Филиппа задумалась. Что-то было здесь не так. По щекам Ханны текли слезы, когда она говорила:
– Ой, Филиппа, не могу сказать, как я рада тебя видеть! Мы так скучали по тебе!
Последний раз Ханна виделась с Филиппой полгода тому назад, когда она с мужем Аланом приезжала в Западную Австралию.
– Я тоже скучала по тебе, – тихо сказала Филиппа, вдруг почувствовав, что больше всего на свете ей сейчас хотелось бы находиться где угодно, только не здесь.
– Чарми! – воскликнула Ханна. – Мы все думали, что ты в Огайо. Почему ты не сказала нам? Мы раньше никогда ничего не скрывали друг от друга.
– Разве мы скрываем что-нибудь друг от друга сейчас, Ханна? – спросила Филиппа.
И опять в темно-карих глазах Ханны промелькнуло выражение страха. Однако она продолжала улыбаться.
– Что ты имеешь в виду, Филиппа?
Их неожиданно перебила Чарми:
– Где у вас здесь можно выпить?
Они прошли через приемную в холл, который в тот момент был пуст. Вдоль одной стены располагался бар с зеркальной стенкой, в которой отражались величественные современные небоскребы и пальмы, поскольку бар был расположен напротив окна. Чарми направилась прямо к бару, взяла бутылку джина и фужер.
– Что будете пить?
– Мне ничего, – сказала Ханна. Она вытянула слегка дрожащие руки и сказала: – Слишком много кофе!
– Я буду пить лимонад, – сказала Филиппа, опускаясь в объятия мягкого дивана. – Так приятно видеть тебя, Ханна. Как детишки? – «Детишки» давно уже выросли и имели собственные семьи. Филиппа была крестной матерью средней дочери Ханны, названной в честь крестной.
Пока Ханна тараторила, посвящая Филиппу в семейные события: «Джекки прекрасно учится в Санта-Барбаре, а мы всегда считали, что она не честолюбива», – Чарми разлила напитки и принесла их дамам, расположившимся на диване. Протянув Филиппе лимонад и пригубив свой терпкий джин, она уселась рядом с Ханной и произнесла:
– Эстер опять влюблена.
– Да, я знаю, – осветила Ханна. – Джекки рассказывала мне. Она говорит, что Эстер и ее парень так и ходят по школе, как сиамские близнецы. – Дочь Ханны была одного возраста с дочерью Филиппы, девочки росли вместе и теперь учились в одной школе.
– Теперь твоя очередь становиться бабушкой, Филиппа! – сказала Ханна.
Потягивая лимонад, Филиппа смотрела на подруг сквозь солнечный луч с пляшущими в нем пылинками. Ханна со своими короткими темными волосами, неизменно в коричневато-бежевых тонах, была похожа на воробья рядом с яркой Чарми, одетой в блестящий ярко-зеленый жакет с вызывающей желтой пластмассовой бижутерией, длинные светлые волосы на макушке были перехвачены шарфиком. И опять Филиппа почувствовала острый приступ ностальгии по прежним дням, по всему тому, что связывало их.
– Ну и как оно – оказаться опять здесь? – спросила Ханна с мягкой улыбкой.
– Еще не знаю, никак не отойду от самолета.
– Сообщи Ханне хорошую новость, – сказала Чарми, позвякивая пластмассовыми браслетами!
– Какую хорошую новость, Филиппа?
Прежде чем Филиппа успела ответить, Чарми произнесла:
– Иван Хендрикс считает, что нашел сестру Филиппы.
– Правда? На этот раз он уверен? – спросила Ханна.
– Но мы не уверены. Иван улетел до нас; он продолжает заниматься этим делом. Она живет в «Стар». Ты что-нибудь знаешь о нем?
– Я слышала. Ты знаешь Джулиану Ливингстоун, эту важную даму? Я случайно встретилась с ней примерно неделю назад, и в разговоре она упомянула, что получила приглашение на рождественский бал в «Стар». Я так поняла, что это большая честь.
– Почему ее пригласили? Она знакома с хозяйкой?
– Не думаю. Она сказала, что представления не имеет, почему ее пригласили. Но в городские списки приглашенных всегда включают кого-нибудь вроде Джулианы – тех, кто имеет вес.
– Так вот почему ты приехала? – воскликнула Ханна, и в голосе ее явственно прозвучало облегчение. – Потому что Иван, возможно, нашел твою сестру?
Вдруг Филиппа почувствовала себя смертельно усталой. Ей хотелось одного: вернуться в гостиницу и лечь.
– Я вернулась, Ханна, потому, что у нас возникла проблема.
Ханна посмотрела на Чарми, затем перевела взгляд на Филиппу: – Что за проблема?
– Завтра я созываю совет директоров, Ханна. Я хочу встретиться с каждым из руководителей и хочу, чтобы они отчитались по всем отделам, а затем я проверю счета корпорации. Чарми предупредила меня, что там что-то не сходится, я должна разобраться.
Говоря это, Филиппа не сводила с Ханны глаз, и ей показалось, что та несколько переменилась в лице.
– Ведь с твоими счетами проблем нет, не так ли, Ханна?
– Нет, конечно. А что за проблемы?
– Ошибки, несоответствия в цифрах, которые нельзя объяснить. Например, счета от компаний, которых не существует вообще.
Ханна принялась теребить браслет на правой руке.
– Нет, я ничего такого не встречала. Если бы что-то было, я бы доложила. О Боже, – сказала она со смешком, – ты меня просто убила! Так в чем все-таки дело?
– Я объясню на совете директоров, когда у меня будет больше фактов.
– Мы с Аланом собираем компанию на Рождество, ты просто должна прийти. Может быть, и Эстер и Джекки смогут приехать со своими приятелями. И ты тоже, Чарми, если не уезжаешь в Огайо.
– Не могу обещать, – сказала Филиппа. – Смотря как сложатся дела. Но я знаю точно, что через четыре дня я буду проводить совет директоров в Палм-Спрингсе.
– Палм-Спрингсе? Почему не здесь?
– Потому что «Стар» находится в Палм-Спрингсе, а я не знаю, сколько я еще здесь пробуду. Но Палм-Спрингс прекрасен в это время года, – улыбнулась Филиппа. – Я думаю, поездка через пустыню пойдет тебе на пользу. Оторвет тебя от твоего хаоса.
Дверь отворилась, и вошел человек.
– Ханна, вот ты где, – сказал он. – Я искал тебя…
Он уставился на Филиппу, затем широко улыбнулся:
– Филиппа? Как я рад тебя вдеть! Какой приятный сюрприз!
Алан Скейдудо, муж Ханны, был главным финансистом «Старлайт индастриес». Они оба работали в компании с тех же пор, что и Филиппа с Чарми, то есть были среди основателей.
– Ты насовсем приехала? – спросил он, заключая ее в объятия. Алан был не выше Филиппы – пять футов восемь дюймов, – и он добавлял себе рост, нося пятисантиметровые каблуки. Он также вживлял себе волосы, и когда приблизился к ней, она заметила маленькие точки надо лбом.
– Филиппа говорит, что здесь у нас проблемы, Алан, – быстро вставила Ханна. – Она собирает чрезвычайный совет директоров.
– Да, вот эта история с «Мирандой интернейшнл».
– Что тебе удалось узнать, Алан?
– Боюсь, что немного. Я говорил с президентом фирмы по телефону, неким Гаспаром Энрикесом. Он заверил меня, что у них вполне дружелюбные намерения. Однако, когда я спросил, подпишут ли они соглашение о невостребовании долгов, он отказался. Правда, очень вежливо.
