глазами он перебежал нам дорогу. За ним гнались два вервольфа, но услышав звук мотора, струхнули и побежали в другую сторону. Забавно. Я был уверен, что в лесу уже давно сожрали всю живность. Ан нет, как минимум, заяц ещё борется за своё существование.
Спустя полчаса мы добрались до Исаковки, пересекли реку и свернули налево в сторону пещер. Проезжая по реке, я заметил совсем свежие следы, но они не принадлежали ни человеку, ни животному. Как будто здесь снова пронесся транспорт на воздушной подушке. Так тот безумец смог выжить? Рад за него.
Снегоход остановился у входа в пещеры, рядом с которым разместилась табличка «Кунгурские соляные пещеры. Объект охраняется по указу Императора Российского». Охраняется, и кем же? Что-то я не вижу здесь ни единого стражника.
Ребята выгрузились из саней и стали проверять снаряжение. Артём посмотрел на табличку и сказал:
— Объект национального достояния. Ничего себе. Жалко будет его уничтожать.
— Ты прав. Я тоже об этом подумал, — согласился я. — Давай сперва обследуем пещеру, а там и решим, что делать дальше.
Я расстегнул крепление, удерживающее молот за спиной, и взял железяку наизготовку.
— Артём, замыкаешь колонну, Макар в центре, Серый позади меня, Леший за Макаром. Двинули, — отдал я приказ, запалил в ладони огонёк и направился прямиком в пещеру.
Белёсые стены, сталактиты свисающие с потолка, высота которого была от силы метров пять, и воздух. О, боги. Как же здесь прекрасно дышится. Будто мы очутились на море. Просто восторг! Но холодина жуткая. Резкие тени от пламени скакали по соляным стенам, заставляя нас идти медленнее и прислушиваться к каждому шороху.
Пройдя в глубь пещеры, я остановился у карты, висящей на стене. Согласно ей, дальше пещера раздваивалась, но в итоге раздвоенные тоннели, соединялись в один и заканчивались выходом, направленным в сторону Кунгура.
— Обследуем оба направления, а после решим, что делать дальше, — предложил я. Эхо подхватило мои слова и разнесло их по пещере.
Сперва мы направились в правый отнорок. Пройдя пятьдесят метров, Серый прошептал:
— Воняет мертвечиной.
— На таком морозе разложением не может вонять. Все процессы прекращаются, — стуча зубами, прокомментировал Макар.
— Скоро сами почувствуете, — упрямо прошептал Серый, покрепче сжав рукоять топора.
И он оказался прав. Пройдя ещё пятьдесят метров, мы утонули в мерзком зловонии, от которого все закашлялись и принялись прятать нос в сгиб локтя.
— Фу, Леший, ты опять зубы не почистил? — пошутил Артём, замыкавший колонну.
— Ой, иди в задницу. Скорее уж от тебя воняет, рядовой свинина, — отмахнулся Лёха, вызвав общее хихикание.
Я хотел тоже подбросить пару шуток, но из темноты показалась довольно жуткая картина. Три замороженных медвежьих туши. Из тел медведей будто вырвали все кости, при этом их плоть никто не съел. Странно. Зная местных обитателей, они бы первым делом полакомились мясом, а здесь что-то иное. Я подошел поближе к тушам и принюхался. Трупная вонь исходила не от них, медведи совершенно не пахли.
— Впереди какой-то шелест, — предупредил Артём.
Он мог этого не говорить, ведь я уже успел всё разведать. Подходя к медвежьим тушам, я довольно громко топал ногами, создавая эхо. А когда остановился, закрыл глаза и позволил эхолокации отрисовать карту пещеры; и то, что я увидел, мне не понравилось. Впереди нас ждала огромная тварь, похожая на змею. В длину два десятка метров, а в ширину — не меньше метра. Я нервно сглотнул.
— Все назад, — прошептал я.
— Чего там? — спросил Леший.
— Рот закрой и топай назад, — прошипел я, обернулся и припечатал ребят суровым взглядом.
Если эта пакость ринется в нашу сторону, то мы покойники, так как пещера, хоть и просторная, но особо здесь не спрячешься. Змеюка раздавит нас, как пить дать. Я призвал Мимо в виде совы и отправил его на разведку. Мне нужно собственными глазами увидеть, что за пакость там скрывается.
Мимик парил, уворачиваясь от сталактитов, и продвигался вперёд. В темноте он всё видел в черно-белом спектре, но это меня более чем устраивало. Свернув за угол, Мимо резко потерял высоту, а я ощутил волну боли, возникшую в грудной клетке. Огромные глаза светились из клубов дыма разлившегося вокруг. Мимик стал терять высоту, ударился об пол и медленно продолжил ползти к змее.
Тварь заметила Мимо, шелестя, выползла из темноты, заставив меня ахнуть. Плоти у твари не было. Только кости. Огромный череп с иглообразными клыками, длинный позвоночник, уходящий во тьму. Из позвоночника торчали острые рёбра, которые и издавали шелест, скользя по каменистому полу. Приблизившись к Мимо, глаза твари загорелись ярче, после чего связь с мимиком оборвалась.
Ещё до того, как Мимо погиб, я заметил слева две туши вервольфов, они также были лишены костей. Ха-ха. Да вы издеваетесь? В прошлой жизни я бился с подобной тварью, и как думаете, чем всё закончилось? Разумеется, моей победой. Но вы не представляете, сколько лет у меня ушло на то, чтобы убить это порождение некротической бездны.
Змеюку невозможно убить обычным способом — если её разрубить, она просто соберётся заново. Может восстановить собственное тело, используя любые кости. Более того, тварь активно растёт, поглощая новую костную ткань. В Дреморе я сражался со змеем, который успел достигнуть длины в долбаный километр. Стоит ли говорить, что сразить его было непросто?
Хотя, зачем говорить? Давайте опишу остальные свойства зверюги. Некротическим дыханием — испускает туман, заставляющий живую плоть разлагаться. С помощью резкого движения хвостом может выстреливать собственными рёбрами на огромной скорости. Обладает проклятым укусом — жертвы его укуса медленно и мучительно превращаются в живые скелеты.
А на закуску у змеюки полный иммунитет к магии, может пожирать души убитых им существ, что делает её сильнее. Заодно, также тварь способна воскрешать павших существ, превращая их в мясных големов. Здорово, правда? А я ведь был архимагом! Моё оружие — это магия! А тварь к ней имунна. Просто восторг.
Целый легион паладинов отправился в бой, чтобы одолеть змеюку, вот только никто даже прикоснуться к ней не смог. Все до единого сгинули в гибельном тумане. Спросите, как же я смог уничтожить эту тварь? На самом деле, всё оказалось слишком просто. В черепе костяной змеи спрятана сфера, она же — фиал жизни, если его разбить, тварь развалится на куски.
Но для того, чтобы это сделать, мне пришлось создать сотни големов, которые и раздробили ненавистную гадину. Вот только та змея была длиной в километр, а здесь жалкие двадцать метров. Раз плюнуть. Нет, я серьёзно. Задумайтесь на секунду. Может ли двадцатиметровая тварь орудовать хвостом в
