– Куда они делись? – с изумлением спросил Артем. – Только что здесь же были!
– Да пьянь какая-то, увидели нас и смылись, – подал голос Толстый.
– Да хрен знает… – протянул сержант и обернулся ко мне:– Алекс, давай поехали, поехали.
Блин, и этот туда же – наслушался в Змеином, как меня парни с поезда называют. Поморщившись, я тронул «уазик» вперед потихоньку, внимательно осматривая дорогу. Обернувшись, глянул на Толстого и подумал о том, что он сидит на самом дальнем месте от окон, видно ему плохо. Но, если действительно эти два тела были обычной пьянью, я только рад. И все же какая-то неправильность запала мне в память.
Эхо двигателя последний раз в густой темной тишине отразилось от близко стоящих к дороге пятиэтажек, и мы выехали на площадь. У здания отдела стояло машин восемь, в основном «буханки» и пара обычных «козликов». Стояла еще пожарка, беззвучно помаргивая синей мигалкой. Та самая шишига, которую я у морга видел. Суетились рядом люди, несколько окон светило ровным электрическим светом. Ровный свет был и в стоящем напротив здании администрации. Как раз когда мы въезжали на площадь, человек пять выбежали из ОВД и скрылись в мэрии. А там у крыльца машины были в основном импортными в противовес стоящим у отдела полиции. Все сплошь на больших широких колесах и с плавными обводами. Интересно, а паркетник обиженный тоже там стоит – не к месту подумалось мне.
– Мне так обязательно идти? – раздался сзади голос разбуженного Геши.
Толстый, как я заметил, только кинул на него раздраженный взгляд, отвечать не стал.
– Да ладно, ладно, спросить, что ли, нельзя… – нудел между тем Геша, сладко потягиваясь после сна.
– Все, парни, пошли скорей, – Артем уже вылез из машины и ждал нас. – Не, не пошли, – вдруг осмотрел он нашу компанию, – давайте-ка оружие в машину.
– Во, я как раз и посторожу, – вскинулся Егор.
– Пошли, сторожитель, – сказал ему Толстый, накрывая дерюгой оружие. – Ничего здесь не случится, машину только закрыть надо, – сказал он и посмотрел на Артема. Тот согласно кивнул.
Парни подождали, пока я закрывал двери, потом тесной гурьбой мы все вместе пошли к крыльцу. Видок еще тот у компании, осмотрелся я – сразу и не поймешь, что за братия. Толстый и Геша в оливковых прыжковых костюмах, только один в берцах по колено и модной жилетке, второй в кроссовках. Джексон в охотничьем костюме камышовой расцветки, я в горке и сержант впереди, в бушлате и кроссовках, которые он так пока и не переодел.
Артем открыл входную дверь и остановился, пропуская всех вперед. Ввалились в помещение, вызвав некоторый переполох, – я со своим лицом питерского интеллигента положение не спас, Жека парень хоть и не очень здоровый, но взгляд у него тяжелый, исподлобья, у Толстого вообще рожа протокольная. Ну и Геша помятый со сна тоже в картину вписался. Дядьки в форме и без начали переглядываться, заметно удивившись появлению такой незнакомой гопоты и уже надумали заволноваться, когда сержант выступил из-за наших спин.
– Мужики, Митрич где? – Появление знакомого лица вкупе с упоминанием подполковника сразу всех успокоило, и помещение вновь заполнил гомон предельно занятых людей.
На нас тут же перестали обращать внимание, только дежурный за стойкой неопределенно махнул рукой в сторону, куда мы и двинулись, шаркая каблуками по деревянному полу.
Подполковник в компании человек пяти, среди которых я заметил пару военных, находился в помещении, которое было столовой еще с утра. Сейчас же большинство столов было сдвинуто, и на них расстелили карты. Между картами вразнобой дымились кружки с кофе и ежики полных с горкой пепельниц, в одной из которых чадила плохо затушенная сигарета. Фу, блин, ненавижу, когда так оставляют. В воздухе хоть топор вешай, так накурено. На одном из столов, стоящем в углу и накрытом ретроклеенкой, белой в синюю клетку, сидел парень в песочке рядом с рацией, монотонно повторяя что-то, сжимая тангенту. В углу прямо на полу спали несколько человек, на солдат похожих.
Мы встали гурьбой в проходе, ожидая, пока на нас обратят внимание. Внимания на нас не обращали долго, и я услышал много интересного, но, к сожалению, мало что понял. Тут Митрич заметил, что многие косятся в нашу сторону, и обернулся:
– Оба-на, кто приехал. Давайте за мной, – бросив пару слов своим собеседникам, подполковник скрылся в коридоре, и мы в быстром темпе зашагали за ним, пока не уперлись в обитую дерматином дверь.
– Ты старший? – обратился он к Толстому, обернувшись, тот только кивнул. – Пойдем тогда, Артем, ты со мной, а вы, парни, подождите пока, – Щербаков указал рукой на несколько скамеек в закутке, по три сиденья в ряд, с откидывающимися спинками.
Они втроем скрылись за дверью, а мы примостились на скамьях. Я поерзал чуть, пытаясь удобно устроиться, и ушибленная еще вчера задница сразу заныла. На сиденье было не развалиться, мешали деревянные подлокотники. Геша с Жекой присели и начали тихо переговариваться, даже меня о чем-то спросили, но я только махнул рукой и, плюнув на все, слез со скамейки и просто завалился на пол. Лег, и сразу стало неудобно руке под головой, заныли бока. Я даже начал думать, что зря, как дурак, на полу валяюсь. Только подумал и тут же вырубился.
Сколько раз уже за пару дней я мучительно пробуждался. Сейчас, правда, в отличие от предыдущих побудок, сразу понял, где я и кто я. Вот только в глаза как песка насыпали, с трудом открыл. Разбудивший меня Геша уже двинул по коридору, и я, чертыхаясь, поплелся за ним. Синхронный перестук шагов по деревянному полу все удалялся, пришлось даже перейти на бег, чтоб догнать. Естественно, влетел в спину остановившемуся Геше, тот даже подскочил от неожиданности. Видно ничего не было, свет от фонаря, который нес Артем, до нас почти не доходил. Следом за сержантом мы прошли в кабинет, расселись вокруг одинокого стола, и вскоре нам принесла поднос с чаем миловидная женщина лет тридцати пяти. Тоже сотрудница, судя по тому, что из-под ее дубленки выглядывал краешек форменной серой юбки.
– Елена Николаевна, – обратился к ней Артем, – Щербаков сказал здесь нам его ждать?
– Нет, он просил тебя к нему в кабинет сходить, Зорин там уже, – покачала головой она и, махнув полой дубленки, вышла, оставив за собой приятный аромат парфюма. Следом за ней вышел и Артем.
25 апреля, поздний вечер
Ермаков Станислав, Красный Бор
Стас, Дим-Дим, Ольга и Ира расположились в одной из комнат поместья, и парни раскочегарили печку. Стас подобную в первый раз видел – не русская, большая, а просто колонна, диаметром в метр примерно. И стоит ближе к углу, наполовину вросшая в стену. На две комнаты сразу. Дров натаскали с улицы, уже наколотых – бойцы времени не теряли. Поначалу все заволокло дымом – давно не протапливали. Минут пятнадцать в комнате стояла серая пелена, потом дымоход нормально заработал. Огонь радостно разгорелся, потрескивая, с шипением встречая закинутые в печь поленья. Помещение озарилось оранжевыми отблесками, проникающими сквозь небольшие отверстия в двери печки. Чуть погодя стало тепло и уютно, несмотря на ободранные стены и почти полное отсутствие мебели.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
