комполка дал добро, одно орудие в другую роту хотел, там всего два миномёта, просто главный интендант дивизии прибыл и всё забрал, и мины, и мой пулемёт с рацией. Да что это такое?! Впрочем, прописка полностью прошла и меня признали своим, что уже радует.
***
Соня сидела у меня на коленях, и я активно её лаская, жадно целую. Руки по роскошному телу так и шарили. Та в одной белой кружевной комбинации была, и тут в дверь землянки застучали, и мой ротный старшина, крича сообщал, что меня срочно к комполка вызывают. А дверь заперта изнутри, я когда с девчатами, запираюсь, и землянка новая. Когда прибыл в дивизию, заселился поначалу в землянку старшины, что там всё имущество держит и было койко-место. Сейчас на этой койке политрук спит. Так что мне рядом вырыли новую землянку с тройным накатом, командирская, широкие нары, я там матрас с постельным раскатал, столик, лавка. Хорошее место для жилья, да, я уже второй месяц как тут нахожусь. Почти пятьсот кило накачалось, уже за четыре тонны хранилище перевалило. Четыре тонны и девяносто четыре килограмма на данный момент. А было двадцать первое июня. И свободно всего сорок семь килограмм. А я пополняю за счёт немцев, теперь есть немецкий батальонный миномёт, пятьдесят мин в запасе и станковый «МГ-34», сорок вторые больше не попадались. Да и тот что был особисты забрали и куда-то увезли. Ну и запас патронов. Это пока всё. И эти немало веса имеют. Что по миномёту, то за это время стал неплохим миномётчиком и оценил насколько это страшное оружие в умелых руках. А свои я считал теперь умелыми. Да никто в дивизии не сомневался в этом, имя я себе сделал, причём не только в дивизии, но и в армии, в которую мы входили. Спасибо Политуправлению и армейской газете не скажу, не хотел внимания привлекать. Хотя комиссар молодец. Я жене Райнову написал письмо, комиссар трижды велел переписывать, указывая где поправить надо. Сделал, переписал набело, и то ушло. А недавно ответ получил, очень благодарили что хоть какие-то сведенья получили о сыне, муже и брате. Есть надежда, ждут. А то сообщили, что пропал без вести и всё на этом. Комиссар первым ответ прочитал, письмо сначала ему, потом мне.
- Сейчас иду! - крикнул я в ответ.
Так что Соню в хранилище, быстро собрался, и подумав, собрал всё имущество, а мало ли что? Начальник артиллерии дивизии намекать начал, что скоро меня заберут, мол, перерос я дивизию. А я так не считал, но видимо моё мнение никого не волновало. Бесит. Вообще моя карьера в дивизии быстро росла. Тот первый день, когда разведчиков спас и миномёты захватили, с моей помощью, принесли мне орден «Красной Звезды», Кринин продавил. Потом ещё такой же орден за последующие действия. Неделю назад получил. А я с разрешения комполка на позициях батальона, что прикрывал, а это шесть километров, объезжая позиции своего батальона, да обходя по окопам, не на чем объезжать, открывал огонь, накрывая склады, штабы, миномётные позиции врага. Ну и личный состав выбивал. Мины быстро к концу подходили, но разведчики Кринина подтвердили, что немцы несли большие потери, те пленных взяли, они и описали. Так что сам комдив выбил дополнительное снабжение минами. А то к нам тонкий ручеёк шёл, едва-едва. Второстепенное же направление. Тут комполка хитрый финт сделал, назначил меня старшим миномётчиком в полку, подчинив две других миномётных роты, причём своей я продолжал командовать, так что на позициях всего полка я работал, в основном лично, хотя уже учился управлять через наводчика. У меня в роте молодой лейтенант появился, с училища, отличник, это его первое назначение, и тот меня учил, с нуля. Всему чему его учили. Месяц уже. Тот командует первым взводом, и он мой зам.
Немецкие позиции, на дальности удара наших орудий прорежены, так что немцы несли потери, и контрбатарейная борьба им ничего не дала, мы поверяли один миномёт, они пятьдесят два. Правда, я тут и ротные машинки считаю. Так комдив, что наблюдал за всем этим, не снимая меня с роты, знал что я учусь, назначил старшим миномётчиком всей дивизии, прямого подчинения начальника артиллерии дивизии. Повторил решение комполка. А меня и оформили его помощником. Так что всё, на всех позициях дивизии я начал работать. Две недели как работаю. Но живу в своей землянке, что мои бойцы вырыли. Про девчат знали, не раз их видели, засветились во время вечерних прогулок, даже Политуправление потребовало их удалить, но найти не смогло. Из других новостей, разведчики Кринина, в тот день когда я их выручил, принесли важную информацию. О местоположении склада боеприпасов немецкого пехотного корпуса той дивизии, что против нас стояла, и ночью отработала артиллерия. И не те два дивизиона «трёхдюймовок», ничего другого у нас просто не было, да и орудий семнадцать всего. Нет, комдив под честное слово выпросил тяжёлую батарею из полка армейского подчинения, в сто пятьдесят два миллиметра. Тракторами их доставили и ночью цель накрыли. «Трёхдюймовки» не достанут, склад в пятнадцати километрах был. Снаряды на складе рвались и горели всю ночь, зарево было. Потом рацию я добыл, и несмотря на просьбы радиозавода передать им, не передавал, а я через неё корректировал, поэтому просьбы были такие, мягкие, не требовательными, знали, что та мне нужна. Но рацию на себя записали, даже инвентарный номер нанесли, но пользовался я ею. Маскировка работала, про бывших сидельцев, что на меня работают, знали, и особо вопросов по точной стрельбе, не было.
И Политуправление писало о наших ударах, боевые действия велись в основном миномётами и пулемётами, сама пехота особо не участвовала. Причём, описывали не столько то, как точно вёлся огонь и сколько немцы потерь понесли, но и трофеи. О да, мой принцип ведения войны сначала в полку приняли, потом и в дивизии. Комдив дал добро. А куда деваться? Снабжения новым вооружением по сути нет, что давали, то после ремонта. Так что я накрывал, боевые группы стрелков высаживались на берегу противника собирали трофеи и под мои прикрытием отходили. Так что за месяц дивизия была пополнена двумя пулемётными зенитными установками, полковым миномётом, бывшим нашим, двенадцатью батальонными миномётами, шестью ротными, пятью станковыми пулемётами, и семью противотанковыми пушками, те что в тридцать семь миллиметров. И ведь с боезапасом всё утаскивали. Хотя главными трофеями считали две полевых армейских кухни. С ними тоже проблемы были, не хватало. И можно
