девочек в количестве смертей по пятнадцати самым распространенным причинам (кроме болезни Альцгеймера). Какой вывод мы можем сделать? Насколько пагубно влияние традиционных представлений о мужественности?
Есть много примеров того, как представления о мужественности противоречат здравому смыслу. Пытаясь стать идеальным представителем «сильного пола» — здоровым, крепким и надежным, — мальчики привыкают к поведению и отношению, которое отрицательно сказывается на их здоровье. Чтобы донести свою мысль, психолог Уилл Куртеней приводит в пример рак кожи. Согласно данным Центров по контролю и профилактике заболеваний США, мужчины умирают от рака кожи в два раза чаще женщин. И при этом мужчины намного реже пользуются солнцезащитным кремом. Логично было бы чаще пользоваться солнцезащитными средствами. Однако вместо этого молодые люди еще яростнее и настойчивее призывают собратьев быть мужественными. Куртеней пишет следующее: «„Настоящих“ мужчин не заботит здоровье; „настоящие“ мужчины никогда не болеют; всяческие примочки и лосьоны — удел женщин; „настоящие“ мужчины не „неженки“ и не „хлопочут“ над своим телом»5.
Другой пример — юноши и ремни безопасности. Согласно Национальному управлению безопасности движения на трассах в США, которое в 2018 году запустило специальную летнюю кампанию, нацеленную на мужчин, в 2016 году погибло 10 418 непристегнутых пассажиров; 44 % из них — мужчины от восемнадцати до тридцати четырех лет. Двух с половиной тысяч смертей на дорогах можно было бы избежать, если бы человек пристегнулся6.
Изначально мальчики не равнодушны к своему организму. Еще один пример, связанный с сугубо мужскими видами рака и возможностью профилактической вакцинации, показывает: молодые люди лишь отражают отношение семей и медицинских работников к данному вопросу. Согласно Центрам по контролю и профилактике заболеваний США, 70 % зарегистрированных случаев рака ротовой полости и горла у мужчин вызвано вирусом папилломы человека (ВПЧ), вызывающим рак шейки матки у тринадцати тысяч женщин в год. Сексуально активные подростки находятся в зоне риска: 80 % людей хотя бы раз в жизни контактируют с данным вирусом, и 20–30 % подростков в итоге подвергаются заражению7. Вакцинация способна спасти человека от болезни. В исследовании 2016 года обнаружилось, что через десять лет после начала вакцинации количество заразившихся упало на 90 % в тех странах, где упомянутый вид вакцинации обязателен (например, в Австралии)8.
Однако и в Соединенных Штатах на вакцинацию соглашается 60 % подростков — это на 30 % больше, чем десять лет назад. Юноши идут на вакцинацию намного реже девушек по нескольким причинам. Когда фармацевтическая компания-гигант «Merck & Co.» впервые представляла свою вакцину, она в основном ориентировалась на девочек, поскольку буквально каждый случай рака шейки матки был связан с ВПЧ. Когда исследователи изучали, насколько часто родители склоняют сыновей к отказу от вакцинации, самой частой причиной этого оказалось то, что работники здравоохранения не видели смысла прививать юношей. И хотя вакцина была впервые рекомендована девушкам еще в 2006 году, лишь в 2011-м ее предложили и юношам. Бытовало мнение, будто мальчикам она не нужна; кроме того, родители опасались, что из-за нее мальчики начнут вести распущенный образ жизни9. В итоге, согласно данным от 2016 года, процент юношей, согласившихся на вакцинацию, вырос от 7,8 % в 2011 году до 27 % в 2016 году, вот только разница все равно осталась существенной, поскольку среди девушек на вакцинацию согласились 48 %10. Как в нежелании использовать солнцезащитный крем, так и в отказе от жизненно важной вакцинации мы видим сложное взаимодействие общепринятых норм мужественности, мнения опекунов и поведения самих молодых людей, стремящихся к риску, травмам и смерти. Да, мальчики сами портят себе жизнь, однако разве не культурное давление заставляет их делать неправильный выбор? Недавний анализ под руководством специалиста по подростковой медицине из Медицинского центра Колумбийского университета, Дэвида Бэлла, позволил заключить: «В отличие от девушек, юноши сильнее привязаны к нравственным ориентирам, меньше заинтересованы в своей сохранности, реже удовлетворяют свои нужды»11. Анализ подтвердил: чем сильнее юноша подвержен влиянию норм мужественности, тем чаще он вредит собственному здоровью. Мальчики больше пьют и курят, безрассуднее ведут себя за рулем и чаще девочек вступают в рискованные сексуальные связи или участвуют в других опасных мероприятиях.
Самая большая разница между полами наблюдается в возрасте от пятнадцати до двадцати четырех лет: 75 % смертей в этой возрастной группе приходится на юношей. Юноши в три раза чаще девушек погибают в автомобильных или велосипедных авариях, на спортивных мероприятиях, из-за падения, а также от черепно-мозговых травм и травм позвоночника. Кроме того, мальчики в четыре раза чаще, чем девочки, совершают самоубийство. В 2014 году число завершенных самоубийств среди детей десяти-четырнадцати лет превысило количество смертей в результате автокатастрофы, за пять лет, с 2009 года, этот показатель удвоился. Две трети всех суицидов в данной возрастной группе совершали мальчики. Согласно данным Центров по контролю и профилактике заболеваний США, этот факт можно объяснить новой культурой социальных сетей, прилюдной травлей и осмеянием в интернете12.
Однако то, что мальчиков вынуждают отказываться от солнцезащитного крема и губить свое здоровье, — полбеды. Даже обратившись за помощью в здравоохранительные органы, мальчики сталкиваются с отношением к ним как к представителям определенного пола. Диагноз и лечение синдрома дефицита внимания и гиперактивности у мальчиков в два раза чаще, чем у девочек, оканчивался назначением психостимуляторов — особенно если ребенок происходит из семьи с низким доходом. За последние тридцать лет количество диагностированных случаев увеличилось в двадцать раз, причем, по данным Центров по контролю и профилактике заболеваний США, процент мальчиков вырос с 7,8 % в 2003 году до 9,5 % в 2007 году и до 11 % в 2011 году. По словам психолога Алана Сроуфа, подход, основанный на различиях в концентрации внимания, якобы обусловленных «врожденным дефектом», обнаруживаемым на снимках мозга, ошибочен. Сроуф утверждает: «Даже измерив активность мозга, мы не сможем узнать, является данное отклонение врожденным или же вызванным травмой, хроническим стрессом или иным опытом раннего детства»13.
Привыкая к стрессу, мальчики начинают воспринимать свое тело скорее как инструмент, чем как часть себя. Согласно культурным нормам, мужское тело — орудие, средство достижения целей. Грубое обращение, неограниченная конкуренция и постоянные игры «в войну» приводят к тому, что мальчики не связывают свою личность со своим телом; важна лишь роль, которую они играют. То, как много мальчиков выбирает риск, не заботится о себе, попадает в автокатастрофы и погибает, демонстрирует, насколько они преданы своей роли. Согласно Всемирной организации здравоохранения, 70 % преждевременных мужских смертей вызвано поведением, к которому они привыкли еще в юности14.
С самого начала своей карьеры консультанта я видел множество мальчиков, чье поведение могло привести к опасным последствиям. Например, Тимми
