— Дай мне минутку.
Я встала и обеими руками схватилась за раковину, используя ее как опору, вглядываясь в широко раскрытые глаза девушки в зеркале. Открыв кран, я сложила ладони и прополоскала рот водой.
— Мне просто нужна минутка.
Я вытерла рот белым полотенцем для рук, висевшим на стене, и, прислонившись к стене, села рядом с унитазом. Мое платье растеклось по полу, а шлейф растянулся по белой мраморной плитке. Взглядом я сфокусировалась на плитке пола, заметив кремовые разводы на белом мраморе.
Минуты тянулись, а я не обращала внимания на стуки и крики снаружи.
Я даже не знала, сколько времени просидела там, уставившись на свою руку и гигантский камень на безымянном пальце. Я не думала, что смогу пройти через все это. День только начался, и, учитывая то, как он продвигался до сих пор, я знала, что не смогу пройти по проходу без учащенного дыхания или очередного приступа паники.
Я проигнорировала яростные попытки Кенди заставить меня открыть дверь.
— Ты меня слышишь, Бетани Мэри Касс? Я выломаю эту дверь. Ты меня понимаешь? Открой дверь сейчас же!
Я даже проигнорировала ее отчаянные мольбы о помощи.
— Бет Бу, ты в порядке? Открой дверь, милая. Как я узнаю, что с тобой все в порядке, если ты не открываешь дверь и даже не разговариваешь со мной?
Даже ее пустые угрозы не вывели меня из транса.
— Бетани Мэри Касс, черт бы тебя побрал. Клянусь, я расскажу всему миру о «сама-знаешь-чем». Ну, знаешь, тот маленький секрет, который ты скрываешь. Я собираюсь все им рассказать.
Его голос оказался тем, что вернуло меня в реальность.
— Бет? — Голос Кента был полон беспокойства. — Бет, открой дверь. — Он легонько постучал. —Впусти меня.
Я подобрала свой шлейф, открыла дверь и посмотрела на него сквозь ресницы. Он был так прекрасен, что мне захотелось плакать. Только его лицо я так хотела увидеть — потому что только он знал, что я переживаю, потому что мы были единственными, кто проживал эту ложь вместе.
Когда я отошла, чтобы впустить его, он толкнул дверь и закрыл ее за собой.
Я тут же обняла его и чуть не расплакалась.
— Ненавижу это, — прошептала я ему в шею.
Его руки обвились вокруг моей поясницы.
— То, что ты это ненавидишь, заставляет меня думать, что я ненавижу это еще больше.
Мы молча обнялись. Он уткнулся головой в изгиб моей шеи, вдыхая мой запах, и его дыхание щекотало мою кожу.
Он заговорил первым.
— Больше так не делай. Ты напугала меня. — он сжал меня крепче, притягивая ближе к себе, и сделал глубокий вдох. — Кенди не знала, почему ты не открываешь дверь. Я бежал сюда так быстро, как только мог.
— Прости, — ответила я, закрывая глаза. — Серьезно, почему мы это делаем? Потому что не думаю, что я смогу это провернуть.
На этот раз его заверения в том, почему мы все это делаем, исчезли.
— В то время это казалось хорошей идеей, — сказал он. Он явно нервничал, и мне стало немного легче.
Отпустив меня, он сделал шаг назад. Его глаза медленно скользнули по моему лицу, а затем по платью, оглядывая меня целиком, от чего меня бросило в жар.
Он не дрогнув посмотрел мне в глаза.
— Боже, ты прекрасна, — прошептал он, взяв меня за руку.
Я почувствовала, как мои щеки вспыхнули, когда его напряженный взгляд поглотил меня и притянул к себе. Это притяжение, это электричество завибрировало между нами, когда наши глаза встретились, его карие глаза с моими изумрудно-зелеными, и все, что я могла слышать, был только звук нашего дыхания.
Я сдвинула свои сиськи вместе, нарушая неловкость.
— Смотри.
Это сработало, когда его глаза расширились от удовольствия.
— Интересно, — произнес он, и на его щеке появилась ямочка.
— В смысле, я всегда знала, что они у меня есть, но в этом платье... да... интересно.
Он покачал головой, а потом снова притянул меня к себе и нежно обнял.
— Я не смогу это сделать.… Я не сделал бы это ни с кем другим, — сказал он. — Давай поедим, повеселимся и напьемся, хорошо?
