— Ещё чего, — бросил Джонатан с усмешкой. — Мой мир — мои правила, — он встал и подал ей руку. — Потанцуем?
Патефон хрипло мурлыкал джазовые мелодии, спотыкаясь на пылинках и царапинах, но всё это было неважно: в их сердцах сейчас играла совсем другая песня, — рождённая под звёздным небом Аверсайда, в их первую встречу, и впервые услышанная там же, в зеркальном мире, на глазах у заходящего солнца.
Виниловая пластинка совершила последний оборот, и музыка смолкла, растворившись в пламени свечей, но Элис и Джонатан продолжали медленно кружить по импровизированному танцполу, — им не нужна была какая-либо другая музыка, кроме своей собственной. Потолок то удалялся, то приближался, и почему-то это казалось очень забавным.
— Элис, мы ещё не поднимали бокал за тебя, — спохватился Джонатан и шагнул к барной стойке, не отпуская её руку. — Это надо немедленно исправить.
— Непозволительное упущение с твоей стороны, — Элис кивнула с подчёркнуто серьёзным видом, но в последний момент не выдержала и расхохоталась, громко и заразительно. Сегодня в ней проснулся дерзкий кураж и упрямое нежелание противиться обстоятельствам. Ей хотелось лишь одного: чтобы этот вечер никогда не заканчивался.
Джонатан помог ей надеть шубу, и они вышли на улицу под летящий снег. Элис попыталась застегнуть пуговицы, но руки её не слушались. Тогда она оставила эту затею и просто запахнулась, прячась от ветра.
— Надо поймать такси, — девушка сделала шаг и чуть не упала, поскользнувшись на коварном льду, припорошённом свежевыпавшим снегом.
— Осторожно, скользко, — предупредил Джон и тут же растянулся прямо посреди тротуара, неуклюже взмахнув руками.
Элис ехидно захихикала.
— Что смеёшься? — слегка обиженно буркнул он, поднимаясь на ноги. — Такси уже не поймать, слишком поздно. Это тебе не Грейстоун. Ты где остановилась, далеко? Там есть стационарный портал?
— Есть, — она икнула. — Но я не помню ко… координаты.
— Понятно, — Джонатан глубоко вздохнул и, слегка наморщив лоб, провёл рукой по воздуху. Спустя несколько неудачных попыток ему с грехом пополам удалось открыть работоспособный портал. Сугробы празднично заискрились в лившемся из него серебристом свете.
— Извини, у меня не прибрано, — он взял Элис за руку и шагнул вперёд.
Глава девятая. Победа любой ценой
Когда Элис открыла глаза, Джонатан ещё спал. Она зевнула и с любопытством огляделась по сторонам.
Пожалуй, это был самый удивительный дом из всех, в которых ей когда-либо приходилось бывать. Высоченный потолок заканчивался округлым куполом. В это пространство легко уместилось бы два, а то и все три этажа обычного многоквартирного дома. Стены, украшенные синей, голубой и белой майоликой, образовывали правильный пятиугольник. Одну из стен занимал массивный камин, в котором уютно потрескивали поленья. Присмотревшись, Элис поняла, что огонь ненастоящий, а всего лишь иллюзия. На полу перед камином лежал толстый ковёр из снежно-белого клочковатого меха.
Воды в стеклянном кувшине хватило на полстакана. Пришлось довольствоваться водой из-под крана, холодной как лёд и с неприятным металлическим привкусом.
Неслышно ступая по каменному полу, Элис подошла к окну, — огромному, в два человеческих роста. В узкую полоску пространства между оконной рамой и шторами пробивался дневной свет.
"Сколько времени? И вообще, какой сегодня день?"
Она подняла манжет рубашки и ощупала правое запястье. Часов не было. Потеряла?
Стараясь не шуметь, Элис обошла помещение по часовой стрелке, одновременно проверяя свои карманы, но так и не обнаружила пропажу.
"Может быть, я уронила их где-то на улице? Браслет расстегнулся, и часы упали в снег, а я и не заметила".
Смутно припоминая, как они с Джоном полночи сидели у камина и травили анекдоты, поджаривая на шампурах кусочки зефира, Элис протиснулась между креслами и остановилась напротив комода. Верхняя полка была уставлена коллекционными моделями летательных аппаратов: самолетами, аэробусами, планерами. Был здесь и вертолёт, похожий на взбивалку для безе, и продолговатый, напоминающий баклажан пузырь, с длинной пассажирской гондолой и трёхлопастными пропеллерами. Дирижабль — Элис вспомнила его название. В её мире таких не строили.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
Девушка аккуратно сняла с полки курносый биплан и взвесила на ладони. Серебристый металл был лёгкий, как бумага.
