«Эти люди – просто прелесть!» – принимает у нее эстафету Вероника Барибо, заведующая отделом регистрации. Она работает в «Мажестике» уже семнадцать лет, хотя в начале своей карьеры считала, что это не ее призвание. «Я говорила себе, что их показной блеск мне не понравится. Но на самом деле в дорогих отелях нет того гламура, который так много показывают по телевидению. Это их команда, те, кто их окружают, делают их не такими, как все. Я вспоминаю одну американскую актрису, которая жила у нас во время фестиваля. Она в джинсах и кепке с козырьком ходила выгуливать свою собаку, и никто эту актрису не узнавал. Другая актриса ставила перед отелем свой скутер, одетая в шорты, и никто не обращал на нее внимания. Но когда они появляются где-то в сопровождении сорока телохранителей, тогда все бросаются к ним», – объясняет Вероника. Но она признается, что ей все-таки бывает страшно каждый раз, когда она принимает в отеле министра, главу государства или актера. «Когда Жак Ширак приехал сюда на франко-африканскую встречу в верхах, если бы у меня на коленях были кастаньеты, стук был бы громкий», – смеется она.
Беатриса Ганьер, которая несет основную ответственность за все аспекты приема постояльцев – продажу номеров и услуг, встречу и регистрацию въезжающих, обслуживание, – иногда бывает вынуждена вмешиваться в дела достаточно личного характера. «Иногда нам приходится терпеть гнев некоторых клиентов. Один из них как-то раз швырнул фрукты в потолок. Иногда происходит серьезная ссора между супругами. В таком случае мы вмешиваемся и предлагаем для мадам другой номер». Появление здесь русских в середине 1990-х годов тоже сопровождалось несколькими смешными случаями. «В то время наши сотрудники еще не говорили на их языке, и карты не были переведены на кириллицу. И шеф-повар отеля был вынужден показывать знаками, из чего сделано каждое блюдо. Он изображал рыбу, утку… это было очень смешно». Чтобы угодить своим богатым клиентам, пришедшим с холода или из пустыни, Беатриса Ганьер также устраивает частные показы мод, превращая для этого некоторые сьюты в демонстрационные залы. Она рассказывает, что однажды, во время показа украшений, один саудовец захотел тут же купить уникальное украшение ценой в миллион долларов, которое было надето на модели. Оно должно было стать подарком на день рождения для его дочери, которой исполнялось восемнадцать лет.
От порта Эркюль до Круазетт выстроились в ряд дорогие отели Лазурного Берега. Блеск, которым они окружены, не имеет равных в мире роскоши. Эти великие места летнего отдыха, где сменяют друг друга аристократы, крупнейшие финансисты, артисты, литераторы, светские люди и представители полусвета, символизируют вымышленную сказочную жизнь – часто счастливую, иногда трагическую, всегда блестящую, которую коллективная память людей регистрирует в течение многих лет и сохраняет навечно, чтобы создавать из нее мифы и легенды. Сегодня так же, как вчера, громкие имена этих отелей господствуют в хронике великих людей и тех, кто их окружает. Кажется, что эти площади для ярмарок тщеславия, оперные декорации для необыкновенных судеб скрывают за оболочкой из камней и мрамора целый мир, полный славы и тайны. В 1863 году в Каннах был открыт отель «Бо Риваж» – второй по времени рождения из роскошных отелей и предок легендарного «Мажестика». Затем появились «Карлтон» в 1912 году и «Мартинес» в 1929 году. Второй из них – настоящий круизный теплоход среди отелей класса люкс: он самый большой на Круазетт. В «Мартинесе» больше четырехсот номеров, из которых двадцать два сьюта и два великолепных апартамента площадью 500 квадратных метров каждый, которые так же, как новые сьюты «Мажестика», могут быть объединены вместе. «Этот сьют постоянно обновляют и совершенствуют, чтобы он был абсолютно безупречным», – объясняет на сайте amabilia.com представитель администрации отеля, отвечающий за информационную деятельность. «Мы, – продолжает он, – можем приспособить этот сьют к потребностям и желаниям наших клиентов. Например, однажды нас попросили положить на пол ковровое покрытие того цвета, который любит семья, собиравшаяся в нем поселиться». Так же как в «Мажестике», к этому сьюту прикреплен постоянный дворецкий. И здесь тоже фестиваль дает пищу для звездной хроники. В 2002 году Дэвид Линч (прославленный американский кинорежиссер-сюрреалист и музыкант. – Пер.) так полюбил одно блюдо на основе фуа-гра по рецепту Кристиана Виллера (знаменитый шеф-повар отеля «Мартинес», некоторые его ученики уже открыли свои рестораны. – Пер.), что на следующий день вернулся и снял на пленку приготовление этого блюда. А когда за несколько минут до того, как надо было подниматься по лестнице, у Ришара Боренже (выдающийся и знаменитый французский актер. – Пер.) не было подходящих шнурков для ботинок, директор «Мартинеса» выручил актера, отдав ему свои шнурки. Жерар Депардье так же, как в «Мажестике», имеет привычку присоединяться к шеф-повару за плитами. А Катрин Денёв всегда обнаруживает в своем сьюте свои любимые цветы – белые пионы[122].
