Он сознательно развалил игру, рассорив игроков, и запричитал своим дрожащим старческим голосом. Потом он встал и начал медленно пробираться к выходу. У дверей он замешкался и остановился, основательно покачиваясь. Человеку, который последовал за ним, показалось, что старик вот-вот грохнется на пол.
— Эй, папаша, не хочешь сыграть по-настоящему?
Сэм подозрительно покосился на него: «Очко?»
— Нет.
Это хорошо. Шулера, промышляющие игрой в очко, были бы слишком мелки для него. Он дал втянуть себя в разговор, оставаясь настороже до тех пор, пока не убедился, что его ведут не в темный угол, а в один из третьесортных игорных домов, бывших в его время обыкновенным рестораном.
Он уселся за покер, на этот раз с более привычными картами. Играя против трезвых, он уже не мухлевал и в конце игры выложил все свои деньги и впридачу остался с горой фишек, которые он не мог оплатить. Как обычно, Сэм Рид продал свои акции на триста процентов.
Его привели к Малларду, низкорослому человеку с бычьей шеей, светлыми вьющимися волосами и бронзовой от искусственного загара кожей. Он холодно уставился на Сэма: «В чем дело? Расписок я не беру».
Сэма охватило странное щекочущее чувство, что сорок лет назад этот тип был несмышленым сопляком и только-только начинал заниматься тем, чем сам он владел в совершенстве. Ощущение превосходства было настолько острым, что Сэм даже испугался. Ему показалось, что он смотрит на Малларда с огромной высоты, с высоты своих лет. ОН — БЕССМЕРТНЫЙ!
Но бессильный… Изображать пьяного было больше ни к чему, но слабый голос дребезжал по-прежнему: «Я хочу поговорить наедине». Маллард обращался с ним настолько грубо, что Сэма так и подмывало засмеяться. Когда они остались одни, он доверительно прошептал: «Ты про Сэма Рида слыхал?»
— Рид? Рид… А, история с колониями на суше. Конечно, знаю. Парень связался со Стимулятором Грез.
— Не совсем так. По крайней мере, ненадолго. Я — Сэм Рид.
Маллард долго соображал. Он пытался откопать в памяти подробности скандального происшествия времен его детства. Но поскольку это была как-никак самая крупная афера в истории Куполов, он в конце концов вспомнил.
— Рид умер. Каждая собака знает…
— Я — Сэм Рид. Я не умер. Все верно, я ходил под Стимулятором, но меня вылечили. Это время я торчал на континенте. И теперь вот вернулся.
— А мне какое дело?
— Никакого, Маллард, никакого. Просто меня сюда притащили, вот я и говорю, что моим распискам можно верить.
Маллард ухмыльнулся: «Это ничего не значит. С континента никто с деньгами не возвращался».
Сэм оглянулся и хитро подмигнул:
— Свои деньги я сделал еще здесь.
— Я вспомнил, в чем там дело. Правительство нашло твои тайники. У тебя и гроша не осталось, — Маллард откровенно издевался.
Сэм заставил свой голос задрожать еще больше. «По-твоему, семьдесят тысяч кредиток — ни гроша?!» — в старческом гневе закричал он.
Малларда прямо распирало от радости, что он так ловко поймал старого дурака.
— Как я узнаю, что ты Сэм Рид? Чем докажешь?
— Отпечатки пальцев…
— Ерунда. Подделывается элементарно. Хотя фотографии сетчатки… — Маллард изобразил замешательство. Но после недолгого колебания он наклонился к микрофону. Открылась дверь, и вошел человек с громоздкой фотокамерой. Сэма заставили смотреть в объектив, ослепительная вспышка, и человек ушел. Минут пятнадцать они сидели молча.
Потом на столе Малларда зажужжал селектор. Из миниатюрной коробочки раздался хрипловатый голое: «Порядок, шеф. Снимки совпали с материалами досье. Дед не врет».
Маллард выключил селектор и громко сказал: «Отлично. Заходите, ребята». Дверь открылась, и вошли четверо здоровых парней. Маллард развалился в кресле и обратился к ним через голову Сэма: «Знакомьтесь, ребята, — Сэм Рид. Он хочет подарить нам семьдесят тысяч кредиток. Обсудите с ним это дело».
По тому, как все четверо повернулись к нему, было видно, что это знатоки своего дело.
Методы воздействия третьей степени практически не изменились. Со времени Скида Рау они в основном основывались на физической боли, и в большинстве случаев большего не требовалось. Не потребовалось и в случае Сэма Рида. Он продержался столько, сколько мог бы продержаться восьмидесятилетний старик, потом сломался и заговорил.
Правда, был один неприятный момент, когда он боялся, что отклеится борода. Но гример знал свое дело. Накладная кожа держалась крепко. Она будет держаться до тех пор, пока Сэм не пустит в ход содержимое крошечного флакона, спрятанного в кармане брюк.
Тяжело и часто дыша, он отвечал на вопросы доктора Малларда.
— У меня… двойной тайник, открывается кориумным ключом…
— Сколько?
— Один, запятая… один, запятая, три, четыре…
— Почему ты не взял эти семьдесят кусков раньше?
— Я только… только что с континента. Они нашли все… все остальное. А этот… я не могу открыть его без кориумного ключа. Где мне взять столько кориума? Хоть подыхай — семьдесят тысяч монет, а я не могу купить ключ, чтобы открыть замок! — Сэм позволил своему голосу сорваться в крик.
Маллард почесал за ухом.
— Н-да, не слабо…Это сколько же кориума потребуется?… С другой стороны, это самый надежный замок в мире.
Сэм закивал, по-стариковски обрадовавшись, что его как-то похвалили. «Его ничем не откроешь, если не знать точного количества радиоактивности. А еще нужно сфокусировать точно на скважину… Я в свое время был ловким парнем. Или ты знаешь точное количество, или ничего не проходит. Больше-меньше тут не получится. Или ты знаешь…».
— Один, запятая, три, четыре, так? — прервал его Маллард.
Он обратился к одному из своих: «Прикинь, сколько это будет стоить».
Сэм опустил голову, пряча улыбку в бороду. Улыбка была презрительной. Ему не нравился ни сам доктор, ни его методы. Давно знакомая ярость, ни на час не отпускавшая его в той, до сорокалетнего перерыва, жизни, просыпалась опять. К нему снова возвращалось его бешеное нетерпение, желание сокрушить все, что стоит на его пути. Маллард — кретин, скотина, — он сгибал и разгибал пальцы рук, спрятанных в карманы плаща, и думал, как бы хорошо было сжать их на этой шее, смазанной жирным кремом для искусственного загара.
Тут он в первый раз поймал себя на необычной мысли. Много ли радости от убийства, если он Бессмертный! У него теперь есть масса других способов отомстить. Он может просто наблюдать, как его враги медленно умирают. Он может позволить им состариться.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
