остальные Эпсилоны. Она не бездушный робот. Ей не всё равно — и мне тоже, но она наследница престола.
— Ой, не надо строить из себя святошу, Данн. Будь у тебя шанс, ты бы не раздумывал. Не то чтобы он у тебя когда-нибудь появится, — Сотер усмехается. Я впиваюсь ногтями в колени под столом. — Жаль только, похоже, она собирается сойтись с Беннетом Греем. Сегодня они выглядели довольно близкими, — размышляет Сотер.
— Насколько близкими? — спрашиваю я, на мгновение встретившись с его жадным взглядом.
— Будто она хочет, чтобы он съел её на ужин. Везучий ублюдок. — он облизывает губы, и я понимаю, что он лжет. Между Ли и Беннетом всё кончено. Она на этом настаивала.
Я делаю глубокий вдох — нужно заканчивать этот разговор. Я и так выдал слишком много своих противоречивых чувств к Ли.
— Единственный ублюдок здесь — ты, Сотер. А теперь свали. Я занят.
Сотер хмурится, но мне плевать, задел я его чувства или нет. Мы не друзья. Он не имеет права заявляться сюда, когда у меня и так паршивая ночь, и делать её еще хуже. Он сказал, что Ли в безопасности. Должно быть, она наслаждается вечеринкой, раз он видел её с Беннетом. Но мне всё еще нужно узнать, получила ли она письма. Если да, я не уверен, что будет дальше. Моя работа заключалась в том, чтобы помочь ей их найти. Вот только я не готов уходить.
— Ну ты и козел, Уайлдер, — рычит Сотер. Я игнорирую его, будто он призрак. — Но я не уйду. — я отворачиваюсь от него. — Пока ты не скажешь, правдивы ли слухи.
Я сжимаю телефон.
— Какие еще слухи?
Разноцветные глаза Сотера загораются, когда я смотрю на него через плечо.
— Как тебе это удалось?
— Что именно?
— Получить работу во дворце. Я не поверил своим ушам, когда услышал. Только не после того дерьма, что ты выкинул после Фестиваля Урожая.
— Ты про то, как ты обвинил меня в том, что я — Никс?
Сотер хмурится.
— Ты и есть Никс, и я это докажу.
Я смеюсь. Он безумен, но у нас всё еще есть зрители. Меньше всего мне хочется, чтобы кто-то из людей Элио подслушал, как Сотер обвиняет меня в том, что я Никс, на вечеринке, полной Эпсилонов.
— Сотер, ты сам не понимаешь, о чем несешь. Я не Никс.
Он кладет скрещенные руки на стол.
— Разве? Твоего отца арестовывают, ты возвращаешься в город после года отсутствия и каким-то образом становишься главным кандидатом Марлоу на место Домны? Не нужно быть дураком, чтобы понять, что происходит.
— Ладно, Сотер, я подыграю. И что же происходит? — я понижаю голос.
— Марлоу — это Никс, и она готовит тебя на место твоего отца.
Я фыркаю.
— Ты хоть понимаешь, как параноидально это звучит? Марлоу…
Пальцы Сотера впиваются в моё предплечье.
— Подумай об этом, Уайлдер.
Я сверлю взглядом его руку, прежде чем силой отцепить её от себя. Сотер морщится.
— Я-то как раз думаю, в отличие от тебя. Марлоу давала показания против моего отца на суде. Будь она Никсом, она бы этого не сделала.
— Я знаю, что ты делаешь. Пытаешься их выгородить. Марлоу погрязла в грязи, и ты сам в этом убедишься.
— Не сомневаюсь, — бросаю я, и он вспыхивает.
Прежде чем он успевает вставить слово, мой телефон вибрирует на столе. Сообщение от Изольды.
Изольда: Поздравляю!!!!
Сотер выхватывает мой телефон.
— Слухи разлетаются быстро. Когда брат сказал мне, я не хотел верить. Увидев Ли, я отправился искать тебя, чтобы он оказался неправ. В голове не укладывается, почему Совет одобрил твою заявку на место Домны. К слову, мой брат был против.
Я медленно поворачиваюсь к нему.
— Что ты мне сейчас сказал?
Телефон звонит — это Марлоу. Я вскакиваю и нажимаю кнопку ответа.
— Это правда?
— Да, твою заявку одобрили. Поздравляю, Уайлдер.
— Черт возьми, ладно, — выдыхаю я. Тихий смех Марлоу доносится из трубки. Я смерил яростным взглядом Сотера, который пристально наблюдает за мной. — Ты не против? Это не селекторное совещание.
Сотер рычит, но встает из-за стола. Я не удостоил его еще одним взглядом. Все свои претензии он может высказать мне на арене.
— Знаю. Мне и самой верилось с трудом, — говорит Марлоу. В это время Джерико заканчивает свой разговор. Он подходит к своим людям и что-то шепчет им. — Я узнала около часа назад, но только сейчас смогла оторваться от работы, чтобы позвонить.
— Что заставило их передумать? — спрашиваю я, забыв о Джерико.
— Принц Дон попросил об услуге, — отвечает Марлоу, и в груди поселяется странная тяжесть. Это сделала Ли. Я уверен. Джексон говорил, что она расспрашивала про меня и Испытания Домны. — Я же говорила тебе, что работа во дворце дает свои привилегии.
Если Ли получила письма, она наверняка попросила Дона посодействовать, чтобы я мог участвовать в Испытаниях. Скорее всего, это её версия прощального подарка. Я хотел этого, но почему-то не прыгаю от радости до потолка, как ожидал.
— Марлоу, мне не хочется обрывать разговор, но я на работе, — говорю я. У нас куча тем для обсуждения — например, то, что Сотер обвиняет нас в измене, приписывая к Никсу, — но я не хочу, чтобы его паранойя испортила мне ночь. — Созвонимся позже?
Она смеется:
— Вот за это из тебя и выйдет отличная Домна. Ты всегда делаешь то, что тебе велят.
Теперь моя очередь смеяться. Только я вешаю трубку вовсе не для того, чтобы работать. Я собираюсь умолять Джерико выпустить меня из шатра, чтобы найти Ли и спросить про рекомендательное письмо… и про те настоящие письма.
— Да, это весь я.
— Еще раз поздравляю, Уайлдер. Я чертовски тобой горжусь.
Моя улыбка становится чуть шире. Я заканчиваю разговор с Марлоу и пишу Ли.
Уайлдер: Нам нужно поговорить.
Я не жду ответа. Я встаю, готовясь изложить свои аргументы, чтобы меня пустили за ней, но когда оборачиваюсь, то понимаю, что я один. Джерико и его люди исчезли.
Глава 27
ЛИ
Я выхожу из шатра, чтобы выпустить пар после того, как Янус облила мою мать креветочным соусом. В сумочке вибрирует телефон. Это Уайлдер. Желудок сжимается, когда я вижу, что он прислал несколько сообщений, расспрашивая о Маге. Он выйдет из себя, когда услышит о Янус. Черт, да я и сама в панике. Пульс так и не пришел в норму с тех пор, как Янус сорвалась с места.
Может, она и правда просто пьяна? Вдруг я ошиблась? Вряд ли.
Я
