предметом обсуждений, поэтому сдержать себя оказалось непросто.
Получивший набор мысленных команд немёртвый в это время повернулся к деревенским зевакам, и тихо, но отчётливо недобро произнёс:
— Пшли вон. Увижу любопытную рожу или услышу вяк в сторону госпожи — выпущу кишки и ими удавлю, — для подтверждения своих слов он на пару пальцев выдвинул из ножен свой тесак.
Надо ли упоминать, что улица мгновенно обезлюдела? Удобно, когда можешь говорить устами марионетки. Правда, немного смущает, что моё развитие всё сильнее отклоняется в шпионско-диверсионную область.
— Я так виновата-а, — плачущая женщина не услышала ни меня, ни басовитого голоса марионетки, ни удаляющегося топота ног, ни стука запираемых дверей.
— Ну хватит, хватит. Говорю же, я не держу зла.
— У-у-у…
— Прекрати, — прозвучал подкреплённый духовным давлением приказ. — Успокойся и отведи меня в дом.
Особой силы в словах не имелось. Но много ли нужно деревенской бабе, привыкшей слушаться мужа, старосту и господ? Наскоро утерев слёзы и выдавив из себя тихое «да», Кая, чуть сгорбившись, повела неожиданную гостью в своё жилище. Сама же гостья испытывала неловкость, растерянность и даже стыд.
Встретить долгожданную родительницу и повести себя с ней так… неправильно. Это заставляло шевелиться совесть.
«Это же мама! Она ведь действительно рада узнать, что мы с сестрой живы и преуспели. Я чувствую её теплоту и любовь… И веду себя с ней, как с обычной крестьянкой. Свысока, разве что без спеси. Разве это правильно?» — негодовала часть сознания. Причём (не зная, как именно выглядит это «правильно») раздражалась и злилась, подставляя себя под влияние тейгу.
Другая грань личности, в большей мере принадлежащая частице сознания землянина, тоже пребывала в растерянности по этому поводу. Я-Виктор отнюдь не являлся мастером в выражении своих привязанностей. Да и какие могут быть привязанности у человека, который последние годы на Земле доживал в качестве никому не нужного калеки? А осколок личности предка… от него осталась лишь песчинка. К тому же его родственники являлись продуктом совсем иной социальной среды, которая, как ни грустно сие признавать, менее чужда мне, нежели родная мать.
Слишком у нас разное мировоззрение и реакции на раздражители. Что общего может быть у Мастера боя, пробившегося к вершинам из практически слитого отряда «палачей режима», и потомственной крестьянки, всю жизнь просидевшей в глухой провинциальной деревне, потрёпанной монотонным тяжёлым трудом и многочисленными родами? Сомневаюсь, что нам когда-нибудь удастся полностью понять друг друга. Да и вряд ли мама примет дочь, если узнает, что я убила людей в разы больше, чем она когда-либо видела, а также собираюсь жестоко убить дворянчика, поднявшего на неё руку.
Грустно. И что вдвойне досадно: мама чувствовала недостаточно хорошо скрываемые эмоции, но принимала их на свой счёт.
Проклятье! И почему всё происходит совсем не так, как представлялось?!
— Рейка, домой! — повысила голос идущая рядом со мной женщина, когда мы практически пересекли не слишком крупную, всего на три улицы, деревню.
Возглас заставил отвлечься от самоедства и борьбы с провоцируемой им накатывающей злобой. Почему-то из рассказа мамы мне показалось, что у них с отцом умерли все дети, однако речь и впрямь шла только о сыновьях.
— Ну, ма! — недовольно пискнула маленькая девочка лет пяти-семи, одетая то ли в непритязательное пальто странного фасона, то ли в своеобразный тёплый халат. Из-под некрашеного шерстяного платка выбивалась чёрная прядь, а алые глаза сияли присущими исключительно детям жизнерадостностью и любопытством.
— Домой! К нам… гости приехали! — запнувшись, решая как обозначить нас с марионеткой, выкрикнула мать.
Давление тейгу, которое вырвалось из ослабленных тисков воли, не спешило убираться из разума и продолжало влиять на эмоции. Общаться в таком состоянии ещё и с маленькой сестрёнкой? Ну, нет! Рисковать запугать несвоевременно вырвавшейся жаждой убийства ещё и её я точно не собираюсь!
Ментальная оплеуха неприятно ударила по сознанию, выбивая из разума почти все эмоции. Всё же в нынешнем состоянии убирать из сознания лишь навеянное артефактом — не эффективно. Продвинутая версия ментального навыка работает только в случае, когда сознание пользователя находится в равновесии; если же разум в смятении, то вне зависимости от того, чем оно вызвано, с раздражением и растерянностью вернётся и влияние. Увы, последствия резонанса за один день не исчезают, даже если выход на закритические значения синхронизации прошёл на удивление гладко.
В общем-то, по-хорошему, не стоило мне сейчас встречаться с родными. Но кто знал, что именно этот вариант окажется тем самым?! Не более чем полдесятка предыдущих и не почти столько же следующих, а именно этот и прямо сейчас?
Демонова невезуха!
«Видимо, расплата за прошлое везение в Столице», — уже гораздо более спокойно констатировало сознание, лишившееся львиной доли эмоций.
— Ой, правда?! Это к нама чтоль?! — подпрыгнула девочка и под завистливые взгляды маленьких товарищей по играм побежала к нам.
Дальнейший путь уже не вызывал особого эмоционального отклика. Даже вкус шоколадки, извлечённой из носимого на теле запаса, прошёл мимо сознания, как и лёгкий приступ жадности, когда вторая отправилась в руки состроившей жалобную мордашку девочки. Существование родни всё ещё немного выбивало из колеи, но уже далеко не так сильно: родственники и родственники, я их почти не знаю. Хотя девочка любопытная: если верить поверхностной сенсорике, а также учесть проглядывающую в движениях силу и лёгкость, избыточные для ребёнка, — несложно увидеть склонность к пути воина духа.
Стоит подумать, как и чему её учить. Если в этой мини-Акаме есть хотя бы половина потенциала оригинала, то упускать такой негранёный алмаз станет даже не преступлением, а настоящим идиотизмом.
Впрочем, в ближайшее время мне будет не до этого...
Отдать девочку в Храм? А не промоют ли тамошние учителя своей идеологией юные, беззащитные мозги? Нет. Храм — не вариант. Тогда... озадачить Генсэя? Он мне нужен для иных задач. Хотя... да. Можно привлечь его в качестве консультанта. Старый и опытный Мастер, когда-то являвшийся сильнейшим воителем в Империи, просто обязан
