это праздник трудящихся. — Пробурчал вечно недовольный Илья.
— Илюша, ты не прав. — Заявила Анжела. — То есть прав, конечно, но вообще-то наши предки где-то в это время отмечали как раз приход весны. Костры разводили, любовные игры устраивали и всё такое. Я в интернете читала. А Первомай — советский праздник, его по привычке отмечают. Хотя это хорошо, дополнительный выходной весной всегда пригодится.
— А я читал в интернете, что нельзя верить всему, что пишут в интернете. — Заявил парень.
Анжела надулась было, но обстановку разрядил Студент — переворачивая шампуры, он нечаянно обжёг пальцы, и витиевато ругнулся, не использовав при этом ни одного матерного слова. Все засмеялись, и спор затих, не успев разгореться.
Отдых пошёл своим чередом. Девушки становились всё более весёлыми, Илья прекратил бубнеть, Студент достал из машины гитару и запел. Единственный, кому не было места на этом празднике жизни, Михаил, угрюмо пил колу, следил за шашлыками и уговаривал себя в следующий раз пустить за руль кого-нибудь другого, чтобы расслабиться. Или хотя бы захватить в компанию третью девушку.
Когда солнце опустилось к самому горизонту, Анжелочка, хихикая, уселась на колени к Илье и зашептала что-то на ушко. Миша обронил:
— Пойду, прогуляюсь.
На него не обратили внимания. Из открытых дверей машины неслась надрывная песня о любви. Студент затеял медленный танец. Руки его недвусмысленно обследовали Настину попку, и девушка явно не была против.
Михаил углубился в рощицу. Сфотографировал четыре обгорелых дерева, располагавшихся квадратом — от них веяло каким-то унынием и безысходностью — отличный кадр для инстаграма. Затем вернулся на берег и пошёл вдоль реки, периодически щёлкая телефоном — здесь действительно было красиво.
— Молодой человек, вы мне не поможете?
Девушка стояла по пояс в воде. Очень, очень красивая. Бледная кожа, маленький аккуратный носик, огромные карие глаза и синие губы. Девушка дрожала, прикрывала голую грудь одной рукой, а второй теребила ярко-зелёные волосы.
«А красивый цвет. Хоть и не люблю крашеных», — подумал Миша и тут же себя одёрнул:
— Простите, я тормоз! Что с вами? В таком виде, одна. Вода же ещё совсем холодная! У вас что-то случилось?
— Случилось. — Бесцветно сказала девушка. — У вас нет какой-нибудь одежды?
— Конечно, конечно, господи! Выходите быстрей, заболеете! — Засуетился Мишка, снимая с себя ветровку и свитер.
Незнакомка, смущаясь, вышла из воды. Волосы оказались настолько длинными и густыми, что прикрыли все самые интересные места.
Миша постарался не таращиться.
— Спасибо. — Прошелестела девушка.
— У меня телефон с собой. Может, надо милицию вызвать? Скажите ваше имя.
— Ганна меня зовут. Какую милицию? Не надо. Мне бы согреться просто.
— Вот я дурак, простите ещё раз. У меня вон там, за деревьями, машина. В мангале, опять же, угли — согреетесь у огня. Пойдёмте. — Миша протянул Ганне руку. Ладошка оказалась ледяной.
Пока шли, молчали. У Миши в голове роились тучи мыслей.
«Местная любительница поплавать в ледяной воде? Тогда зачем просила одежду? Свою на берегу бы оставила. Изнасиловали и бросили? Слишком спокойная. Самоубийца? Помощи тогда зачем просила?»
Девушка покорно шла рядом. Свитер оказался очень велик — доходил почти до колен. Но ведь ей как раз и нужно было согреться.
— Хлопцы! Снимите шампуры и добавьте углей! Человеку нужно тепло! — Миша крикнул заранее, чтобы исключить элемент неожиданности — сумерки, спиртное и гормоны вполне могли превратить компанию молодых людей в стонущие от страсти парочки.
