а лёд остался где-то в прошлом, ведь посох был давно погребён под обломками обители Церкви Сатаны. И спасение Саркис видел лишь в бездумной силе, что могла бы помочь одолеть озверевшего, нелюдимого брата и бывшего друга из Эдема…
— Твои молнии… Я не могу им успешно противостоять, ты это почувствовал… Но и моя магия будет тебе неподвластна! — крикнул чёрный богатырь холодной твари, плотно укрытой от лишних глаз и давно погибшей как настоящий человек. Саркис был готов крушить и уничтожать ради блага Отца и всего мира. Демиург обречён на кончину, а его планы будут стёрты, словно письмена на песке, смываемые потоком воды. Эдемский маг долго искал Его и вот наконец…
Тот час настал. Пробил, словно колокол. Затрубил, будто трубач в медную трубу. Повелитель огня, грозный чернявый Саркис, сдвинув кустистые брови, нахмурившись и обречённо окинув взглядом молчащую фигуру бывшего друга, любимого брата, хорошего собеседника и простого наивного мечтателя, был готов на отчаянную меру. Огонь обратился в страшную, чудовищную фигуру и бросился в бой, рыча и внезапно заставляя землю задрожать под этими ярко-рыжими магическими лапами.
Молнии, целая их пачка, низринувшаяся откуда-то с ясного голубого неба, торжественно разбились о набирающего скорость пламенного Саркиса, мелкие и незначительные на фоне гигантского всепожирающего тела. Демиург молчал и продолжал стоять на месте, хоть и видел бегущую к нему на бешеной скорости настоящую смерть.
Черепа всё ещё клацали, изрыгали мелкие, прочные, зажжённые камушки, однако ловкие плети, вытянувшиеся из спины, словно длинные хлёсткие щупальца, прошлись по рядам черепов, завершая их короткую, бесполезную жизнь. И только брызги мелкой крошки салютом осыпались за ревущим и бегущим вперёд громадным жарким чудовищем, что напоминало доисторического, вымершего ящера. Саркис должен был покончить с Демиургом быстро и без помех. Эдемский маг не желал длинного сложного боя. Да и сам брат… Его магия стала казаться скорее небольшой ноющей помехой. Демиург оказался не настолько сильным, невероятным соперником, перекачанным маной. Может, и для Нижнего мира бывший златовласый братец не был такой уж проблемой…
Ящер продолжал свой стремительный разбег. Огненные дорожки петляли за могущественным эдемским магом. Неровные, горячие, угрожающие. Демиург не останавливался, пуская вперёд молнию за молнией, и попытки эти напоминали признание собственного бессилия. Росчерки могущественно ударялись о горячее тело, но остановить зверя было уже невозможно. Саркис наконец всё привёл к этому судному дню…
За огненной спиной яркая вспышка озарила все поля, города, деревни, божественным, ярким светом разлетевшись по всему миру. То громыхала Война Архимагов. Судный день наступал не только для Демиурга, но и для его приспешников. Конец был уже не за горами, златовласому мечтателю, чёрному шипящему змею наступал такой же финал, как и всему его Плану, сокрушительно разбивавшемуся на громадном поле боя, в Великой Магической Войне.
Зверь был уже в десяти крупных шагах от Демиурга. Огроменные фиолетовые сферы со свистом преодолевали расстояние и сталкивались с животным, рассыпаясь мелкими разрядами, небольшими частями, исчезающими в чистом воздухе. Сферы заполонили собой всё расстояние между бывшими жителями Эдема. Одна рухнула в шею и огненное животное поморщилось, две другие одновременно достигли громадных ног и шлёпнулись с ужасным треском, заставив чудовище замедлиться и нелепо захромать. Саркис продолжал идти вперёд сквозь всю боль, сквозь этот дождь из колющих и взрывающихся фиолетовых болидов. Эдемский маг был готов на всё. Этой встречи и этого исхода было не избежать…
Магический дождь продолжался. Сферы сталкивались, летали, кружились. Удары были больны, их было много, и от каждого прикосновения туго завёрнутой в шар чистой маны, эдемскому магу приходилось морщиться, замедляться, потом начинать ускорение, несмотря на интенсивный, беспрерывный обстрел. Пламенные ноги втаптывали и поджигали жёлтую свежую рожь. Пламенные ноги наконец достигли цели и мелкий-мелкий Демиург, родной брат, сейчас казался незначительным маленьким человечком, что посмел пойти против неистовой, непобедимой стихии.
Последняя сфера со скрежетом коснулась всепожирающего огня, утонув в нём, как символ поражения этого рычащего и сопящего мага. Пути назад больше не было, всё было предрешено судьбой…
Лапы яркого пылающего зверя схватили Демиурга и подняли его как невесомую, смешную пылинку. Саркис ловко подкинул это таинственное обёрнутое в плащ тело, которому уже не сможет помочь даже самый прочный дорогой доспех. Демиурга пару раз нелепо подкинули и сразу же стрелой бросили вниз, будто стремительный снаряд. Земля взорвалась фонтаном брызг, а фигура буквально утонула в земле.
— Прости меня. Нас объединяют воспоминания, общение, узы… Но другого выхода нет, — виновато пробасило громадное чудовище, скопище магии, сплошной всеобъемлющий огонь.
Лапы устремились к рычащему Демиургу, подняли, сжали его маленькое тело. Одна лапа отлетела в сторону, а после на гигантской скорости, рассекая воздух, рухнула в маленькую точку, в друга с эдемских времён, в любимого человека. Тот ярко вспыхнул, будто спичка, раздавленный и униженный, практически убитый, хрипящий от боли и от лапы, что до сих пор касалась его тела, давила, прижимала, поджигая всё тело беспомощного человека.
— Демиург… Скажи хоть что-то. Ответь мне, молю! — но фигура молчала, пока её своими острыми зубами пожирала бурная, яркая магия.
Саркис размахнулся и со всей силы швырнул друга наземь, наверняка переломав ему все кости и не давая ни шанса на дальнейшую борьбу. Битва была окончена моментально, хоть эдемский маг и потратил чересчур много маны.
Демиург лежал, почти неживой и слабо хрипящий. Его тело практически полностью охватил огонь, и вырваться из этого горячего плена Демиург уже был не в состоянии.
— Друг, — продолжало басить жаркое чудовище, приготовившись нанести последний удар по поверженному телу врага. — Скажи, остался ли ты доволен? Стал ли свободен? Ведь ты убежал с Эдема, с этой стальной клетки, дабы раскрепоститься, вздохнуть полной грудью, забыть о правилах, ограничениях, законах, строить свою жизнь только так, как лично тебе того захочется… Ну так нашёл ли ты здесь то, о чём мечтал? Увидел ли ты добро, справедливость и честность в обществе потомков лгунов, предателей, преступников, предков которых выгнали с прекрасного божественного сада?
Фигура только кряхтела и грудная клетка еле-еле, но пока вздымалась, напоминая уставший парус:
— Грх… Эррр… Эрдин… — предсмертно говорила фигура, когда огонь начинал лизать этот надвинутый на голову капюшон.
— Эрдин? Кто это? Это единственное, что ты мне готов сказать после столь долгой томительной разлуки? Ведь что бы ты не делал, я всё равно остаюсь твоим другом и соратником… Правда, можешь говорить…
— Это я… Эрдин — это я, — бредил Демиург, затухающим взором смотря на подлетающий к его лицу алый, подвижный, горящий кулак. Саркис понял, что Демиурга, златовласого красавца, больше не было. Может он
