конкретного участка фронта и конкретного командования. В штабе ВВС ЮЗФ в это время явно царили доброта и гуманизм, которые передавались и на уровень дивизий и полков. Даже комиссары и политработники там хорошо относились к подчиненным и жалели их.
Кроме того, после страшного 1941 года, когда тысячи летчиков и самолетов сгорели в огненном горниле немецкого блицкрига, полегло большинство сталинских соколов поколения конца 30-х годов, страна крайне нуждалась в новых героях. Тех, кто пережил первое военное полугодие, старались по возможности беречь от бессмысленной гибели и сохранять в строю. Чтобы на их примерах воспитывать новое, еще «зеленое» поколение летчиков.
«Звание Героя Советского Союза накладывало особую ответственность»
В Воронеже отдохнувшим Самочкину и Кобылянскому «вручили ключи» от нового Су-2, по всей видимости, это была прошедшая капремонт машина с новым мотором. Впрочем, перелет обратно в полк затянулся из-за того, что наступила оттепель и аэродром превратился в огромную лужу. Да и начальство особо не торопило, пусть ребятки еще в тылу побудут. Тем более вскоре появился еще один повод задержаться.
27 марта был подписан Указ Президиума Верховного Совета СССР о присвоении лейтенантам Анатолию Самочкину и Ивану Кобылянскому звания Героя Советского Союза. Представление на эту награду было составлено командованием 289-го ББАП еще 11 января, когда на счету первого было 115 боевых вылетов. Теперь же, на момент награждения, таковых насчитывалось уже 135.
«Однажды приходим мы с Иваном в кино, навстречу – комиссар Андриенко, сильно жмет наши руки и поздравляет с высокой правительственной наградой, – вспоминал Анатолий. – Нам с Иваном присвоили звания Героев Советского Союза. Мы, конечно, приняли это известие за розыгрыш, тем более накануне первого апреля, и мало этому верили. Но где-то в глубине души чувства наши были затронуты. Утром приходим в свой старый 289-й полк. Командир и комиссар полка показывают правительственную телеграмму генерал-майора Шкурина и поздравляют с высоким званием. Тут же собрали небольшой митинг, все выступающие горячо поздравляли нас – своих воспитанников с высоким званием Героев Советского Союза, давали наказы еще сильнее громить врага.
Пришлось выступить мне и Кобылянскому. Я сильно волновался. О людях с таким званием много слышал, считал их подвиги необычайно великими и недосягаемыми. Но вот сейчас и я стал таким же, вошел в их строй, шагаю вместе с ними. Из своего выступления мало что помню, но товарищи потом говорили, что выступил хорошо. Неплохо сказал и мой штурман, просто и по-военному. День начался суетой и заботами. Вызывали то в редакцию фотографироваться, то в штаб фронта. Надоело до чертиков. Наконец прибыли в 209-й полк. Здесь тоже был митинг. Командир и все ребята приветствовали нас крепкими рукопожатиями. На нас с Иваном звание Героев Советского Союза накладывало особую ответственность. Ведь мы теперь должны быть на две головы храбрее и сообразительнее. Выполнять задания только на отлично, а это нелегко. Долго говорили на эту тему и решили ответить делом на эту награду.
Вечером в Доме Красной Армии получили награды, на самой обыкновенной сцене. Звездочку, орден Ленина, пару чековых и орденских книжек вручил бригадный комиссар Маланин, который пожелал нам дальнейших успехов. В зале были военнослужащие всех рангов от генерала до простого бойца. Звания Героя СССР получили четыре летчика, в том числе и мы, остальные ордена и медали».
Тут надо остановиться еще на одном моменте. 19 августа 1941 года вышел Указ наркома обороны СССР № 0299 «О порядке награждения летного состава ВВС РККА за хорошую боевую работу и о мерах по борьбе со скрытым дезертирством среди военных летчиков». Применительно к ближнебомбардировочной и штурмовой авиации пункт «Б» раздела I этого приказа устанавливал следующий порядок награждения:
– за успешное выполнение 10 боевых заданий днем или 5 боевых заданий ночью по разрушению и уничтожению объектов противника каждое лицо из состава экипажа представляется к правительственной награде и получает денежную награду 1000 рублей[164];
– за успешное выполнение 20 боевых заданий днем или 10 боевых заданий ночью каждое лицо из состава экипажа представляется к правительственной награде и получает денежную награду 2000 рублей;
– за успешное выполнение 30 боевых заданий днем или 20 боевых заданий ночью каждое лицо из состава экипажа представляется к высшей правительственной награде – званию Героя Советского Союза и получает денежную награду в размере 3000 рублей каждый.
Однако на деле эти критерии оказались совершенно некорректными. К примеру, совершить тридцать боевых вылетов, дающих право на получение звания Героя Советского Союза, в условиях лета – осени 1941 года пилоту Ил-2 оказалось крайне сложно, если не сказать невозможно! Тем более этот самолет считался чуть ли не «чудо-оружием», поэтому их, как правило, бросали на самые сложные участки фронта. Чаще всего штурмовикам ставились задачи по атаке наступающих немецких танков, вражеских аэродромов, железнодорожных станций и других объектов на направлениях главных ударов вермахта. Соответственно, Ил-2 по большей части действовали в условиях господства немецкой авиации и в зоне поражения малокалиберной зенитной артиллерии.
В итоге до конца 1941 года «Золотую Звезду» получили всего 2 летчика-штурмовика, а в следующем году – 30 человек!
А вот с Су-2 все получилось не так однозначно и даже скорее наоборот. Как уже было показано выше, ближнебомбардировочные полки понесли серьезные потери только в начале войны. К осени 1941 года почти все подразделения, вооруженные Су-2, скопились в составе ВВС Юго-Западного фронта, а там, в силу опять же показанной выше специфики, летчики имели возможность совершать множество вылетов, не неся серьезных потерь. В результате уже к концу года десятки пилотов и штурманов превзошли обозначенную в указе планку в 30 боевых заданий и даже перекрыли ее вдвое и втрое. Тот же Самочкин к середине января 1942 года формально мог претендовать уже на три-четыре «Звезды» Героя Советского Союза!
Однако массовая раздача наград в период, когда страна была на краю гибели, в планы сталинского руководства и командования ВВС явно не входила. Это потом, в 1944–1945 годах, ордена и звания героев будут щедро раздавать целым полкам и чуть ли не оптом, особо не вдаваясь в подробности. Но на дворе была первая военная весна, звание Героя надо было заслужить потом и кровью.
Характерный пример – упоминавшийся выше штурман 209-го ББАП старший лейтенант Михаил Барсуков, погибший в результате атаки Bf-109 16 февраля. Он воевал на бомбардировщике Су-2 с 24 июля 1941 года и 6 ноября того же года был награжден орденом Красного Знамени. «Т. Барсуков высоко дисциплинирован, тактичен, культурный и требовательный командир, грамотный и опытный штурман, – говорилось в представлении
