Читаем без скачивания Спартанцы Гитлера - Олег Пленков

Создание «Гитлерюгенд», ее борьба за монополию в молодежном движении, характер и сферы активности

«Гитлерюгенд» была создана в 1926 г.; ее первым руководителем стал Курт Грубер[32]. Несмотря на первоначальную малочисленность, ГЮ сразу приобрела известность из-за грубости ее членов и постоянных драк с противниками. Подобной активностью ГЮ демонстрировала тотальное презрение ко всему тому, что имело хотя бы косвенное отношение к интеллектуализму. В 1929 г. в дополнение к ГЮ возникает Национал-социалистический школьный союз (NS-Schulenbund) под руководством Адриана фон Рентельна; в 1930 г. появляется Лига немецких девушек (БДМ). Будущий лидер ГЮ Бальдур фон Ширах сначала был руководителем Национал-социалистического студенческого союза (NS-Studentenbund) и одновременно редактором общего для всех молодежных нацистских организаций журнала «Немецкое будущее». Ширах происходил из дворянской семьи, его отец был директором придворного театра великого герцога в Веймаре, а мать — американка; они поженились в 1861 г., и будущий лидер ГЮ до 6 лет не знал ни слова по-немецки{459}. Ширах вступил в партию в 1925 г. в восемнадцатилетнем возрасте. Он был сентиментальным мечтателем, рвущимся к свершениям во имя высоких целей, любителем поэзии, баллад и литературных дискуссий. В 1932 г. Ширах с карьерной точки зрения удачно женился на Генриетте Гофман — дочери доверенного лица Гитлера и его личного фотографа Генриха Гофмана, который имел исключительное право фотографировать Гитлера. Ширах отличался развитым политическим инстинктом, что и предопределило его успех в борьбе за власть. Своевременно реагируя на любую опасность в бесконечной борьбе за компетенции, Ширах оказался наиболее спосбным из всех конкурентов, и 30 октября 1931 г. Гитлер назначил его имперским молодежным фюрером в рамках СА (Reichsjugendführer der NSDAP) в ранге группенфюрера СА (генерала) (вместо Рентельна){460}. Шираху были подчинены ГЮ, Студенческая нацистская лига и Школьная нацистская лига. Более высокую степень автономии Ширах приобрел в 1932 г., когда власти республики запретили СА, после чего ГЮ вышла из СА и по приказу Гитлера стала самостоятельным подразделением партии. С 1933 г. Ширах стал верно служить новому государству, которое он считал передовым и революционным и которое дало ему возможность почувствовать себя не просто человеком, причастным к великой культуре, но и «одним из тех, кто имеет возможность принести свет в этот унылый, тусклый мир»{461}.

В годы активного сотрудничества и боевого содействия СА (до 1933 г.) 21 член ГЮ погиб в уличных схватках с коммунистами{462}; в этих схватках в силу лучшей организации СА почти одерживало верх{463}, и это притягивало в ряды ГЮ новых членов. Неограниченное самопожертвование было главным требованием ГЮ — «честь знамени выше, чем смерть»; на воротах летних лагерей ГЮ висел лозунг: «Мы рождены для того, чтобы умереть за Германию». Несмотря на суровые требования, с января по март 1933 г. Ширах смог привлечь в ряды ГЮ 250 тысяч новых членов. К спешке Шираха побуждало то, что рейхсвер стремился взять под свой контроль Имперский комитет немецких молодежных лиг (Reichsausschluss deutscher Jugendverbande, RDJ): военные хотели воспользоваться тем, что во главе этой организации стоял отставной генерал Фогт.

Ширах сразу почувствовал опасность, когда в начале 1933 г. в нацистском руководстве рассматривался план создания министерства молодежи и объединения многочисленных групп бюндише в Великогерманскую молодежную лигу (Großdeutsche Jugendhund). Путем участия в этой Лиге и посредством верноподданнических деклараций бюндише надеялись избежать нацистской унификации и первоначально им удалось реализовать свой замысел, но ненадолго. Известие о создании Лиги значительно ухудшало позиции Шираха, но он смог повернуть вопрос так, что уже 17 июня 1933 г. добился у Гитлера своего назначения не только руководителем партийной молодежи, но всей молодежи Германии (Jugendfuhrer des Deutschen Reiches){464}, а вопрос о компетенциях Лиги по указу Гитлера был закрыт. Заняв ключевую позицию в молодежном движении, 26-летний Ширах стал укреплять свои претензии на власть: он получил права надзора за всем молодежным движением и в этом новом качестве первым делом распустил организацию бюндише и формально объявил об их включении в Г.Ю. По большей части, однако, бюндише не присоединились к ГЮ не по причине принципиальных идейных соображений (их у бюндише и не было), а потому, что тотальные претензии «Гитлерюгенд» ущемляли их гордость и чувство независимости{465}. Исключение составил Союз артаманов, в котором одно время состоял Гиммлер. В 1934 г. этот союз был целиком включен в состав ГЮ, получив на некоторое время (до 1935 г.) отдельный статус аграрного и колонизационного подразделения. Некоторое время самостоятельность сохраняли и скауты из «Следопытов» (Pfadpfinder), но и они в 1934 г. были распущены и унифицированы.

