с глухим щелчком.
Огонь лизнул ладонь. Едва сдержал порыв испепелить труп, потому что намеревался приказать произвести вскрытие ведьмы, вдруг оно поможет нам в расследовании. Стоявшая рядом Даника едва дышала.
Даника
Воцарилась тишина. Ощущала обращённые на нас взгляды стоявших неподалёку приспешников Самаэля, сама же уставилась на покойницу перед собой.
Ведьма мертва. Всего-то по щелчку пальцев главаря демонов.
— Извините, что прерываю.
Самаэль обернулся, и, даже не глядя на смельчака, поняла: тот побледнел. Посмотрела на него. Узнала. Рамиэль. Он сидел рядом со мной за ужином.
— Что за срочность? — рявкнул Самаэль.
От его голоса веяло такой стужей, что я поёжилась. И так тёмный взгляд главаря демонов стал чернее ночи.
— Ситри пробил один из номеров с телефона ведьмы. Принадлежит демону под вашим началом.
Самаэль зловеще замер.
— Кто.
— Малгрон. Работает в башне.
Самаэль глянул на Баэля, тот кивнул и ушёл. Не хотелось бы мне оказаться сейчас на месте Малгрона.
Самаэль шагнул ко мне. Я бессознательно прижалась спиной к стене в переулке и, крепко сжимая нож, выкинула перед собой руку.
Демон замер. Впервые увидела на его лице нечто похожее на неуверенность. Оно тут же исчезло, сменившись холодным высокомерием.
— Возвращайся в башню. Там поговорим.
Ага, его приказ можно интерпретировать: «возвращайся в мою постель, и я постараюсь так отвлечь тебя ласками, что ты забудешь собственное имя».
— Самаэль, я занята. Сроки нашего соглашения поджимают.
Тишина. Он просто вперился в меня суровым взглядом. Демону определённо не нравилось всё, что не подвластно его контролю. А после того, как мы почти переспали, грань между нами стёрлась. Я больше не была той ведьмочкой, вынужденной выполнять его приказы. Но в то же время, если придётся, Самаэль не раздумывая меня грохнет. Возможно, потом пожалеет, но всё равно убьёт.
— Нам нужно обсудить обвинения, выдвинутые против меня Мэвис.
— Имеешь в виду тот факт, что твой отпечаток силы нашли возле трупа мамы?
Эта маленькая деталь отсутствовала в отчёте с места преступления, и теперь корила себя за то, что доверилась Самаэлю и с ним спуталась.
Если мудак хоть как-то причастен к убийству матери, я его грохну, несмотря на последствия.
— Даника, какой у меня мотив убивать твою мать?
― Почему бы тебе для начала не рассказать мне, почему ты вообще оказался рядом с её телом.
— Ведьмочка, давай вернёмся к этому, когда будем одни, без свидетелей.
― Нет уж, давай поговорим сейчас.
Он вздохнул, а я подавила желание вонзить ему нож в сердце. Вероятно, это бы его не убило, но хотя бы получила удовольствие.
― Ты и правда хочешь, чтобы я рассказал о твоей матери здесь? ― уточнил Самаэль и развёл руки, обводя взглядом переулок, где до сих пор толпились демоны, тихо между собой переговариваясь.
― Ладно, будь по-твоему, ― сдалась я и направилась к Васу.
Вот прямо сейчас мне совсем не хотелось, чтобы Самаэль ко мне прикасался. Удивительно, но говнюк совсем не возражал. Не сводя с меня глаз, расплылся в медленной улыбке и взлетел.
Вассаго уже собирался взять меня на руки, когда завибрировал мой телефон.
— Секундочку, — остановила демона и посмотрела на экран. — Пришло сообщение от Стива.
«Бабушка Мэри состояла в ковене Маккормиков. А Мэри прогнали из последнего ковена за принесение в жертву собаки их лидера. Держи ухо востро».
Прочитав эсэмэску, задумалась, почему эту информацию не указали в деле ведьмы? Совет магов хотел, чтобы я им её доставила, так почему же это скрыли?
От ужаса скрутило живот в тугой узел. Полностью сосредоточившись на Беатрис, совсем упустила из вида: Мэри тоже искала ведьму.
А если они работали в паре?
Ответила Стиву: «Спасибо. Будь другом, отследи её телефон. Кроме того, проверь всех остальных потомков ковена. Фейсбук, Инста, Портал и другие соцсети. Хочу знать всех причастных».
«Без проблем. За тобой уже три должка».
Закатила глаза. Такими темпами рассчитаюсь с другом только к старости.
Когда Вас полетел со мной к башне, перекрикивая ветер, сообщила ему полученную инфу от Стива.
— Нам нужно навестить Мэри. Мне следовало бы раньше обыскать дом ведьмы, когда её там не обнаружила, — проорала я, злясь на себя за допущенный промах.
Башня маячила вдалеке, пока Вассаго искал нужные слова.
— Не кори себя, ты мне рассказала о том, что Мэри искала ведьмин сорняк, но я тоже это забыл. Последние дни были просто сумасшедшими.
Это мне нужно всё помнить, демон пытался меня подбодрить, и я ему позволила.
— Это ещё мягко сказано. Переговорю с Самаэлем, а потом отправимся к Мэри. Скорее всего, она будет отсутствовать, но всё равно нужно проверить и затем связаться с теми, чьи телефоны сохранились в её мобильнике.
Вас подлетел к башне, я нахмурилась, заметив знакомую фигуру вдалеке.
— Можешь слегка снизиться? — попросила демона.
На секунду мы зависли в воздухе, потом Вассаго изменил направление и опустился ближе к земле.
Ага. Теперь я узнала Хэрриетт. Фейри с бледным нежным личиком расхаживала взад-вперёд, заламывая перед собой руки.
— Это Хэрриетт, подруга матери, — пояснила другу. — Давай узнаю, что ей от меня нужно и встретимся внутри.
Вас отстранённо кивнул, он двигался слишком медленно, словно из него высосали всю энергию.
— Как раз введу в курс дела босса, прежде чем ты выскажешь ему всё, что о нём думаешь, — отозвался демон.
Искорка веселья мелькнула в его глазах от вида моего кислого выражения лица.
Когда Вассаго приземлился, я повернулась в сторону ожидавшей меня фейри, её взгляд метался между демонами, спешно входивших и выходивших из башни.
Хэрриетт вздрогнула, когда один из них взмыл в воздух, хлопнув невидимыми крыльями. Я прищурилась, вглядываясь в её лицо. Уж очень она нервничала для той, кто прожил в нашей реальности бок о бок с демонами семь десятилетий. Не говоря уже о том, что в порталы в других мирах всегда существовали, и паранормалы между ними путешествовали.
— Ну, здравствуй, — поприветствовала я фейри, и та настороженно мне улыбнулась.
— Даника, привет. Я не задержу тебя надолго, просто хотела извиниться за ту ночь. — Она вздохнула и уставилась в землю, не переставая заламывать руки. — Тогда мне сообщили плохие новости, и я напилась. Но перегнула палку. Мать бы тобой сейчас гордилась.
Я молча обдумывала сказанное фейри. Мама многому меня научила, остальное почерпнула из жизненного опыта. Что у пьяного на языке, то у трезвого на уме. Поэтому, даже если Хэрриетт, протрезвев, пожалела о сказанном, совсем не значит, что именно это не имела в виду.
Фейри встретилась со мной, чтобы успокоить совесть. Потому что когда-то дружила с мамой, а
