она.
— Да, направляй. И, кстати, найди мне активный телефон Ефремова. Нужно проверить, как там Семен Константинович на границе.
— Как пожелаешь, княжич.
Через пятнадцать минут в двери постучались, и Кристина пошла открывать. Степан Витольдович заглянул в гостиную и позвал меня на ужин. Поднявшись на ноги, я не стал переодеваться, скинул только пиджак.
В столовой собралась вся семья. Отец был спокоен, мать заметно хмурилась, Ксения была довольна, а вот брат ожидал с нескрываемым интересом. Заняв свое место, я сложил руки в замок и поднял глаза на главу рода.
Отец обвел нас внимательным взглядом и заговорил:
— Итак, раз все собрались, наступило время подвести итоги последних событий.
Глава 19
Прошла всего неделя, как я приехал в Москву. И своей личной цели — доступа к лаборатории — я достиг. Следующий шаг: разобраться с доступным оборудованием, определить начальные проекты — либо идти по дороге к регенерирующим тканям, либо в сторону протезирования. Эти две начальные ветки затрагивали множество одинаковых аспектов, но, как показала практика моего мира, расходятся в гораздо большем количестве вопросов. Нужно будет окончательно подтянуть теоретическую базу под свои текущие возможности, и уже оттуда строить дальнейшие практические планы.
Что же касается вопросов рода, то здесь уже было все не так однозначно. По сути, трижды на нас напали, и это не считая попытки скрыть сопричастность ЦСБ, что в другой семье вело бы к выражению недовольства всей партии царем — служба-то царская. Но мы с Михаилом II повязаны кровными узами через тетушку и можем разобраться в тишине, не привлекая постороннего внимания. Выносить сор из избы — всегда плохая тактика.
— Для начала — расследование Николаевых, — заговорил отец. — Я выступал сегодня перед царем, боярин не оправдался. Техника была, опричники это доказали. В качестве виры мы забираем себе все намеченные перед судом цели — технический комплекс «Заря» теперь целиком и полностью наш, мне даже не пришлось выкупать предприятия на нем.
Это хорошо, у меня на «Зарю» имелись планы. Комплекс представлял собой многофункциональный центр по сборке высокотехнологичной аппаратуры. Николаевы сдавали его мощности любому, кто желал использовать комплекс для своих изделий. Изначально я рассматривал его в качестве варианта для своего личного партнера в далеком будущем, но раз уж так вышло, получилось еще лучше.
— Остальное будет распродано на аукционе, и там я буду брать все, до чего хватит возможностей дотянуться, — продолжил отец. — Будем надеяться, что и их главную компанию — «НиКо» удастся выиграть, но в этот бой вступят практически все великие князья, так что драка будет серьезной. Все-таки градообразующее предприятие под Москвой — лакомый кусок.
Отец взял короткую паузу, отслеживая нашу с Сергеем реакцию.
Вопреки ожиданиям, как это бывает во многих семьях, мы никогда не враждовали за наследство. С самого рождения я знал, что быть главой рода слишком накладно. Это со стороны кажется, будто глава рода — это синекура. На самом деле тот, кто относится к этой должности халатно, очень скоро обнаруживает, что его семья пошла по миру и вынуждена распродавать активы, чтобы прокормиться.
А потому мое место — правая рука и пугало, готовый рвать врагов рода ручной убийца. И речь не столько о моих личных способностях, сколько о технических знаниях. Поставлять суперсолдат можно не только царю, но и собственному роду. Говоря откровенно, изначально именно этим я и собирался заниматься для блага рода, а царская армия оказалась хорошим способом привлечь к себе внимание Михаила II. Он мог мне не поверить или отказаться, и тогда бы я сделал Романовых сильнейшим родом в царстве, а уже после этого договаривался с государем на иных условиях.
Сергей Алексеевич же — чистокровный управленец, дипломат и политик. Он не уступал мне по силе, но при этом у него физически было меньше времени на тренировки. Так что один на один я его побеждал. Но личная сила, безусловно, важна, однако семейное единство важнее.
Здешняя история полна примеров, когда оказавшийся вне рода гениальный одаренный встречал смерть быструю и весьма болезненную. Свора собак валит медведя, каким бы крупным и сильным тот ни был.
— Это хорошо, — озвучил брат. — Диме нужна репутация, и он ее заработал. Полагаю, теперь к нам будут меньше пытаться так нагло влезать. В Москве его толком и не знали, теперь будут понимать, что лучше с княжичем не зарываться.
Отец кивнул и повернулся ко мне.
— Теперь, когда мы на деле доказали, что мы подчиняемся законам, как и все вокруг, царская партия охотнее пойдет с нами на сближение, — добавил я под взглядом князя.
Даже политические союзники нас немного сторонились, чего уж там. Многие считали, что нам все сойдет с рук, и в этом видели опасность для себя. Деловые партнеры, с которыми мы выстроили отношения, находясь в Казани, уже получали свою прибыль, но их было немного. А теперь суд доказал, что и семья царицы не выше закона, назначив мне допрос по всем правилам и без поблажек.
Так что в этом деле Романовы продемонстрировали, что способны отдать сына на болезненный и травмирующий допрос, если того требует закон. Не случись так, как случилось, я бы прошел дознание, и все было бы хорошо. У меня психика куда устойчивее, чем у Николаевых.
— Теперь к нам будут относиться спокойнее, — закончил мысль я. — И мы сможем активнее работать с царской партией, вовлекая их в наши проекты и сами участвуя в чужих.
— Хорошо, — кивнул отец. — Вижу, выводы вы сделали правильные. Теперь к великому князю Новгородскому.
Отец вновь взял паузу, переводя взгляд на супругу.
— Так как Юрий Долгоруков вместе с семьей погиб, нам больше нет причин открывать против него судебное разбирательство, — произнес князь. — Я говорил с царицей. Собранных нами улик оказалось достаточно, чтобы призвать великого князя к ответу по решению монаршего суда, но кто-то убрал его раньше, чем все закрутилось.
Матушка облизнула губы, улыбаясь.
— Как вовремя это случилось, Алеша, — заметила она. — Нам стоит опасаться мести?
— Нет, — покачал головой Романов. — Вся проблема в том, что Николаева после его тирады перед царицей должна была прикрыть супруга