Что касается упомянутого выше Комитета молодежных лиг, то Ширах, действуя явочным порядком, застал его руководство врасплох, и 5 апреля 1933 г. 50 членов ГЮ во главе с Карлом Набербергом заняли помещения этой организации. Затем в течение нескольких дней городские штаб-квартиры и летние лагеря молодежных союзов были захвачены ГЮ{466}. Отставной генерал Фогт уступил свое место Шираху, а сам пошел служить в ГЮ на должность ответственного за военно-спортивное обучение и туризм. Некоторое время спустя Ширах исключил еврейские и социал-демократические левые политические молодежные организации из Комитета молодежных лиг; все прочие политические молодежные организации шаг за шагом были ликвидированы или самораспустились. После унификации политических молодежных организаций для ГЮ уже не представляло труда унифицировать профессиональные или спортивные организации. Возглавлявший молодежный союз «Великая Германия» адмирал фон Трота на приеме у президента Гинденбурга протестовал против унификации Ширахом молодежного движения. В результате, по наущению Шираха, на адмирала пало подозрение в неблагонадежности; его дом подвергли обыску и вся его деятельность тщательно расследовалась. Только в 1936 г. шумиха улеглась, и Трота стал почетным фюрером военно-морского отделения ГЮ{467}.

После этого Ширах взялся за религиозные молодежные организации — в 1933 г. было заключено соглашение с имперским епископом Людвигом Мюллером о включении 800-тысячной евангелической молодежной организации в Г.Ю. Сделать то же самое с католическими молодежными организациями сразу не удалось — они были защищены конкордатом. Но ГЮ всячески ограничивал их деятельность на региональном уровне, вводились всевозможные запреты на вступление в молодежные организации католиков. Католические молодежные организации под защитой конкордата просуществовали до 1937 г.{468}

Таким образом обеспечивался численный рост ГЮ: если в 1932 г. в организации было 107 956 членов, то в 1934 г. — 3 577 565, а в 1935 г. — 3 943 303 юношей и девушек при общей численности этой возрастной группы в 8 172 000 человек{469}. Например, в Дюссельдорфе унификация школьников и ликвидация социал-демократических, еврейских и прочих молодежных организаций осуществилась довольно быстро — в 1936 г. более 90% школьников уже было членами ГЮ{470}. Такая оперативность стала возможной только вследствие давления официальных властей: в 1935 г. власти распорядились вывешивать в каждом классе рекламные плакаты ГЮ, учителям было приказано проводить разъяснительную работу среди тех родителей, которые противились вступлению своих детей в ГЮ.

На посту руководителя ГЮ Ширах развил огромную активность: его договор со спортивным руководством Рейха обеспечил ГЮ монополию в спортивной работе с детьми до 14 лет, старшие подростки могли быть членами спортивных обществ. Физическое воспитание вообще стало одной из главных задач Г.Ю. Для ГЮ и Лиги немецких девушек (БДМ) были учреждены значки спортивных разрядов; с 1935 г. подобные значки были учреждены и для «юнгфольк» (Jungvolk) и «юнгмедель» (Jungmadel). С 1934 г. стараниями Шираха суббота была объявлена государственным днем молодежи — в этот день вместо школы проводились всевозможные военно-политические мероприятия «Гитлерюгенд», а дети, которые не состояли в ГЮ, должны были в это время посещать дополнительные занятия. Между школами шло соревнование: если в какой-либо школе 90% учащихся вступало в ГЮ, то она получала переходящее знамя. На заводах плакаты предупреждали учеников рабочих специальностей, что они могут быть исключены из профессиональных училищ, если не вступят ГЮ.

Шираху следует отдать должное — на протяжении всей своей карьеры он придерживался действительно оригинальной политико-педагогической стратегии — юные должны руководить юными. Разумеется, это не означало, что нацистское руководство не могло влиять на политическую линию ГЮ и на воспитательный процесс, — нет, все было так, как и полагается в тоталитарной системе, но формальная автономия от других влиятельных инстанций Третьего Рейха была установлена и соблюдалась до конца. В принципе, вермахт, партия, СС и СА были «независимы» так же, как и ГЮ, и отношения с ними Ширах строил исключительно на договорной основе. Доказательством тому является организация в рамках «Гитлерюгенда» (под эгидой СС) так называемой патрульной службы (Streifendienst). Молодые люди, состоявшие в патрульной службе, носили на обшлагах своей формы нашивки, похожие на те, которые носили эсэсовцы; иногда они, как советские тимуровцы, оказывали помощь нуждающимся семьям{471}. Помимо этого, патрульная служба ГЮ предназначалась для контроля за подростками: она посещала пивные залы, патрулировала железнодорожные станции, обеспечивала порядок на лагерных сборах. Попытка создать подобную патрульную службу в рамках Лиги немецких девушек, предпринятая референтом этой организации Юттой Рюдигер, ни к чему не привели — этому воспрепятствовал сам Гиммлер{472}: он не терпел конкуренции даже в самых мелких вопросах.