после нашего побега так и ни разу нас не навестила. К тому же я осталась последней связью с её подругой, и ей не хотелось оставить после себя плохую память.
Из-за моего молчания она метнула на меня взгляд, и я над ней сжалилась.
— Хэрриетт, всё пучком, — заверила её, — понимаю, ты была потрясена. Успокойся.
Произнесла монотонным, безразличным голосом, однако облегчение, мелькнувшее на лице фейри, того стоило.
— Я бы хотела… показать тебе кое-что, когда освободишься, — молвила она. — Твоя мама оставила мне кое-какие вещи. Сказала, что узнаю, когда придёт время тебе их отдать. — Хэрриетт уронила взгляд на мою руку. — Думаю, оно пришло.
Меня терзали сомнения, однако любопытство взяло верх над желанием отказаться от встречи с фейри.
— Хорошо.
— Я на пару недель уеду, но напишу, когда вернусь, — сообщила она и бросилась прочь.
— Хэрриетт! — окликнула её.
Она оглянулась.
— Ты знаешь, кто мой отец? — глубоко вздохнув, спросила.
— Девочка, мать отдала жизнь ради твоей безопасности. Пусть её жертва не будет напрасной.
Что, чёрт возьми, это должно означать? Сжав руки в кулаки, я смотрела в спину уходившей прочь фейри.
В отличие от сестры, которая всегда хотела знать, кто её отец, меня это никогда особо не волновало. Даже в голову не приходило отправиться на поиски любовника мамы, который бросил её беременную и так к ней и не вернулся. Если отец не хотел стать частью моей жизни, это его чёртова потеря, не моя.
Однажды мы с сестрой спросили у мамы о наших отцах, но, увидев её затравленное выражение лица, оставили эту тему и никогда к ней больше не возвращались. Скорее всего, мой папаша был человеком или низшим магом, бросившим беременную подругу на произвол судьбы.
С Иви решили, что нам пофиг. Мама одинока, и два её романа закончились плохо. Однако она любила нас безмерно, восполняя отсутствие дарителей спермы. И мы все были друг у друга.
Но тёмная сила, бурлившая глубоко внутри, брала истоки определённо не от мага и уж точно не от человека. Если мой отец — тёмный фейри и жив, хотела бы с ним встретиться. И тут в меня что-то врезалось с силой грузовика. Заскользила по асфальту, хватаясь за ножи.
— Прости, — выдохнул демон. — Мне так жаль.
И поднял руку, готовясь вцепиться когтями мне в горло.
Глава 22
Даника
Молодой демон, скорее всего, подросток, с лицом испещрённым глубокими тёмно-розовыми шрамами ‒ такое возможно, только если кто-то его порезал и насыпал соль на раны. Они ещё не все зажили, некоторые сочились кровью, корки на них отслаивались и рвались, когда парнишка глухо всхлипывал.
Если бы я вовремя не среагировала, демон бы меня убил. Он на меня навалился, поэтому не могла вытащить нимкаб из чехла на шее, а до ножен на спине вообще не дотянуться.
Согнула правую ногу, подсунув ступню под тело демона, как можно ближе к руке. Его ладонь дрожала, словно нападавший изо всех сил сопротивлялся порыву вонзить в меня когти. Время замедлилось, казалось, прошли часы прежде, чем мне удалось ухватиться за рукоять ножа, спрятанного в ботинке и его вытянуть.
Вонзила клинок глубоко в живот демону.
— Ещё раз, — застонав и на меня падая, попросил он, и я содрогнулась.
Что за больной на всю голову придурок?
Пальцы убийцы, сомкнувшись на моей шее, её сжали.
— Ещё раз, — прорычал он с диким блеском в глазах.
Вытащила нож из его живота и воткнула ему в горло, не попав в артерию, так как почти не могла пошевелиться, но этого хватило, чтобы он меня отпустил и перевернулся на бок. Прекрасно понимала, что это надолго его не остановит, поэтому на четвереньках отползла и вскочила на ноги.
Демон вытащил клинок из горла. Рана стала быстро затягиваться. И шагнул ко мне.
Вдалеке послышались крики. Никто не ожидал нападения прямо у башни Самаэля. Вероятно, прямо сейчас входы в здание блокировали.
Демон на меня набросился, и я, отступив в сторону, подставила ему подножку. Однако ублюдок успел извернуться и, подпрыгнув, оскалил зубы, потом снова на меня напал.
Ударила локтем ему по лицу.
— Убей меня! — закричал он.
Не успела вовремя уклониться от его выкинутого вперёд кулака — он сумел его краем задеть мне щёку. От пронзившей боли на секунду закружилась голова, от чего упала на колени. Воспользовавшись этим, демон опять бросился в атаку.
Ну всё, меня уже это достало!
Потянулась к своей магии. На этот раз она ответила. Я ахнула от всплеска пронёсшегося по телу тёмного торнадо.
Вихрь силы влепил демона в капот машины.
Шок от увиденного помог обуздать магию, желавшую разорвать на части любого, кто решил бы ударить без предупреждения.
Лицо демона исказилось. Странно дёргаясь, он встал, на капоте теслы осталась от удара вмятина в форме его тела.
— Ещё, — прохрипел нападавший, шагнув ко мне.
Им явно кто-то управлял. Какой же нужно обладать силой, чтобы демон стал полной марионеткой! Меня замутило от осознания мощи врага.
— Кто тебя подчинил?
На секунду растерявшись, демон распахнул рот, собираясь ответить, но тут его накрыла какая-то магия, от чего его глаза потемнели. С громким рыком он бросился на меня.
— Ведьма, убей меня, — просипел демон, а когда уклонилась, заорал: — Сейчас!
Я не хотела.
Ходили слухи, что с возрастом у древних демонов не только усиливались их особые навыки, но и появлялись новые. Исчадия ада в зависимости от вида обладали разного рода магией, однако почти все могли принудить человека беспрекословно выполнять их приказы.
Способен ли это сделать кто-то из врагов Самаэля? Высший демон, желавший замести следы?
Подобные манипуляции с мозгом и волей, думаю, поддаются блокировке. Самаэль, вероятно, с лёгкостью бы это сделал. Сейчас мне просто нужно хорошенько вырубить пацана-демона, чтобы его куда-нибудь приковать. Ходили слухи о темницах в подвале башни.
Парнишка, спотыкаясь, направился ко мне, готовясь к упорной схватке, и тут неожиданно, как пьяный, покачнулся. Однако всё же проиграл бой с магией принуждения. С непроницаемым выражением лица он неимоверно быстро выкинул вперёд руку, целясь мне в горло. Я смогла отпрыгнуть влево, поймать и вывернуть его правое запястье. Усилила захват, от чего демон зарычал, потом шагнула ему за спину и ударила ногой под коленкой.
Он упал. Я удерживала его в этом положении за согнутую в локте руку.
Демон попытался замахнуться на меня левой рукой, поэтому, приподняв, сломала ему правый локоть. Живот скрутило в тугой узел от его страдальческого рыка. Не люблю без причины причинять боль, а парнем явно управляли. Такое чувство, словно
