и любви. Только из-за долга перед королевством. Ведь Дадарии нужен наследник. Но всё получилось совершенно по-другому, и мужчина вздохнул с облегчением.
— Сад немного запущен, но ночью становится почти волшебным. Прогуляемся? — предлагает Алард, поднимаясь первым.
Я киваю, машинально поправляя волосы. Принимаю протянутую руку и, встав, иду возле него. Мои пальцы так и покоятся в его тёплой ладони. Мы выходим под открытое небо. Свет фонарей отражается в стеклянных стенах оранжереи. В воздухе витает запахи сирени и мха. Такое необычное сочетание.
— Ты говорила с Богиней? — спрашивает он внезапно. На мой удивлённый взгляд хмыкает и объясняет: — Когда ты зашла в часовню, замерла на несколько минут, смотря на витражи. А я почувствовал неясное тепло, окутавшее всё помещение. И предположил, что ты общаешься с ней.
— Ты тоже почувствовал тепло? — переспрашиваю и останавливаюсь, мы на время перешли на ты. — Не совсем говорила. Она рассказывала, что означают её символы, и про якоря подкинула пищу для раздумий.
— Про якоря? — задумчиво хмурится мужчина.
— Да, видишь ли, свет, что вырывается из меня, причиняет боль. Очень сильную. До отключки. До того как появился Гиль, я часто падала без сил и открывалось кровотечение. Когда он стал моим уравнителем, стало легче. Правда, муж уже не справляется с растущими силами.
— Я это заметил. Зачем ты хотела вылечить казнённого вампира?
— Я не хотела его лечить, просто не контролировала этот выброс. Как ты понял, что мне нужна помощь?
— Я и не понимал, ты сама притянула меня, и я действовал на уровне инстинктов, — пожимает плечами Алард. Как-то резко себя оборвав, замолкает на несколько долгих секунд. — Проводники и уравнители… — бормочет себе под нос, переводит взгляд на меня. — В моей библиотеке есть один древний фолиант. В своё время из него я узнал о Нексусе и смог создать реликт, удерживающий тьму в узде. Но там есть информация и о якорях. Думаю, ты захочешь его прочесть.
— И ты позволишь посетить твою библиотеку? — мы вновь продолжаем прогулку.
— Лучше. Я подарю тебе книгу, — спокойно так отвечает Алард. Сжимает мои пальцы, не давая вымолвить ни слова. — Только не говори, что не принимаешь такие подарки. Он совершенно не дорогой и ни к чему не обязывающий.
— Я просто хотела поблагодарить, — хихикаю, хлопнув по плечу.
— Поблагодари, — шагает ближе, врываясь в личное пространство.
— Спасибо, — бормочу, смотря на мужские губы.
Алард замирает на мгновение. Будто для себя решив что-то, склоняется и прижимается к моим губам в поцелуе. Осторожном, совершенно ненапирающем. Он не держит. Я могу отстраниться, могу отступить. Могу даже оттолкнуть. Покачнувшись, просто позволяю этому случиться.
Мир будто замирает. Не слышно больше шорохов и щебета птиц. Не слышно звуков природы. Нет прошлого и будущего. Нет моих сомнений.
Только он. Только этот поцелуй.
Алард прерывает нас первым. Чуть прикусив нижнюю губу и оставив ещё один короткий поцелуй, он отстраняется. Но смотрит цепко, с некой затаённой тоской в глубине тёмных глаз.
— Я… мне… уже пора, — тараторю я, пытаясь скрыть неловкость.
— Я провожу, — спокойно соглашается он и предлагает свой локоть.
Мужчина помогает взобраться в открытую карету без опознавательных знаков. Подхватывает ремни и отправляет лошадей неспешным шагом. Молодец, всё продумал. Сегодня он и вправду не король.
— Ты испугалась? — спрашивает, бросая на меня серьёзные взгляды.
— Мне непривычно целоваться с другим, будучи замужней, — честно отвечаю я. — И потом. Ты не просто мужчина. Ты король.
— Я не Даркрай.
Одной фразой выбивает почву из-под ног. Прямым попаданием в грудь. Отворачиваюсь.
— Я знаю, — глухо бормочу.
Алард накрывает ладонью мои дрожащие сцепленные пальцы. Чувствую тепло, исходящее от него. Он дарует своё спокойствие. Повернув голову, долго смотрю на его точёный профиль.
Дорога обратно кажется короче. Наверное, потому, что рядом сидит он. Молчит. Но его молчание не тяготит. Оно как плед — плотное, тёплое и немного пугающее своей уютностью.
Мы доезжаем до дома Гильермо. Остановившись у ворот, мужчина выходит первым и помогает мне спуститься.
— Спасибо за вечер, Татьяна.
— Вечер получился замечательным, — улыбаюсь немного виновато.
— И я немного напугал тебя, — усмехается он.
— Ничуть, — качаю головой.
Он кивает и, выпустив мою руку, отступает. От моих пальцев искрит жёлтый свет, будто пытается удержать его. Испуганно отшатываюсь. Алард удивлённо бровь вскидывает. И широко улыбается. Впервые. По-мальчишески озорно.
— Ты не хочешь меня отпускать, — таинственно замечает.
— Доброй ночи, Алард, — сдерживаюсь, чтобы не улыбнуться, и опускаю голову.
— Спокойных снов, Татьяна, — хмыкает и резво запрыгивает в двуколку.
Проводив уезжающего правителя. Разворачиваюсь к двери и толкаю её. Та заперта, приходится воспользоваться колокольчиком. Но никто не спешит открывать. Стучу кулаком. Слышу ведь, что дом полон народу. Что-то там грохочет ужасно так.
Через добрых пять минут дверь распахивается наконец. Хочется Жульена обматерить. Я замёрзла, между прочим. Вот только вместо дворецкого на меня взирает женщина неопределенного возраста с розовой шапкой на голове. Очень похожей на банную шапочку.
— Мы ничего не покупаем и еду не раздаём! — с раздражением рявкает эта мадам и собирается закрыть обратно дверь.
— Очень плохо с вашей стороны, — фыркаю я и, шагнув, останавливаю её. — Только я здесь живу, лира.
— Лира?! — переходит на ультразвук. — Я…
— А я графиня Гонзо, судя по всему, ваша невестка и хозяйка этого дома, — перебиваю, даже не дослушав.
Пока женщина изумлённо хлопает ресницами, бочком протискиваюсь между ней и порогом. И скидываю меховую накидку с плеч. Замечаю семенящего Жульена.
— Ваша Светлость, — забирает верхнюю одежду дворецкий.
— Гиль ещё не приехал? — спрашиваю, давя раздражение.
— Ещё нет. Простите, не услышал стук, леди Ларета музицирует, — извиняется он.
— Так это музыка? Я думала, вы чините что-то, — хихикаю я.
— У Гильермо расстроен инструмент, — перебивает женщина в шапочке, опомнившись и, наконец, захлопнув дверь. — Жуль, пригласи завтра мастеров. Пусть починят фортепьяно.
— Да, мадам, — кивает дворецкий и уносится куда-то по своим делам.
— Значит, ты Татьяна, — переводит на меня взгляд дама.
— Да, а вы?
— Я мама Гильермо, — гордо выпятив грудь, оглашает.
— Рада с вами познакомиться, мама, — мило улыбаюсь, замечая, как вспыхивают её глаза и она покрывается
