехали из Филадельфии, но он помнил мое имя, знал, кто я.

– Он вас выделял, мисс Джеймисон?

Сара замялась.

– В тот вечер – возможно. Он был очень обаятельный человек, политик, и я сильно верила в него и в то, что он мог бы сделать для Америки.

– Из ваших слов, мисс Джеймисон, я заключаю, что он производил на вас огромное впечатление. Это так?

– Полагаю, да.

Джейк напрягся.

«Сара, осторожнее».

– Продолжайте.

– А потом он неожиданно пригласил меня прогуляться с ним до отеля. – Сара сделала паузу. – Он знал, что мой отец, моя семья – убежденные консерваторы правого толка, и хотел воспользоваться удобным случаем, чтобы понять, почему я изменила семейным традициям. Его это заинтересовало. Так, во всяком случае, мне показалось.

– Заинтересовало, – повторил Херд.

– Да, он полагал, что это поможет ему переманить на свою сторону еще кое-каких консерваторов.

– Значит, он пригласил вас пройтись в этот вечер из чисто деловых соображений?

– Думаю, да.

Херд возвратился к своему столу и углубился в изучение бумаг. Или притворился, что просматривает их. Затем развернулся к свидетельнице.

Джейк знал, что у него готов для Сары трудный вопрос.

«Держись, Сара!»

– Итак, мисс Джеймисон, вы должны осознать, что пришло в голову каждому из нас, сидящих в этом зале. А именно – то, что, отправляясь в номер сенатора Тейлора одна, вы проявили некоторую наивность. Не могли бы вы попытаться объяснить нам, чем в тот момент руководствовались?

Начинается.

Сара собралась с духом. Ее лицо побледнело еще сильнее, губы, прекрасные мягкие губы, задрожали, и Джейку захотелось остановить все это действо. Спасти ее от позора. И себя тоже, потому что он не хотел слышать ее объяснений.

– Вы должны понять, – произнесла Сара, – что мы, Скотт Тейлор и я, были взрослыми людьми, выполнявшими вместе важную работу. Очень важную. Тогда было самое горячее время. Мы, сторонники Тейлора, считали, что он действительно имеет шансы выиграть выборы. Все опросы указывали на это. В известной степени... мы были опьянены этим, пребывали в некоторой эйфории. А люди, которые работают вот так вместе, становятся близки друг другу. – Она сделала паузу. – Близки, как товарищи, как мужчины на войне, где жизнь каждого зависит от всех. Тогда было что-то вроде этого.

– На войне, мисс Джеймисон?

– Да, на войне. Политической войне, которую вел Скотт Тейлор. – Она посмотрела на Херда, как бы спрашивая разрешения продолжать. Прокурор кивнул. – Так что когда он предложил мне зайти к нему в номер и обсудить ситуацию, я была в восторге, что способна хоть чем-то ему помочь. Возможно, я проявила наивность, и задним числом я это осознала, но в тот момент мне ничего другого даже в голову не приходило. Человек нуждался в моей помощи. Что тут предосудительного?

Джейк был восхищен ее искренностью и прямотой.

– Отлично. Предположим, что все это правда, – начал Херд.

– Это правда, – сказала Сара.

– Разумеется, мисс Джеймисон. Теперь, пожалуйста, расскажите нам, что произошло, когда вы оказались в его номере.

Сара сделала глубокий вдох.

– Он предложил мне выпить. Налил белого вина. Себе тоже налил, кажется, скотч. Я сидела на диване, а он ходил туда-сюда. Вдруг начал рассказывать мне о том, как ему опротивели бесконечные мероприятия с едой и выпивкой. Называл это обязаловкой.

С того места, где сидели члены жюри, донесся неясный ропот, похожий на смешки.

– Затем он сказал, – Сара уставилась на собственную юбку, – он сказал мне, что ему не хочется ездить домой, что он поселился в отеле, потому что со своей женой, Хедер, практически не живет. Что их брак чистая формальность. Так удобнее. Он сказал, что она хочет стать первой леди и что они заключили своего рода сделку.

Джейк живо представил себе эту сцену. Скотт выступает перед красивой молодой женщиной. Заливается соловьем.