На этом сайте Катя Шапутье рассказывает также, что «Пирс Броснан запомнился здесь людям как настоящий рыцарь. Он увез отсюда свою жену в манере Джеймса Бонда. Броснан сам был за рулем своей яхты, а его милая подруга ждала на пристани. Он взял ее на борт и направил яхту к Дворцу Фестивалей, где должен был подняться по лестнице». Отель «Мартинес» помнит и другие импровизированные спектакли. Офелия Винтер (французская актриса, певица и телеведущая. – Пер.) несколько минут играла роль телефонистки Эдди Барклая, а сам Барклай взял на себя роль бармена. В другой раз Розанна Аркетт (известная американская киноактриса. – Пер.) встала за пульты управления. Еще один гость Лазурного Берега, оставивший здесь несколько незабываемых воспоминаний, – Пикассо. Он несколько лет подряд останавливался в гостинице «Мюскаден» в Мужене. Во время одного из своих пребываний там испанский живописец вздумал расписать стены своей комнаты. Хозяин гостиницы рассердился и потребовал, чтобы Пикассо замазал свою роспись побелкой… Конечно, с точки зрения художника хозяин ошибся. Теперь эту комнату можно было бы сдавать за целое состояние, но совсем недавно гостиница закрылась.
Кутюрье Жан-Поль Готье, вероятно, добился, что о его пребывании в «Негреско» будут помнить очень долго. В 7.30 утра 18 августа 2009 года от всех клиентов отеля на Променад-дез-Англе потребовали, чтобы они вышли из здания на улицу: поступило сообщение, что в отель заложена бомба. «В нескольких метрах от отеля кутюрье Жан-Поль Готье тихо сидел на скамье под перголой и, как все, ждал, когда сможет вернуться в свой номер. Он держал на руках котенка и улыбался девочке, которая гладила зверька. Сзади Готье Жанна Ожье, владелица и лицо „Негреско“, которую тоже заставили эвакуироваться, составляла компанию одной из своих самых давних и верных клиенток, Лидии Варсано. Эта французская дама русского происхождения – известная покровительница искусств, музыки и медицины, получившая в Ницце почетное звание „женщина 2000 года“. Вероятно, госпожу Варсано вывезли из отеля в ее кресле на колесах», – описывает эти события Дидье Шалюмо в Nice-Matin. Госпожа Николь Шпиц, генеральный директор отеля, рассказала этому журналисту: «Мы взяли свои пропуска, вместе со служащими открыли номера и разбудили наших клиентов. Некоторых было очень трудно заставить проснуться, но, в общем, все прошло хорошо. Через двадцать минут все были на улице». В итоге страха оказалось больше, чем вреда. Тревога оказалась всего лишь злой шуткой, причиной которой стал социальный конфликт, а целью был мэр города, Кристиан Эстрози, который также занимал должность министра промышленности.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