Отпустив меня, он вытащил из кармана что-то, завернутое в бумажное полотенце.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
— Картошку фри? Я знаю, что ты ничего не ела.
— О Боже, мистер Плэк, я люблю тебя, — сказала я, выхватывая бумажное полотенце из его рук. Жирная старая-добрая картошка фри никогда не была вкуснее.
Он молча наблюдал за мной, и я улыбнулась ему, пережевывая каждый брусок картофеля. Мой желудок заурчал, словно выражая благодарность за то, что я его накормила.
— Я готова, — произнесла я, нарушая молчание после того, как съела остатки картошки. Я вытерла жирные руки о дорогое дизайнерское платье и потянулась к его руке.
— Ты действительно самая красивая невеста, которую я когда-либо видел, — сказал он, не сводя с меня глаз.
Держу пари, румянец на моих щеках был ярче, чем розовые румяна, которые мне нанесли.
— Пошли, — я потянула его к двери.
Когда мы вышли из ванной, папарацци снова начали снимать, ослепляя меня своими вспышками. Я повернулась и уткнулась лицом в плечо Кента, прикрывая глаза от света камер. Его руки обхватили меня, словно защищая.
— Ладно, достаточно фотографий, — скомандовал Кент.
Послышались поздравления и аплодисменты, и я подняла глаза, заметив всех в комнате.
Мистер Плэк заключил миссис Плэк в объятия. Кенди стоял рядом с тетей Дайаной. Кенди показывала на руку Кента, обвившую меня и своим взглядом говорила «Я-знаю-что-случилось-в-той-ванной», хотя единственное, что произошло, это то, что я съела картошку фри.
— Легкая паника, но сейчас она в порядке, — сказал Кент, прерывая аплодисменты.
Один за другим они подходили поздравить нас.
— А я-то думал, что ты поумнел и передумал, — сказал мистер Плэк, подмигивая сыну.
Миссис Плэк взяла меня за руки, не сводя с меня глаз. Ее губы задрожали, и она прикрыла рот рукой. Когда ее слезы угрожали хлынуть через край, она шагнула ко мне и крепко обняла.
— Ты такая красивая, Бет.
— Мама, ты же говорила, что постараешься держать себя в руках, — произнес Кент.
Она протянула руку и коснулась его лица.
— Я просто счастлива и очень горжусь тобой. — в уголках ее глаз собрались слезы.
— Ладно, все, давайте, пойдемте! — Мэри хлопнула в ладоши, привлекая всеобщее внимание и нарушая тишину. — Мы уже на пятнадцать минут отстаем от графика. Я рада, что выделила время на такие неприятности, — она высвободила миссис Плэк из моих рук и подтолкнула мистера Плэка к двери. — Кент, пошли. Ты уже нарушил одно из самых важных правил. Ты увидел невесту, — произнесла она с отвращением на лице.
— Нет! — Я обеими руками сжала руку Кента. Тут же звук моего сердца, бьющегося в ушах, снова начал ускоряться. Я не хотела отпускать свой спасательный круг.
Мэри сердито посмотрела в мою сторону, бросив на меня лукавый взгляд.
— Милая, ты увидишь его через минуту, — выпалила она.
Мне хотелось ее «милая» засунуть ей в одно место. Я ответила ей злобным взглядом, но мой взгляд был не таким тонким.
Кент кашлянул, чтобы скрыть смех.
— Дайте нам несколько секунд, пожалуйста. Выходите все.
Мэри бросила на меня быстрый взгляд, прежде чем повернуться и потопать к двери, а остальные последовали за ней.
— Самое лучшее в том, когда этот день закончится, я никогда больше не увижу эту леди, — пробормотала я. — Клянусь, за те деньги, что платит ей твоя мама, она должна быть хотя бы милой, верно?
Кент положил обе руки мне на плечи и повернул лицом к себе.
— Забудь ее. Встретимся у алтаря, хорошо? Не беспокойся ни о ком другом. Я буду ждать тебя в конце этого прохода, — он схватил меня за подбородок, чтобы встретиться со мной самым интимным взглядом. — Хорошо?
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
У меня перехватило дыхание.
Я видела золотые искорки в его карих глазах.
— Хорошо, — ответила я, поворачиваясь к двери. — Не могу поверить, что ты засунул жирную картошку-фри в свой смокинг.
Он покачал головой и засмеялся, следуя за мной.
