Напоследок этнограф посоветовал зайти в Научно-исследовательский центр казачества, базирующийся в городском Дворце культуры, что я и сделал.
Зайдя, представился его руководителю Н. И. Бундарю и его сотрудникам. Общий язык мы нашли практически мгновенно, хотя Николай Иванович и посетовал, что занимаются они прежде всего изучением русскоязычного казачьего населения, а адыгов знают постольку-поскольку. Но этой «попутной» информации оказалось столько, что излагали ее казаковеды около часа. Настоящие энтузиасты, такие редко встречаются среди нынешних ученых. Сколько же они знают по прямым своим темам, если даже по косвенным существенно помогли?! Серьезность их и увлеченность подтверждали также залежи магнитофонных кассет и бобин, кипы папок на стеллажах вдоль стен…
К «моей» криптозоологии могли иметь отношения три группы сюжетов:
1. Предания о необычно больших змеях, бытующие во многих районах Кавказа.
2. Популярные среди туристов (и инструкторов) рассказы о пауках размером с корзину (сантиметров тридцать в диаметре). Собеседники склонны были относить эти рассказы к туристским байкам. Во всяком случае, слышали о таковых пауках именно от них.
3. Рассказы о неких рогатых змеях. Их описывают не очень длинными, метра два, с одним рогом на загривке, из коего горцы готовят лекарства.
Про «динозавров» собеседники не слышали ни разу.
Распрощались уже в пятом часу вечера. Когда вышел на улицу, увидел, что моросивший с утра дождь прекратился, небо прояснилось. Более того — стало просто жарко! В киосках продается охлажденная минералка (а у нас продавцы еще в это время, наоборот, говорят: вода не холодная!). Юг.
Гуляя по городу, забрел в парк отдыха, где обратил внимание на то, что по краям тротуаров сооружены некие решетчатые заборы с навесами. Сначала серьезно считал, что это для защиты прохожих от дождя, но потом разобрался — здесь художники по выходным выставляются. Судя по площадям, таковых в Краснодаре не меньше, чем в Москве на Арбате…
Вечером Маша с ходу заявила:
— Судьба тебе дальше одному ехать, тут мне на тусовках надо побывать, а потом рок- концерт будет…
В принципе, подобного я уже ожидал, так что не удивился. Да и не очень расстроился. Хотя досада была главным образом из-за напрасно потерянного времени — мог бы уже сегодня стартовать…
А вообще не понимаю: ну ладно там «мои» дольмены, крип-тиды и пещеры — это на любителя. Но променять пыльный и душный город на морское побережье и весенние горы!
Путь к этим радостям начался у меня с казуса: выехав на городском автобусе за Краснодар, я решил пешком пройти замоет через Кубань и там уже голосовать. Пройдя метров двадцать, однако, был остановлен двумя стражами порядка — оказывается, это охраняемая зона, и проход пешеходов запрещен… Надо отдать должное — представились хота и не по всем правилам, но достаточно вежливо (что в нашей стране редкость — обычно милиционеры с ходу начинают орать). Понятно, спросили документы, но этого ментам оказалось мало, попросили открыть рюкзак. Впрочем, узнав, кто я и откуда, милиционеры стали исключительно вежливы, заулыбались, и разговорились, и просили отнестись к ним с пониманием: «У нас здесь Кавказ, вот шлюз взорвут — и все затопит». Спорить не стал, хотя и посмеялся про себя: будь я террористом и имей хоть нож (тем более «ствол»), положить наряд мог не один раз… Умом Россию не понять.
По мосту мне все же разрешили пройти (за что говорю спасибо), где я быстро поймал МАЗ и доехал до поворота к Богатырским пещерам. Здесь же имелась и еще достопримечательность: киоск, в котором продавали фирменную минералку из Горячего Ключа: полуторалитровая торпеда стоила рублей шесть! В краснодарских ларьках — более чем в два раза дороже. Возле торговой точки останавливались почти все проезжающие машины, воду брали упаковками. За компанию и я купил… И пошел искать тропу к пещерам.
Слева от асфальтовой дороги в долине реки обнаружилось довольно много навесиков и летних домиков со съездами, у некоторых были машины и отдыхающие. Надпись на щите поясняла, что территория эта — природоохранная (не то нацпарк, не то просто благоустроена администрацией) и за отдых на ней надобно платить…
Решив спросить дорогу, подошел к взимающему дань сторожу, и знакомство оказалось удачным. Мужчина лет пятидесяти, в спортивном костюме и кроссовках, оказался знатоком окрестностей, работал экскурсоводом и инструктором по туризму и сразу понял, о чем идет речь.
— Я думаю, Богатырские пещеры — культового характера. Там над ними адыгейские захоронения, их археологи изучали, вот в пещерах покойников и как бы отпевали. Клали усопшего и читали над ним молитвы, что ли. А потом, через какое-то время, наверх поднимали и хоронили. Откуда об этом известно? Даже не скажу — наши экскурсоводы всегда так туристам говорили… А источники не могу называть. Но там действительно есть пещера, в которую вход и сбоку, с обрыва, и сверху.
Когда заговорили о дольменах, собеседник также высказал оригинальную, отличающуюся (мягко говоря) от канонических гипотезу об их назначении, уверяя, что она имеет хождение среди местных жителей и экскурсоводов:
— В этих каменных домиках отшельники жили, Богу молились. Их запечатывали, замуровывали до самой смерти. Только через отверстие еду подавали. Вероятно, ранние христиане…
Тропа к пещерам весьма хорошо набита — похожа на проселок. Идет она почти по балкообразному дну небольшого ущелья, с даже весной едва струящимся ручьем, среди высоких деревьев. Пещеры проскочить трудно — дырки видны на самом верху правого склона, представляющего собой обрыв высотой метров сорок. К некоторым можно подняться снизу, к некоторым — проще опуститься сверху. Делать это нужно с аккуратностью — стена почти отвесная. Хота особых скалолазных навыков и не требуется.
Пещер несколько, все совсем маленькие, скорее даже, не пещеры, а гротики — длиной не более десяти метров. Но, что интересно, довольно разнообразны.
Так, одна полость представляет собой галерейку, тянущуюся параллельно склону на расстоянии около двух метров от него. Точнее, это как бы три слабовыраженных зальчика-гротика, связанных внутренним переходом, но имеющих и выходы на склон и один, направленный под большим углом вверх (о нем, видимо, говорил проводник). Ход довольно высокий — почти в рост человека, но узкий — по плечи. На стенах кое-где заметны вырезанные кресты, но трудно сказать, какого времени — порода исключительно мягка…
Соседняя пещера совсем другая: низкая, так что передвигаться приходится гусиным шагом или на четвереньках, зато шириной до двух метров, почти полукруглого сечения. И «туннель» этот перпендикулярен склону, имеет несколько коротких отвил ков.
