ее одолевала бессонница, она обычно вставала и начинала хлопотать по дому, но сейчас она боялась разбудить Сабиру и Катю.
«А может, я зря так взволновалась? Может, Нюра никак не связана с этим ножом?» От этой неожиданной мысли она даже слегка привстала. «Все-таки пенсионные деньги у нее пропали, сумка-то пустой оказалась. Может быть, ее ограбили? Только зачем же она в лес пошла? Нет, совпадение слишком большое: нож пропал, а на следующий день уже убийство. Не уберегла ее я. И каким боком тут геологи? Они-то откуда знают?» В конце концов, сон все-таки сморил Таисью Кирилловну.
Утро следующего дня выдалось хмурое, под стать настроению. Дождя, правда, не было, но все небо закрыли мрачные темные тучи, напоминая людям, что до конца лета осталось совсем чуть-чуть, и очень не за горами.
Бабушка Кати встала рано, но девушек будить не стала — пускай подольше поспят. Переделала много домашних дел и накрыла стол к завтраку. Тут и Сабира с Катей проснулись. За завтраком они почти не разговаривали — всех немного страшила перспектива снова идти в этот дом.
На улице людей по-прежнему почти не было, правда, погода не располагала к прогулкам.
Дом встретил Сабиру, Катю и Таисью Кирилловну тишиной.
— Ох, что-то часто мы стали сюда ходить, — поежилась Сабира.
— Ничего, Бог троицу любит, как у нас говорят, — невесело усмехнулась Таисья Кирилловна. — Больше вам не придется сюда ходить.
Она сразу подошла к сундукам в дальней комнате, на которые обратили внимание подруги в свой первый приход. Таисья Кирилловна подняла тяжелую крышку, прислонила ее к стене, и все заглянули внутрь. Там лежали подшивки старых газет.
— Здесь все на месте, — задумчиво проговорила Таисья Кирилловна. — Ничего не пропало.
— Значит, Сергей ни при чем, — радостно сказала Сабира.
— Но заметка-то про убийство у него была, — резонно возразила Катя.
— Ну, мало ли, — пожала плечами Сабира.
— Ладно, девоньки, пойдемте домой, — вздохнула бабушка Кати.
Когда они вышли на улицу, зарядил мелкий осенний дождь. Все трое вернулись домой.
Глава 12
На душе у подруг было также сумрачно, как и на улице. Когда они вернулись, Таисья Кирилловна занялась домашней работой, а Сабира и Катя после обеда выползли на крытое крыльцо. К их сумрачному настроению прибавилась еще одна неприятность. За два дня на покосе они много работали, и сейчас у них болели и ныли все мышцы.
— Ой, Катя, как это раньше люди косили несколько дней подряд, а потом стога ставили, — простонала Сабира. — Кажется, все мое тело состоит из мышц, и все они болят.
— Да уж, мне немного полегче, чем тебе, но тоже все болит. Ничего, через пару дней все пройдет, вот увидишь.
— Через пару дней?
— А ты как думала! Мы с тобой спортом не занимаемся, а две дороги до покоса и обратно прокрутили педалями, да еще работали. Ничего, завтра уже легче будет. Ты, главное, не думай про ноющие мышцы, а подумай о чем-нибудь другом.
— О чем? — проныла Сабира.
— Например, о том, как бы нам побольше узнать о тех дух девушках, которые погибли здесь еще до революции.
— Да, — оживилась Сабира. — Я и забыла о них. Но ведь твоя бабушка сказала, что тогда убийцу поймали, это был какой-то парень, который встречался со второй девушкой.
— Все равно надо бы узнать об этом больше, — задумчиво произнесла Катя.
— Можно, конечно, снова в тот дом сходить, — нехотя протянула подруга, — но как-то не хочется, честно говоря.
— Нет, туда мы больше с тобой не пойдем. Я видела, что ключ от дома бабушка с собой взяла, она его в карман положила. Мы, конечно, можем попросить ее сходить с нами, но, думаю, что она скажет, чтобы мы не лезли не в свое дело.
— Да, — согласилась Сабира. — Кстати, Таисья Кирилловна явно не все нам рассказывает, думаю, она знает об этом деле гораздо больше, чем говорит.
— Представляешь, даже я не знала, что это дом ее бабки Серафимы. Хотя про саму Серафиму я ко-гда-то слышала, бабушка как-то упоминала, что она тоже была знахаркой, и очень хорошей.
— Скрытная она у тебя.
— Да, она всегда такой была. Зато она людям помогает, и добрая.
— Слушай, Катя, а я знаю, где мы может про те убийства узнать! — вдруг триумфально провозгласила Сабира. Ее глаза загорелись, она, казалось, даже забыла про ноющие мышцы.
— Где? — нетерпеливо спросила Катя.
— Да в архиве. У вас ведь должен быть городской архив.
— Конечно, он расположен не далеко от центра города. Завтра пятница, он должен работать. Кстати, Сабира, там ведь Валентина наша работает.
— Здорово, давай завтра прямо с утра туда и сходим.
Так они и решили.
***
— Сабира, мы тут со своим делами чуть важное мероприятие не пропустили, — с этими словами Катерина обратилась к подруге, как только они проснулись на следующий день.
Девушки спали в горнице, одна на кровати, другая на диване.
— Какое мероприятие? — недоуменно произнесла Сабира, потягиваясь. — Мы же с тобой в архив собирались с утра.
— Ну да, но ведь сегодня пятница, а это мероприятие будет завтра, в субботу. Я только сейчас о нем вспомнила.
— О чем?
— Са-бан-туй, — по слогам произнесла Катя.
— Сабантуй? — удивилась Сабира. — Это же не русский праздник, он, по-моему, татарский.
— Ну, мы же на Урале живем, здесь много разных народов, и у каждого свой праздник.
— И как он здесь проходит? — спросила Сабира. — Я как-то была на сабантуе в Казани, меня к родственникам в гости возили, но я тогда совсем маленькая была, мало что помню.
— У нас в Каслях он бывает раз в год, в конце лета. Он как раз приходится на эту субботу. Пойдешь со мной? — на всякий случай, решила уточнить Катя.
— Конечно, пойдем. А Сергей с Костей там будут, как думаешь?
— Посмотрим, но, думаю, они там обязательно появятся. Кстати, нам ведь уже надо подумывать о возвращении в Свердловск.
— Да, лето как-то быстро проходит. Совсем домой не хочется.
— Да, мне тоже. Но это на следующей неделе, а пока у нас с тобой еще много дел.
За разговорами девушки незаметно встали, умылись. Таисья Кирилловны дома не было, ворота были закрыты на ключ, и он, как обычно, был брошен около подворотни во дворе.
— Бабушка, скорее всего, отправилась с утра пораньше в церковь, — предположила Катя. — Я думаю, она скоро подойдет. Давай без нее завтракать.
— Чем нас сегодня порадует твоя бабушка? — с интересом спросила Сабира.
Стол на середе был прикрыт холстяной салфеткой. Девчонок ждали отварные яички и еще теплые оладьи.
