Но ненадолго. Я напряглась снова, когда неожиданно одна из девушек спросила, не знакома ли я была с этими мужчинами раньше, а позже та же девушка, отправив свою спутницу куда подальше, попросила меня ничего не скрывать и рассказать о том, что произошло между мной и этими мужчинами, и что если это была моя месть насильникам, то я могу ей об этом рассказать…
Позже выяснилось, что они даже и не следователи, а что-то типа фрилансеров, которые помогают искать преступников. Рыжая несколько раз повторила, что их разговор не носит официальный характер и что я могу довериться ей. Больше того, она обещала, что поможет мне в случае, если мной займутся уже следователи.
Больше всего в этой истории меня потрясло, каким образом были убиты мужчины. Рыжая сказала, что их заморозили. Это было уже слишком!
Мне не оставалось ничего другого, как прогнать ее. Я не могла уже видеть ни ее, ни ее телефон, в котором обитали фотографии изуродованных смертью и так хорошо знакомых мне людей.
Она, конечно, вынуждена была уйти, из чего я сделала вывод, что она точно не мент, не следователь. Короче, она, похоже, на самом деле просто собирала информацию об этих мужчинах и каким-то образом вычислила меня. Узнала, что они были здесь. Но как? Этого я уже никогда не узнаю.
И когда она ушла, мои мысли заработали лишь в одном направлении: охранники! Это они их убили. Всех, по очереди. Больше некому. Охранники – люди, которых никто не замечает, которых иногда и за людей-то не считают. Они, как церберы, любят помучить людей, не пускают в поселок, изводят своими глупыми вопросами, якобы делая свою работу, а на самом деле им хочется показать свою власть. С Игорем Масленниковым у них точно был конфликт, потому что он даже вернулся ко мне за помощью. То есть, вспоминала я, они его впустили, но не хотели выпускать! Сказали Саше, который тоже попытался ему помочь, что у этого Игоря какие-то проблемы с документами, вроде фальшивый паспорт или что-то в этом духе. И что? Даже если предположить, что конфликт с охранником (пусть он будет, к примеру, один) перерос в потасовку, что была драка, и бедного парня, этого Масленникова, убили случайно, и охранник, испугавшись, заморозил его в какой-нибудь морозилке, то кто и зачем убил остальных трех? Получается, что не охранник?
Эта рыжая девица интересовалась Сашей, вернее, она спросила: «А кто у нас жених?»
Как тут не понять этот вопрос? Ревность! Этих мужчин, моих поклонников, мог убить ревнивый любовник, муж. Это классика жанра. Она не могла не спросить меня о моем парне.
И тогда я представила Сашу, которого я, по сути, почти не знала, и даже успела представить себе, как он, охваченный приступом безумия, хладнокровно убивает из ревности сначала Масленникова, потом Виталия, Александра и Альберта…
Вспоминаю, как он сопроводил Игоря к воротам, чтобы помочь ему разобраться с охранниками, чтобы выпустили его.
Первой моей мыслью сразу после ухода рыжей фрилансерши было отправиться на пост и поговорить с охранниками. Подумала, представила себе этот разговор и тотчас ужаснулась своей глупости! Если этих мужчин убили охранники или один их них (точно психически ненормальный), то надо быть круглой идиоткой, чтобы дать им понять, что я их подозреваю. Тогда следующей жертвой уже стану я.
Саше я тоже рассказывать ничего не собиралась. И без того волновалась, паниковала в страхе, что он меня бросит в любой момент.
Оставался один Олег, мой верный и преданный мне друг. Ему я и рассказала обо всем.
– Какая грязная, отвратительная история! – взревел он после того, как из него фонтаном брызнула брань. – Только этого еще не хватало! Кому, кому понадобилось убивать этих несчастных парней да еще и замораживать?! И как? Где? Я понимаю еще, если бы их где-то убили одновременно и складировали в каком-нибудь морозильнике, но ты говоришь, что их убивали по очереди! Значит, это сделал тот, кто находился здесь, в поселке! Причем в тот момент, когда сюда приезжал каждый из них. Так сколько их было точно?
– Четверо. Их было четверо, и о каждом из них я рассказывала и тебе, и Саше. И все они проходили через пост охраны. Возможно, это они их и…
– Зоя… Скажи… – Олег вдруг переменился в лице. – Зоя…
– Что, Олег?
– С каких пор ты перестала доверять мне? К чему эта игра?
– Я не понимаю, о чем ты говоришь. – Я на самом деле не понимала.
– Я всегда знал, что ты… что ты не оставишь все это так… Помнишь, я говорил тебе, что ты не такая. Что ты все равно отомстишь.
Он смотрел на меня таким странным взглядом, что я не сразу поняла, то ли злится он, то ли радуется. У него получилась какая-то изуверская кривая усмешка. Он смотрел на меня долго, пристально и ни разу не моргнул. Он словно пытался загипнотизировать меня.
– Олег, да что с тобой?
– А я ведь тебе поверил… Поверил, что они все тебе не знакомы. Зоя, скажи, чем я могу тебе помочь? Как отвести от тебя подозрение? – Он бросился ко мне и обнял, так обхватил меня за плечи, словно хотел заслонить от страшной беды. – Если тебе нужно алиби, ты только скажи, я все устрою. Постарайся вспомнить, когда эти уроды приезжали к тебе, мне нужны даты. И я сделаю все возможное, чтобы в случае, если сюда нагрянет полиция, я подтвердил, что ты была в Москве. Вот только как объяснить все Саше?
– Олег, ты сошел с ума? О каком алиби идет речь? Мне не нужно никакого алиби. Я здесь вообще ни при чем. Думаю, их убили охранники.
– Зоя… Как ты их нашла? – Он явно не слышал меня. – Как добилась, чтобы они приехали сюда? Ты угрожала им?
И тут до меня с опозданием дошло, что он имеет в виду.
– Ты что, идиот, думаешь, что эти четверо – мои мучители?
– Да, три насильника и Ваня. Всего получается четверо. Ты давно их нашла? И как? Почему действовала в одиночку?
– Это не они! – вскричала я, холодея от ужаса. – Не они! Я никогда прежде их не видела!
– Почему, почему ты не обратилась ко мне за помощью? Я ведь ничего не замечал… А ты, ты жила все это время в аду… Зоя, скажи, чем я могу тебе помочь?
Я обозвала Олега дураком и вытолкала из кухни.
22. Июнь 2024 г.
На первой попавшейся автобусной остановке Женя резко притормозила.
– Выходи! – скомандовала
