разрушив моё творение до основания.
— Как ты это сделал? — раздался голос отца Нора, выбивая меня из боевой медитации.
— Сделал что? — открыв глаза, я посмотрел на церковника и нахмурился, так как взгляд зацепился за пещеру. Точнее за то, что в ней творилось — студенты первого курса валялись на полу и сучили ногами, пытаясь уползти от меня в сторону. Досталось и Карине — моя напарница сидела неподалёку вся бледная и тяжело дышала. Но не уползала, уже хорошо.
— Ты сам стал тёмной тварью, — ответил отец Нор. — От тебя исходила аура подавления, как от обычного крона. Всем покинуть пещеру! Братья, проследите, чтобы нас никто не беспокоил.
Всего через несколько минут пришедшие в себя студенты сбежали куда подальше от опасного полигона, а те, кто находился во второй пещере, оказались заблокированы. Церковники никого не впускали и не выпускали.
— Повтори то, что ты делал, — приказал отец Нор.
Судя по тому, как резко отреагировали служители Света, произошло что-то из разряда «нестандартное». Хотя, в принципе, со мной такое постоянно происходит. Конечно, то, как напряглись церковники, вызывало опасение, но раз меня не прибили в первые секунды, значит дадут дожить до ужина. На большее я пока не претендую. Усевшись перед тварью, я вновь вошёл в состояние боевой медитации, но сразу прикрыл «дверцу», не позволяя тёмному на меня влиять. Сбоку раздались хрипы — Карину скрутило так сильно, что она напрочь забыла все мои наставления. Решив провести эксперимент, я «открылся» твари и едва не сбежал прочь, настолько сильно по мне жахнуло. Пришлось уменьшать «дверцу» почти в два раза.
— Довольно, — приказал отец Нор, закончив строчить в своём блокноте. — Теперь объясняй, что ты сделал и как контролировал этот процесс. Твоё влияние становилось то сильнее, то слабее.
— О как, — я посмотрел на Карину, приходящую в нормальный вид. Хотя косилась на меня девушка с опаской. Вдруг ещё раз что-то отчебучу. — Так, описать, значит… Понять бы ещё, как это сделать. В общем, мой предыдущий наставник, что воспитывал с шести лет, обучил меня входить в особое состояние, которое он назвал боевая медитация. Это когда ты бьёшься на одних рефлексах, опыте предыдущих уроков, не занимаясь контролем движений. Входя в такое состояние, я могу воспринимать тёмных. Я их чувствую. Если полностью открыт, меня скручивает похлеще Фарди. Если закрываюсь — никакого влияния твари на меня не оказывают. Когда я оказался в разломе впервые, научился оставлять небольшую щёлочку, чтобы чувствовать тварей. Собственно, всё. Сейчас я вошёл в состояние полностью заблокированный, затем открылся, чуть не обосрался и вновь закрылся, но не полностью.
— Зачем тебе чувствовать тёмных?
— Как ещё рапсов ловить? Они маскируются, прячут ауру и найти их просто так не получится. А так я прекрасно их видел. Оставалось дело за малым — разобрать, где что находится и нанести точный удар копьём.
— То есть рапсов ты не видел, а чувствовал? Призрак ошибся с отчётом, — проговорил отец Нор. — Опиши состояние, когда ты закрыт. Ты по-прежнему чувствуешь гнев, с помощью которого блокируешь влияние тварей? Или ты влияние вообще не ощущаешь, транслируя его во вне?
— Сейчас — никакого влияния, но это может из-за того, что тварь в клетке сидит. По поводу остального сказать не могу. Сознательно я точно ничего никуда не транслирую.
— Ты можешь двигаться? Выполнять действия? Разговаривать? Интересует твоя осознанность в состоянии, которое ты назвал боевой медитацией.
— Можно? — я кивнул в сторону второй пещеры.
— Очистите её, — приказал отец Нор и мимо нас пробежали десяток студентов. — Входи в состояние здесь, полная блокировка. Фарди, идёшь с нами.
Я кивнул и с лёгкостью вошёл в режим поиска тварей. Карина побледнела, но, сжав губы, умудрилась устоять на ногах и даже отправилась вслед за нами. Я вошёл во вторую пещеру — точную копию первой. Если прутья решётки были тоньше, то заметить это можно только со сверхточным измерительным прибором.
— Твои ощущения?
— Стандартные, разве что тёмный вообще на меня никак не влияет. Я ведь закрыт.
— Фарди, твои ощущения? Они сильнее, слабее, такие же как раньше?
— Такие же, — слова давались Карине с трудом. На лбу девушки появилась испарина, но она держалась рядом со мной, не делая попытки сбежать.
— Третья пещера. Не выходи из состояния, идёшь так. Если студенты в третьей не смогут блокировать твоё влияние — их проблема.
Не могли — в третьей пещере мы встретили около двадцати занимающихся студентов. Вернее, они занимались до того, пока туда не вошёл я. Затем они только и делали, что отгребали всеми четырьмя конечностями к стенке, пытаясь подальше убраться от источника охватившего их ужаса. Карина всё также стойко стояла рядом со мной.
— Четвёртая! Пятая! Десятая!
Одна за другой мы прошли все десять пещер. В последней тварь сидела на цепи в такой тонкой клетке, что, казалось, могла с лёгкостью порвать её ударом лап. По приказу отца Нора я вошёл в пещеру первым и остановился у клетки. Тварь на меня никак не отреагировала, но стоило показаться Карине, тут же вскочила и принялась рвать цепь, пытаясь добраться до жертвы. Следом вошёл церковник и тварь переключилась на него. Видимо, служители Света считались более «вкусной» добычей, чем простые маги.
— Фарди, ваши ощущения? — уже в десятый раз задал один и тот же вопрос отец Нор.
— Легче. Проще. Не так бьём по мозгам. Как я сказала ещё в седьмой пещере — влияние смертника одинаково везде. Что в первой, что в этой, десятой, пещере. Вообще без разницы. И чем дольше я нахожусь под таким влиянием, тем проще его переношу.
— Смертник?
— У меня без изменений. Если полностью закрываться от тёмных, то они на меня вообще не влияют. Мне кажется, что даже не замечают.
— Выходим, начальная полоса вам бессмысленна, — отец Нор, что желал провести с нами всего один час, продолжал записи, позабыв о том, что у него есть якобы важные дела. — Продвинутую оставим на потом, идём сразу на третий уровень. Фарди, ты можешь быть свобода. Только что ты успешно закрыла зачёт по начальному полигону. Завтра жду тебя на продвинутом уровне. Смертник, ты идёшь за мной. Мне нужен старший тёмный.
Последняя фраза адресовалась одному из служителей, что со скоростью молнии выбежал прочь из пещеры. Когда мы подошли к огромным стальным воротам, Злой Инженер нас уже ждал.
— Судя по срочности вопроса, Макс опять что-то учудил?
— Младший тёмный ещё не получил права на кличку, — произнёс отец Нор. — Мне не нравится слово «учудил». Оно говорит о том, что он сделал это специально. Если
