закончилось было бы невозможно предугадать если бы не Шон, который вбежал в палатку и быстро произнёс: - Город просит переговоров!
- Что? - удивленно заморгав и мгновенно прекратив злиться переспросил Александр.
- Город просит переговоров. - повторил Шон: - Там и голова лично прибыл.
Поняв, что Александр немного растерялся вперед выступил Гарин, который ещё пару минут назад ухмыляясь смотрел на Каселия и сказал: - Так пусть идут. Нет позвольте… - он снова обратился к Лукастову: - …мне проводить их ваше высочество.
- Да иди, Гарин. - встряхнувшись согласился Александр и вернулся на своё место. Остальные расположились вокруг. Через пять минут новый сотник вернулся в шатер и привел за собой Формия, который потел ещё больше обычного. Увидев же принца, его окончательно затрясло, и он едва ли не рухнул на колени перед ним закричав: - Не губите ваше высочество! Я не хотел всего этого! Это всё проклятый виконт! Я просто не мог… просто… просто…
- Что изменилось Форм? Почему вы решили сдаться? Наше войско даже городу ещё не подошло.
- Д…д…да, но утром после сражения пришло п.. п.. письмо от Куники, вот прощу прочтите. - всё больше дрожа произнёс градоначальник и протянул помятую бумажку в сторону. Её забрал Вислий, который уже и передал её Александру. Чтобы прочитать короткое сообщение мальчишке понадобилось совсем немного времени. После он протянул письмо обратно и сказал: - Значит раз виконт остался почти без войска вырешились на предательство?
- Я не предаю его он же мятежник! - воскликнул Формий и попытался встать, но вовремя остановился.
- Ладно Латнаэль с тобой и твоей совестью, ты вернешься с нашим войском и если город не сдаться, то сам понимаешь…
- Конечно ваше высочество, но я могу попросить ускорить ваше выступление? В городе есть те…-
- Понял. Беру сможешь проконтролировать?
- Да милорд. - поклонившись согласился рыцарь и вышел из шатра, Формий последовал за ним по взмаху руки принца.
Капитуляция города прошла без проблем и неожиданностей. Несогласных задавил под командованием сира Берия и при поддержке оставшихся в живых ополченцев. Солдаты, которые прибыли сюда с заставы вообще не стали сопротивляться и как выяснилось после смерти своего рыцаря выдвинули одного выжившего десятника на должность командира, а тот сразу присягнул на верность Берию. После всего было решено немного передохнуть и дождаться реакции со стороны виконта.
Интерлюдия. Ночь того же дня. Разоренный лагерь.
Поздно вечером виконт так и не дождавшись подкреплений из города или какого-нибудь внятного ответа решился на повторную атаку разорённого лагеря. Однако сражения толком и не получилось ведь атака настигла войска фортов, когда те готовились к бегству.
Причем это бегство было совсем не совместным, отряды разделились в соответствии со своей принадлежностью и уже почти покинули «укрепления». Нового удара они похоже не ожидали и хоть командир Ривал таки смог удрать почти со всем оставшимся у него войском, второй отряд был уничтожен полностью. Их трупы сейчас и обирали солдаты, а виконт сидел рядом с костром ожидая, когда ему ответят из города.
Но вот ожидание подошло к концу и в лагерь вернулся посланный разведчик, однако его лицо очень многое сказало Корену и Сергию. Поэтому они с некоторой обреченностью дождались пока, солдат отдышится и выпьет воды, после чего заслушали его доклад.
- Это конец. - произнёс Корен, когда боец ушел.
- Ещё нет. - возразил ему Куники: - Если сможем взять Бигду и подчинить местное ополчение, то с гвардией мы сможем принудить их переговорам. Барон не захочет губить своих людей.
- Будем надеяться, что ты прав. И откуда и Ривала взялся этот артефакт? Из-за него многие дезертировали.
- Ничего нам нужна ещё хотя бы одна победа и всё будет у нас хорошо. У меня найдется что предложить Савайтану. - подвел итог Куники, и его заместитель отправился подготавливать войска к новому рывку, изо всех сил стараясь не замечать неуверенность своего командира.
Глава 8.
Город Тикор. Утро следующего дня
Новое утро Александр встретил с небольшой лихорадкой и кашлем, который казалось карябал легкие парню. Причем кашель оказался настолько сильным, что едва он успел выпроводить слугу за дверь, Александр почти три минуты не мог остановиться.
За тарелкой, которая оказалась опустошена лишь наполовину его и обнаружил Шон. Правда спросить об этом он не успел, так как Лукастов снова раскашлялся, а подбежавший к нему Шон с ужасом произнёс: - Александр у тебя кровь! Я за лекарем!
- Стой! - схватив его за руку, остановил парня Александр: - Это не болезнь…кха…кха. Походу меня от магии корежит. Я слишком много энергии впитал в шатре… тут лекарь не поможет.
- Но что делать?
- Как кровь пошла полегче стало. У меня на жизненную энергию все завязано, нужно… последи за входом, попробую чуть-чуть израсходовать энергию.
После этих слов Шон, отошел к двери и подпер её изнутри, с интересом смотря за манипуляциями принца. Он же размяв правую руку, перевернул её ладонью вверх и попытался создать искру. Однако сквозь руку мгновенно прокатилась волна легкой боли, которая сразу разрушила концентрацию Лукастова.
- Твою жешь мать! - скривившись от боли сказал Александр, но приготовившись всё-таки создал ещё одну искру. Правда вместо обычной зеленоватой звёздочки на руке у него появилась четко очерченная октаграмма, чьи грани немного светились. Но на этом странности не закончились, ведь из ладони с болью начал сочиться зеленоватый туман.
На всё это Шон смотрел с некоторым священным ужасом, но вмешиваться не решался. Сам Александр подавив первый шок сосредоточился на своей ладони. В первый момент он не до конца понимал, что ему делать, но когда осознал, что несмотря на то что туман уже покинул его тело, продолжает подчинятся его воле. Проще всего оказалось пускать этот туман по кругу вокруг звезды, а сама октаграмма также начала понемногу раскручиваться правда уже в обратную сторону.
Однако попытка уменьшить радиус вращения, натолкнулась на новую стену боли, которая снова едва не нарушила концентрацию Александра. Но сжав зубы и едва не прокусывая щеку, он снова начал сжимать круг вращения. Туман начал становиться всё концентрирование жар внутри
