Йерк наблюдал за тем, как внизу его «подопечные» кромсают демонолога. Ланс рассудил верно: призыватель демонов вряд ли умеет сражаться руками и будет использовать заклинания. Атакующие заклинания делились на два вида: зональные, наносящие урон всем в определенной области, и бьющие по одиночной цели. В первом случае Горян избавился бы сразу от обоих слуг, но задел бы и себя, а во втором… Во втором случае он мог не рассчитать силу удара и выпустить заклинание, не способное уничтожить противника с первого удара. Что в итоге и произошло. К тому же у заклинаний имелась еще одна слабость — откат. После использования заклинания требовалось время, чтобы произнести новое. Да, два безмозглых с ножами отлично вписались в расклад. Они отвлекали демонолога, не давая ему разойтись в полную силу.
Мичи тоже смотрела на то, что происходит внизу, а потом… потом она заметила нечто и заметалась меж колонн: то к одной подбежит, то ко второй, то к третьей. По плану ей требовалось сидеть тихо, а она занялась какой-то странной, бессмысленной деятельностью…
В дело снова вступил Ланс. Он подошел к краю обзорной площадки и презрительно проорал:
— Ну что? Ты уже чувствуешь запах смерти? Скоро ты умрешь, и ничто не спасет тебя! Только после смерти ты поймешь, что зря перешел нам дорогу! — жрец отошел от края и посмотрел по сторонам. Пока все шло по плану, но… Ланс чувствовал, что все не так радужно, как хотелось.
Рэм сражался со своим таврусом. Ну как сражался: больше укрывался за щитом и отмахивался мечом от наседающего демона. Мэри Сью увела своего противника на другой конец зала. И теперь меж колон раздавались веселые крики, щелчки кнута и разъяренный рев. Ни Рэм, ни Мэри Сью так и не расправились со своими противниками. По большому счету, вообще, удивительно, что у них хватало сил сдерживать этих больших рогатых демонов.
Еще оставался Лианг, но…
Следующее заклинание Горян выпустил не в продолжающего гореть Хамсу, а в Тарага. Белая пыль облепила предателя. Сперва на его коже выступили язвы, а потом тело ярко полыхнуло, и на пол рухнул обгорелый остов. Хамса, не обращая внимания на гибель напарника, продолжил атаковать, но сил у него почти не осталось. Его удары легко читались, и Горян без особых усилий уворачивался от них.
Увидев смерть одного из «подопечных», Йерк вздохнул, нехотя потянулся за кинжалом и выжидающе глянул на жреца: похоже, боя не избежать. Ланс кивнул и крутанул посохом: демонолога придется добивать в ближнем бою.
Не успел жрец сказать хоть слово, как к нему подскочила Мичи:
— У меня получилось! — на лице мошенницы читался неописуемый восторг. — Я сделала это!
Хамса взмахнул ножом и, не закончив удар, повалился на бок. Горян безумно захохотал:
— Я расправился с предателями! А сейчас я приду и уничтожу вас! Ты слышишь меня, жрец? Вы будете молить меня о пощаде, но я буду глух к вашим мольбам! — От красивой красной мантии остались жалкие обноски. Остатки золотой вышивки пачкала кровь. Зализанные волосы растрепались. Лицо перекосилось. Правый глаз подергивался. Демонолог выглядел дико.
— Да? — на обзорной площадке появился жрец. На его лице читалась усмешка. — Попробуй. Ты не дойдешь! Ты умрешь раньше!
Жрец взмахнул рукой. Раздался щелчок. Четыре магических светильника наклонились, из них вырвалось пламя и затопило площадку внизу. Оно сжигало все на своем пути.
— Я же говорила! — Мичи радовалась как маленькая девочка. — Это ловушка! Ее надо было просто активировать! Последний заряд, зато какой мощный!
— Ты — молодчина! — радостно вторил ей Йерк. — Надо же! Найти такую штуку и использовать ее!
— Бой еще не окончен, — мрачно заявил Ланс.
