Боялся, что легли на той стороне. С ротным старшиной при штабе дивизии пообщался. Кладезь информации. Кто я такой тот уже отлично знал. Узнал, что Минаева под комдивом, военно-полевая жена. Не удивлён, та всегда искала себе защитников понадежнее, а комдив неплох, с характером. У нас действительно родственные души. Старшина советовал с ней не крутить, комдив стерёг её пуще овчарки. Да мне она и не интересна, главное навестить её, вспомнить былое. В общем, поздороваться. Ещё узнал, что наш участок довольно тихий, мы тут наступать не стремимся, и у немцев такого желания нет. Дивизия после боёв старается восстановиться, но так как участок тихий, второстепенное направление, пополнение идёт слабо, вооружение так почти и не идёт. Насчёт миномётных рот, тут я правильно узнал, новые штаты есть, но в уставы их ещё не вносили. В моей роте некомплект, после потерь в боях не восстановили, четыре орудия, вместо положенных шести. В роте одни сержанты, командует пока ротный старшина, я один средним командиром буду. Правду говорили, некомплект дичайший миномётчиков. Да уж, много что узнаешь за завтраком.
Потом было оформление документов, и в полк. До его штаба было восемь километров, дивизия занимала оборону на участке тридцати двух километров по берегу реки Жиздры, со стыками других дивизий. Да, участок великоват, да и дивизия личного состава на две трети имеет, а тяжёлого вооружения на половину, но держит оборону, пусть и не сплошную, а опорными пунктами. Сопроводить меня и познакомить с комполка, с командирами батальона, решил Кринин. У того красные глаза, не спит сутки, за бойцов переживает. Тому в полк надо, тем более машина была. В дивизии в основном конный транспорт, обозы, но около десятка автомобилей всё же было, так что взяв разъездную «полуторку», мы и поехали в нужный полк. По пути завернули медсанбат. Минаева оказывается про меня знала, особист расспрашивал. Ага, а я его ещё не видел. Так что пообнимались, повспоминали, пока Кринин не покашлял, мол, пора ехать. Минаева совсем не изменилась, только кубарь прибавился, да медаль «За боевые заслуги». Орден тот, «Красной Звезды», и сейчас при ней. Так добрались. До штаба полка пешком дошли, чтобы немцев не навести. Там и познакомились с командованием полка, батальона, комбат тоже старлей, Говорухин фамилия, ну и роту принял. Старшина, как передал мне командование, имущество роты и личный состав, всё как положено, пока изыскивал средства. Полевую форму мне искал, всё такое, даже личное оружие. А у меня ремень пустой. Должны выдать. Свои запасы использовать не собирался. Я заявку на пистолет и «ПП», сделал.
Вообще тихо было, а тут стрельба поднялась, но далёкая, у немцев. У них с этой стороны лес вплотную к берегу подходил, прорежен, но был. Уже зеленеть начал. Я в землянке устраивался. При мне только сидор был и командирская форма, та что синие галифе и зелёный френч, жду когда красноармейскую старшина добуду. А тут выйдя из землянки, прислушался. Ещё из перехода окопов бегом показались несколько командиров. До землянок штаба полка метров триста от моей землянки. И не стоит думать, что рота сосредоточена в одном месте. Нет, по одному орудию раскидана на шесть километров. Рядом с моей землянкой, всего в тридцати метрах, капонир с миномётом на дне. До окопов батальона ещё метров сто, и до берега речки шестьдесят. Сама речка шириной метров сто. Тут у нас не низина, довольно высокий берег, глубокие окопы роют бойцы. И сейчас земляные работы шли. Окапывались. А у немцев низина.
- Похоже твои, Саша, отбиваются, - сказал я. - Не отобьются, их явно окружили. Слышу «папаши» работают. Вот «ДП» лязгает. Был ручник у твоих?
- Был, - побелевшими губами пробормотал Кринин, нервно вслушиваясь в звуки боя.
- Ясно. Ну будем выручать. Расчёт к бою! Наводчик, от орудия, сам наводить буду, тут нужна ювелирная работа.
Я прожил в этой жизни столько же, как и в прошлой, разница там невелика, но вот опцией подземного перемещения големов, не владел, даже не подозревал о ней. Случайно получилось во время зачистки аэродромов у Брянска. Да, оказалось големы могут и под землёй перемещаться, не телами из почвы, а плетения, двигаться прочь от меня и где мне нужно, активируются, и из земли появляются с телами. Вот и тут я это использовал, скорость десять метров в секунду. А что, пока общались, одно такое плетение пересекло наши позиции, потом под дном речки, и на той стороне поднявшись, уже вышло из почвы и побежало. На километровое расстояние, я как раз крутил штурвальчики прицела наведения миномёта.
- Сержант, выстрелы тут уже делали?
- Нет, товарищ старший лейтенант.
- Значит почва будет садиться.
- А говорил неопытный миномётчик, - напомнил Кринин.
- Шесть дней учил один лейтенант. Меня больше прицел интересует, незнакомо всё, как наводить. Первую мину в стороне положу, тут и грунт осядет, и определю куда настроен прицел. Дальше уже и практический опыт получу и постараюсь твоих выручить, позиция у них видимо неплохая, держаться ещё. Сержант, сколько мин в запасе?
- Сорок пять. Тратить не могу без разрешения комбата. Или комполка.
- Разрешаю, - подтвердил подполковник Афанасьев.
- Приготовить все мины. Тут лишь бы хватило. Пострелять изрядно придётся. У немцев там по звуку целая пехотная рота.
То, что я сейчас делаю, называется прописка, я прописываюсь в командном составе дивизии, чтобы стать своим. Такой прописки у меня в танковой бригаде Катукова не было, я был в процессе этого, гаубицы побил, пленных привёл, пушку противотанковую, но прописаться не успел, иначе бы вся бригада стояла за меня горой. Это сейчас, после их предательства, как я считал, моей ноги там не будет, так что мне стоит постараться, чтобы сделать всё как надо. И ещё, вот так на слух стрелять, это только сейчас, выхода другого нет. Мне нужна переносная рация, и себе через голема я уже дал задание поискать такой девайс среди немецкой пехоты, что я сейчас накрыть собирался. В будущем я буду накрывать немецкие склады, позиции, вести контрбатарейную стрельбу, и всё что посчитаю важным, используя для наведения големов, но якобы получая сведенья через рацию. Она будет у меня за спиной висеть, наушники на голове, даже не факт, что та включена будет. Главное делать вид, что получаю информацию, и мне корректируют огонь, чтобы вопросов не возникало как это я точно так работаю. А тут одно ясно, у меня бойцы на той стороне. Правда, какие именно