— Ёлки, это кто это? — Студент удивлённо охнул, увидев гостью.
— Вот. В реке нашёл. — Развёл руками Михаил.
— Боже мой! Кто это тебя так, бедная! — Заохала Настя. — Анжелка! У тебя в сумке есть что-нибудь?
— Носочки. — Сказала подружка. — И трусики на всякий случай.
— Я возьму. — Деловито заявила Настасья.
Угли еле тлели, поэтому парни наломали сучьев с ближайших деревьев. В мангале вспыхнул костёрок. Незнакомка протянула руки к огню.
— Выпей. Изнутри тоже согреться надо. — Студент протянул початую бутылку водки, даже не озаботившись стаканом.
Гостья с лёгкой улыбкой покачала головой.
— Может, всё-таки милицию? — когда молчание стало слишком тягостным, заикнулся Миша.
— Не нужно. Мы по весне всегда за одеждой выходим. Если дадут — значит, человеческий облик всё ещё работает. Осталась мелочь, и целый год покоя мне обеспечен.
— Ты о чём? — Спросила за всех Анжелка.
— Жертва нужна. — Проговорила Ганна. — Под воду надо кого-то забрать. Иначе Водяной житья не даст.
— Ха-ха, очень смешно. Здешние аборигены все такие весёлые? — Студент засмеялся, но его никто не поддержал. Было в девушке что-то странное, что не давало принять её слова за стопроцентную шутку.
— Нет, не все. — Лицо гостьи изменилось настолько быстро, что никто даже не заметил, как это произошло. Вот стояла красивая бледная девушка, а через миг на её месте руки к огню протягивало чудовище. Рыбьи глаза, безгубый рот, вместо кожи блестящая чешуя. Зелёные роскошные волосы превратились в осклизлую тину. Существо, как щука, открыло пасть, явив всему честному народу мелкие, острые зубы. Раскинула руки, на которых пальцы соединялись перепонками, и хрипло прошамкала:
— Кто со мной пойдёт, тот вечную жизнь приобретёт!
Студент отскочил от Ганночки, преодолев одним прыжком метра полтора. Все остальные с криками ужаса побежали прочь от мангала.
Но далеко не убежали. Всё так же скрипя, словно несмазанная дверь, русалка пропела что-то, в реке поднялась гигантская волна, через секунду вода выплеснулась на берег, а ещё через миг превратились в жидкую стену вокруг места отдыха. Илья с разбегу попытался проскочить сквозь поток, но с криком отлетел назад.
— Выбирайте. Выбирайте, кто пойдёт со мной. Или я сама выберу.
— Отстань! — заплакала Анжелочка. — Что мы тебе сделали плохого?
— Ничего. Так надо.
— Иди ты, уродка! — Заорала Настя. — Вобла сушёная!
Русалка не реагировала на крики и оскорбления. Она ждала, пока компания сделает выбор. Когда Миша попытался подкрасться сзади, нечисть, не глядя, махнула рукой, и парень с оханьем отлетел к стене воды.
— Думайте. Даю вам две минуты. — Рыбьи глаза подёрнулись плёнкой. Ганна замерла.
— Ах ты, селёдка! Мы ещё выбирать должны! — Студент размахнулся и запустил в русалку бутылкой, которую до сих пор держал в руках.
И промахнулся. Бутылка врезалась в бортик мангала, с весёлым звоном разлетелась на осколки. Содержимое выплеснулось на угли и рыбью морду. Огонь весело вспыхнул синим пламенем.
Рыба завизжала, стараясь сбить пламя с лица. И, судя по тому, что водная стена с громким хлюпаньем обрушилась на землю, рыбёшка довольно сильно отвлеклась.
— Ходу! — Заорал Миша. — Бегом, в машину!
Девочки верещали, не забывая при этом перебирать ногами. Первым в автомобиль вскочил Илья. Студент замешкался, наблюдая за горящей рыбкой.
— Витя, твою мать! Поехали!
Студент запрыгнул, когда