Снизу раздалось безумное рычание:
— Я УНИЧТОЖУ ВАС! — все приготовления Горяна канули в бездну: место жертвенника заняла оплавленная плита; курильницы и жаровни превратились в лужицы из бронзы; от стола с реагентами остался пепел; а любовно вычерченная фигура на полу просто исчезла. Из того, что находилось внизу, демонолог сохранился лучше всего. От одежды почти ничего не осталось: черная обугленная тряпица едва прикрывала чресла; на шее болтался на удивление целый красный платок; а на правой ноге осталось что-то похожее на кусок сапога.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
— Да? — Ланс мерзко усмехнулся и распростер руки над головой. — Та, кому я служу, услышь мой зов! Твой верный служитель взывает к тебе! Обрушь же силу свою на врага моего! На того, кто посмел коснуться плода, что волей твоей запретен для всех!
Потолок затрясся. Сверху посыпался песок.
— Услышь меня, безликая! Дай мне провести волю твою и покарать ничтожного, что посмел решить, что равен богам! — за спиной Ланса возникло зеленое свечение. — О, богиня!
На лице Горяна возникло беспокойство. Он с опаской поглядывал на трясущийся потолок, на зеленое свечение, становившееся все сильнее и сильнее, на жреца, взывающего к покровительнице.
— О, Богиня! — жрец поднял руки над головой еще выше, хотя, казалось бы, куда выше-то.
— О, Богиня! — выкрикнул Ланс в третий раз и… Лианг нанес удар. Следопыт выгадал отличный момент. Клинок должен был войти между шейными позвонками и поставить точку в этом безумном противостоянии. Должен был. В самый последний момент Горян дернулся, и кинжал распорол ему плечо. Неприятно, но не смертельно.
— О, Богиня! — крикнул Жрец в четвертый раз. Фигура жреца превратилась в ярко-зеленую звезду, а за его спиной возникла бесплотная бесформенная фигура, сотканная из зеленого света и теней. Где-то над сводом раздался оглушительный грохот. Потолок дрогнул. Казалось, еще немного и что-то неведомое сможет пробить дыру и прорваться в зал. — Порази же этого ничтожного!
Увиденное испугало Горяна. Одним движением руки он отшвырнул от себя Лианга, попытавшегося нанести новый удар, и выкрикнул в отчаянии:
— Господин, спаси меня!
В зал ворвался ветер. Он пронесся меж колон, поднял в воздух пепел и пыль и пригасил зеленое свечение. Ветер закрутился смерчем вокруг демонолога, разросся, становясь все сильнее и сильнее, и пропал. Горян пропал вместе с ним. Лишь где-то в отдалении слышалось насмешливое эхо:
— Говорил же: тебе следует подготовиться к ритуалу получше.
Потолок трястись перестал. Сияние исчезло. Ланс вздохнул и довольно произнес:
— Отлично! Мы справились! Теперь надо демонов добить, и можно отправляться домой.
— Справились, — Йерк расплылся в идиотской улыбке. — Сам поверить не могу.
— Кстати, в конце у тебя получилась отличная иллюзия.
— Иллюзия? — волшебник удивился. — Какая иллюзия? Не было никакой иллюзии!
— Да? А я подумал… — в голосе жреца появилась задумчивость. — Ну и ладно.
Он посмотрел вверх, как будто намеревался пронзить каменные своды и увидеть… Кто знает, что он хотел там увидеть?
* * *
Получено 2 х 20 очков опыта.
Битва с демонами не затянулась. После исчезновения демонолога силы словно покинули их. Они стали медлительными и слабыми. Гораздо больше времени Неудачники потратили на то, чтобы выбраться из подземелья. На волю они выбрались к полудню. Как оказалось, караван уехал и все их вещи прихватил с собой.
Но они не унывали и пешком отправились домой. Да и к чему им было унывать? Они же выбрались из смертельной ловушки и смогли победить опасного врага. Неудачники знали, что впереди их ждут новые испытания, но испытания почти не пугали их. Ведь они были вместе, ведь они собирались жить, побеждать и наслаждаться жизнью!
Глава 9. Тайны, встречи, разговоры
Рэм проснулся посреди ночи.
Организм требовал посещения небольшой будки во дворе.
Осторожно поднявшись, воин глянул в сторону посапывающего Йерка и вышел за дверь. Рэм прошелся по коридору, отметив, что через щель под дверью кабинета Ланса пробивается свет (неужели жрец не спит?), выбрался на улицу и добрался до будки с сердечком. Справив нужду, Рэм вернулся в дом и, проходя мимо кабинета, решил проверить, как там дела у Ланса. Он подошел к двери и… замер, так и не открыв ее. Из кабинета послышался знакомый, но такой непривычный голос.
