— Дюс! — окликнула Танита.
Я посмотрел на девушку, ее глаза, с вытягивающимся в щель вертикальным зрачком горели злой зеленью.
— Перекидывайся! Человеком ты не устоишь!
Рош-мах тоже поняла — вход так и не закроется.
Сдурела девка… Ну допустим чудовище послушается и я перекинусь, да вот только кто из вас после этого уцелеет?! Разве что Морра. Хотя…
Решение, на которое меня натолкнули слова кошки, пришло внезапно.
— Агаи, докладывайте последний ряд, а потом начинай колдовать. Я останусь здесь. И не смейте даже близко ко мне подходить! Слышите? Тебя, Танита, это тоже касается!
Больше я не поворачивался. Как только торопливый стук складываемых друг на друга камней сменился монотонным бормотанием волшебника, закрыл глаза и сконцентрировался на глубоко спрятанном теплом огне. Я позвал его, и он послушался.
Знакомое чувство на миг заполнило все мускулы, а потом кровь побежала быстрее, хрустнули раздвигающиеся кости, и я вдруг услышал, как рвется ткань рубашки.
Все было привычно и все было не так. Я чувствовал — тело стало крупнее, чем обычно. И сильнее. И страшнее, наверное. Хотя куда уж… страшнее-то.
Я открыл глаза и опасливо покосился на руки.
Ах ты… Как бы самому не напороться.
Теперь я видел, кем становлюсь. Наверное, колдовство застывшего зеркала Корри сняло с глаз слепоту. Но это тело отличалось: шипы подросли, заострились, став дополнительной защитой и оружием. Это они рассекли рубашку словно бритвой.
Хорошо хоть я, перед тем как ворочать камни, снял походную куртку.
— Дюс! Зайди, пожалуйста! Мы успеем заложить вход! — чуть ли не плакал сирин за спиной.
— Танита, убери его! — рявкнул я, не оборачиваясь, и добавил, — Они пришли.
С двух сторон балки, припав на шесть лап, приближались первые гости, уродливые создания размером с крупную собаку, у которых шея заканчивалась сразу утыканной белыми иглами пастью. Не меньше десятка.
Ох, и жаркая будет ночь…
Я позволил ненависти и ярости выплеснуться в звериное рычание, заставившее на мгновение замереть зубастых уродов.
Ну, подходи, тля безголовая. Будем знакомиться!
Глава 18
Самая крупная и наглая из тварей кинулась на меня, целясь в горло и пытаясь сшибить с ног.
Ах ты шушваль кладбищенская!
Я чуть отклонился и с разворота заехал шипом предплечья точно по ребрам бестии. Безголовый пес отлетел в сторону и ударился о скалу.
Звучно хрустнули кости, страшилище сползло на землю, оставшись лежать бесформенной кучей.
Стая, лишенная предводителя, зашлась тоскливым, выворачивающим душу воем, бездумно заметалась из стороны в сторону.
То один, то другой зверь делал неуверенные выпады, клацая зубами и отскакивая прочь прежде, чем я успевал дотянуться мечом.
Увертыши хреновы, думаете, я за вами зайцем скакать буду? Выкусите! Сами допрыгаете!
Я невозмутимо ждал новой атаки. Все отошло на второй план. Только краем уха слышал напевное причитание сирин, успокаивающего бившихся от страха коней, и яростное рычание рош-мах. Кажется, кошка устроилась прямо за моей спиной.
Вот девка дурная, кому велели не высовываться?
Чудища, оправившись от первой потери, взяли меня в полукруг. Два, крайние справа, слаженно метнулись вперед, отвлекая, заставляя повернуться спиной к остальным тварям.
А вот хрен вам… с опарышами!
Повинуясь движению руки, меч свистнул низом, подрубая лапы зверюгам, а потом ушел в сторону — рассек взвившегося в воздух монстра. Он рухнул мне прямо под ноги и все-таки дотянулся, сомкнул челюсти на сапоге!
Твою мать…
Теперь я знаю, что чувствует волк, попавший в капкан!
Иглы зубов, легко проткнув мягкую кожу обуви, вошли в стопу, словно нож в масло.
Боль заставила охнуть и вонзить клинок прямо в черный глаз нежити. Еще несколько сильных ударов вынудили застыть искромсанное тело вражины. Однако тварь добилась своего — я охромел. Почти сразу же в сапоге противно захлюпало.
Погано-то как… И не вовремя.
Близость добычи, ранение, а самое главное — аромат теплой крови, свели уцелевших монстров с ума. Они ринулись скопом, уже не пытаясь хитрить.
И понеслось…
Развернуться, пнуть здоровой ногой одного урода, пока он с визгом летит прочь, достать клинком другого, раскромсать ему шею.
Эх, не успеваю…
Рывок в сторону — и тварь, промахиваясь, проносится мимо, прямо в лапы оборотня. Свирепый рык, шум возни — конец зверюшке!
Умница девочка!
Рубящий удар — и нет головы. А впрочем, ее и так не было, только кусок шеи с челюстями срезал.
Паноптикум уродов, а не Пустошь. Любого обитателя за деньги в бродячем цирке показывать можно.
От броска последнего монстра я уходить не стал, принял в объятия как лучшего друга, после чего свернул ему шею.
Все. Пока все.
Теперь надо обойти трупы и отрубить то, что сходило за голову.
Бог его знает, насколько живучи эти твари, без башки оно надежнее будет.
— Дюс, ты цел? — тревожно спросил Агаи, не рискуя, впрочем, высовываться.
— Почти, ногу покусали, — откликнулся я, переводя дыхание.
Короткая схватка заняла совсем мало времени, но пот успел залить глаза.
Я достал платок, вытер лицо и матюгнулся, наткнувшись на вылезшие вперед клыки.
Красавчик, что и говорить. Ничуть не лучше шестилапых уродов. Смело можно в бродячем цирке выступать, вместо хищников.
— Подойди, я полечу.
Теперь голос прозвучал значительно ближе, видно сирин подобрался вплотную к выходу.
— Уйди, Агаи. Я не могу пока стать человеком! — рыкнул не оборачиваясь, без особой надежды на послушание.
Этот дурень редкостный упрямец, с первого раза не понимает.
— Не уйду! — ощетинился волшебник, — Не хватало, чтобы мой товарищ истекал кровью! И не боюсь я твоего вида! Тоже мне, нашелся страх господень.
Последние слова он проворчал уже сидя на корточках около моих ног.
— Я не буду смотреть вверх, — примиряющее пробормотал волшебник, трогая за голенище сапога.
Да и демон с тобой! Твои мозги выкипят, не мои. Будете с Танитой безупречной парой!
Аптекарь управился быстро: замазал раны вонючей мазью, перевязал, а затем начертил на перевязке несколько рун.
— Чтобы кровотечение унять, — не поднимая головы, сказал волшебник и, не дожидаясь вопросов, пояснил, — Слюна ядовитая — свертываться не дает.
То-то подозрительно много кровищи натекло. Значит, зря я ругался, без срочного лечения было не обойтись.
Надеть сапог после завершения врачевания с первого раза не получилось: нога распухла прямо на глазах. И снова помог сирин, он поколдовал, сгоняя отек, и добавил обезболивающее заклинание.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