Свои часы она так и не нашла, зато нашла часы Джонатана, — на журнальном столике, рядом с парой пустых бокалов и бутылкой из-под игристого вина. Стрелки показывали половину двенадцатого.
Тихо, чтобы не разбудить агента, Элис обулась, взяла одежду и выскользнула за дверь. Ей надо было спешить на встречу с Тайлером.
По счастливому стечению обстоятельств железнодорожный мост, о котором упоминалось в записке, находился в нескольких минутах ходьбы от квартала, где она оказалась, выйдя на улицу. Поэтому Элис явилась на условленное место даже раньше положенного. Оставалось дождаться Тайлера.
Каждые несколько минут по мосту над её головой с грохотом проносился скорый поезд. Элис спустилась к реке, но лёд выглядел ненадёжным, и она остановилась у самого берега. Противоположный берег терялся в тумане.
Время шло, а агент всё не появлялся. Элис начала было думать, что Тайлер не смог отыскать благовидный предлог, чтобы отправиться в Реверсайд, как вдруг заметила на крутой насыпи у чугунной опоры моста небритого мужчину в вязаной лыжной шапочке, спортивной куртке с меховым воротником, потёртых брюках и высоких горных ботинках на шнуровке. Шея была замотана шерстяным клетчатым шарфом. Он медленно брёл по насыпи, рассеянно озираясь по сторонам.
"Это ещё что за фрукт?" — с раздражением подумала Элис, сердито щёлкая пальцами. — "На шпиона вроде не похож. Шёл бы домой. Что он тут ошивается? Мёдом ему, что ли, здесь намазано? Времени нет, Тайлер может появиться с минуты на минуту".
Мужчина поднял голову и пристально посмотрел на Элис.
— Постойте-ка… — девушка прищурила глаза, стараясь не моргать. Мгновение, — и личина соскользнула вниз, осыпалась, как сухая штукатурка, являя её взору истинный облик прохожего. Элис облегчённо рассмеялась.
— Привет, Крис. Ну и маскировочка. Десять баллов.
— Никаких имён, — быстро прошептал агент, приложив палец к губам. — Не самое идеальное место для конфиденциального разговора, но уж какое есть. Я не нашёл ничего лучше. Идём.
Они забрались под мост, — туда, где крайний пролёт уходил в землю, смыкаясь с гравийной насыпью. Солнечный свет почти не проникал сюда, а вот ветер хозяйничал вовсю, выдувая из-под одежды остатки тепла.
— Моё факсимиле почти разряжено, — немного сконфуженно произнёс Кристофер. — Пожалуйста, поставь какую-нибудь защиту. Мало ли.
— Сейчас, — Элис сняла перчатки и возвела звуконепроницаемый экран. Подумав, она добавила и защиту от ветра.
Кристофер опустился на землю, вытянув ноги, и вытащил из-за пазухи небольшой свёрток.
— Бутерброды, — он вытащил себе один и протянул остальное Элис. — Будешь?
— Спрашиваешь? Буду, конечно. Спасибо, — девушка присела рядом и с аппетитом набросилась на еду.
— Как ты тут? — он по-отечески хлопнул Элис по плечу. — Знаю, весёлого мало. Но всё-таки?
— Часы вчера посеяла. А так всё нормально, — она сделала честные глаза. — Правда, Крис, всё в порядке. Расскажи лучше, что происходит в Департаменте? Есть какие-нибудь новости о… — Элис запнулась. — О Сфинксе?
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
Тайлер шумно вздохнул. Улыбка сбежала с его лица.
— За эти недели много чего произошло, — издалека начал он. — Боюсь, у меня не очень радостные вести, Элис.
— Ну же, не тяни резину, — девушка проглотила бутерброд и нервно заёрзала на месте.
— Твой побег обнаружился в то же утро. Ясно, какой из этого сделали вывод. Я понимал, что это неизбежно, но всё же… — агент нахмурился. — Знаешь, мне кажется, некоторые до сих пор не верят по-настоящему в твою причастность к преступлению. У Анабель и Луизы вечно глаза на мокром месте. Многие ходят как в воду опущенные, особенно новички. Но молчат. Потому что, — он кашлянул, — Энтони запретил обсуждать эту тему. Твоё имя теперь вроде как табу.
