Напрягшаяся было под его ладонью спина заметно расслабилась. Тим улыбнулся:
– Слушай, сегодня был тяжелый день. Давай спать, а?
Липа вздохнула:
– Не могу.
– Что ты не можешь?
– Спать не могу. Выспалась, понимаешь ли. Что ты со мной утром сделал?
– Ничего особенного, расслабляющий массаж. А давно у тебя это?
– Что – это? – насторожилась она.
– Ну, головные боли, скачки настроения?
– Нет у меня никаких скачков!
– Есть.
– Это реакция на стресс.
– На какой стресс? – осторожно поинтересовался он.
– Ну, на тебя, например. И еще на квартиру эту…
– А что не так с квартирой?
Она упрямо тряхнула головой, сказала:
– Все с ней в порядке, просто привыкнуть никак не могу.
Она врала – это было ясно, как божий день. Она что-то знает, но не хочет ему рассказывать. Ну ладно, он потерпит. Хотя, судя по недавним событиям, кому-то уже надоело ждать.
– А хочешь, я сделаю так, чтобы ты уснула? – предложил Тим.
– Так, как утром?
– Да.
– Подожди, я только включу будильник.
– Зачем?
– Завтра мне на работу. А у тебя получится? Я же и так весь день проспала.
– Ну, попробовать-то можно.
– Ладно, пробуй…
Он попробовал, и у него получилось: минут через пятнадцать Липа уже спала сном младенца. А вот его собственный сон куда-то исчез. Тим осторожно встал, прошел в кабинет, включил ноутбук. Лучшее средство от бессонницы – это работа.
* * *
Липа проснулась в половине шестого, сама, без будильника. Чудеса! Открыла глаза, огляделась. Чернова в спальне не было. Неужели встал раньше ее? Везет ему, она всегда завидовала «жаворонкам», для нее же утреннее пробуждение всякий раз являлось настоящей пыткой. Но только не сегодня.
Сегодня на душе было легко и радостно, и не осталось никаких сожалений о том, что случилось ночью – еще одно маленькое чудо. Она переспала с незнакомым мужиком и не испытывает угрызений совести.
Липа набросила халат, вышла из спальни, обошла квартиру. Чернов нашелся в кабинете – спал на диванчике. Ей вдруг стало горько и обидно, и давешнее хорошее настроение тут же улетучилось, а из далеких тайников души выползли-таки угрызения совести.
Она переспала с незнакомым мужиком, а мужик, когда все самое интересное закончилось, собрал вещички и убрался на «свою половину». Вот так все прозаично: чистый секс и никакой романтики.
Липа осторожно прикрыла дверь кабинета, прошлепала в ванную умываться. Какое счастье, что у нее сегодня дежурство! Она уйдет из дому на целый день, а к тому времени, когда вернется, даст бог, Чернов уберется по своим неотложным делам, и не придется ни разговаривать с ним, ни делать вид, что ничего особенного не произошло…
Тима разбудила кошка: запрыгнула ему на грудь, принялась громко мурлыкать. Он открыл глаза, погладил кошку. Минувшей ночью он заработался, и когда оторвался от ноутбука, за окном уже светало. Хотел было вернуться к Липе, но передумал. Зачем? Сна осталось пара часов, можно и на диванчике перекемарить.
Это ему так думалось, что пара часов, а оказалось, что на будильнике уже половина одиннадцатого. Липа, наверное, ужа давно на работе, а ведь он собирался проснуться вместе с нею, накормить ее нормальным завтраком, а не теми ужасными полуфабрикатами, которыми она, по всей видимости, привыкла питаться. Как же он так проспал?
На кухне царил идеальный порядок, только в мойке стояла чашка с недопитым кофе. Похоже, по утрам Липа вообще не ест, а это очень плохо. И кофе на голодный желудок – прямой путь к язве.
Сам Тим уже давно приучил свой организм к плотному завтраку и таких вот бестолковых девиц, как Олимпиада Мартьянова, не одобрял.
Вообще-то, положа руку на сердце, раздражало Тима не то, что он не успел блеснуть своими кулинарными талантами, а то, что Липа ушла, не разбудив его или, на худой конец, не написав записку. Что-нибудь типа: «Милый, я на работу! Не скучай, целую». Неужели так сложно?! Или: «Милый, как твоя рана?» А она свалила по-английски, точно прошлая ночь ровным счетом ничего не изменила в их отношениях.
Тим уселся на табурет, потер заросший щетиной подбородок, потрогал повязку. А может, девчонка права и не стоит придавать излишнего значения таким мелочам, как случайный секс? Особенно в свете грядущих событий. Очень скоро они с Олимпиадой Витальевной окажутся по разные стороны баррикад. И прошлые романтические отношения могут многократно все усложнить. А ему сложности не нужны. И угрызения совести тоже. Так что недавний эпизод лучше считать досадным недоразумением и подобных ошибок больше не повторять.
Не то чтобы Тиму сразу полегчало, но первый шаг в правильном направлении он сделал. Вторым шагом станет тщательный обыск квартиры. Возможно, ему повезет, и он сразу же найдет то, что ищет, и с Олимпиадой Витальевной Мартьяновой можно будет расстаться полюбовно: ему – отцовская игрушка, ей – квартира. Это был бы самый оптимальный вариант, самый человечный.
Тим достал из кармана связку ключей. Ключи эти по приезде в Россию он получил от поверенного отца. Увы, к связке не прилагалось никаких инструкций и комментариев. Вот тебе и шарада.
Всего ключей было четыре. Первые два однозначно от входной двери в эту квартиру. Так сказал поверенный, и у Тима не было оснований ему не верить.
Третий ключ – массивный, с виду старый, предназначенный скорее всего для навесного замка. Он сразу породил резонные вопросы: где тот замок и где дверь, на которой он висит?
С четвертым ключом тоже ничего не ясно. Маленький, плоский, изготовленный с помощью лазерных технологий. Скорее всего это ключ от сейфа. И снова вопрос – где тот сейф?
Помимо ключей на связке был еще и брелок. Сильно вытянутая в высоту четырехгранная стеклянная пирамида. На каждой из ее сторон выгравировано по комбинации цифр. 1/7, 2/5, 3/1, 4/0. Сначала Тим думал, что это какой-то код, но очень скоро понял, что это просто адрес вот этой вот квартиры. Семьдесят пять – номер дома. Десять – номер квартиры. А один, два, три, четыре – это последовательность, в которой цифры следует читать. Одной загадкой меньше, а толку-то?
Ну ничего, лиха беда – начало. Тем более кое-что удалось все-таки узнать. Вчера днем он побывал в домоуправлении, и за небольшую мзду в сто евро ему разрешили ознакомиться с планом дома, сделали ксерокопию, а еще сообщили, что за последнюю сотню лет дом постоянно перепланировался и, если уважаемому господину Черноффу нужен изначальный план, то лучше бы ему обратиться в архив.
Тим обратился и получил почти все, что его интересовало, на сей раз почти бесплатно, уплатив в кассу какие-то смешные деньги.
